Университетская лихорадка

Разговор с читателем
№19 (525)

Роман и Нэлли Т. уверены, что их сын Майкл готов стать на путь, ведущий в американское высшее общество. Майклу 17 лет, он заканчивает одну из лучших high schools в Нью-Йорке и уже подал заявления в самые лучшие университеты Америки. В том, что его примут хотя бы в один из этих университетов, его родители не сомневаются. Майкл получил прекрасный балл по SAT (к которому его подготовили дорогостоящие репетиторы), некоторое время добровольно трудился в общественном центре (куда его пристроила мамина подруга) и сопроводил свои заявления потрясающими эссе (которые написал с помощью папиной родственницы, работающей в американской газете).
«Перед человеком, который окончит Принстонский или Колумбийский университеты, открываются все двери, - говорит Роман. – Не говоря уж о том, что, выйдя из университета, он сразу попадет на бал, то есть в круги людей высокооплачивемых. Выпускникам престижных колледжей ни одна фирма не решается предложить низкую стартовую зарплату».
«Мы делали все возможное, чтобы дать Майклу прекрасное образование, - вторит мужу Нэлли. – Мы во многом себя ограничивали, зато не скупились во всем, что касалось будущего нашего сына. Ведь элитарный университет – дорога в элитарные круги...»
Подобно Борису и Нэлли, многие русскоязычные родители делают все возможное и невозможное, чтобы устроить своих детей в самые престижные университеты США. Многие наши родители уверены, что Борису и Нэлли только эти университеты открывают двери в светлое будущее и в элитарные американские круги.
Аналогичных взглядов, как это ни странно, придерживаются и многие мамы и папы, родившиеся и выросшие в США. И если фанатичную убежденность иммигрантов в том, что «путь наверх» начинается в престижном вузе, можно объяснить их наивностью и обостренным честолюбием, то убежденность коренных американцев объяснить труднее.
«Эти вузы рассматриваются как билеты в Землю Обетованную, - сказал корреспонденту «Нью-Йорк таймс» один из частных консультантов из Чикаго. – Я называю их «школами плюс». Людей волнует не столько качество образования, сколько связи». Возможно, главная цель родителей – именно высшее общество, а не высшее образование. Возможно, они опасаются, что если их дети не попадут в элитарные вузы, то они останутся за бортом корабля, плывущего в сказочное царство успеха, процветания и красивой жизни. Так или иначе эти честолюбивые родители стремятся устроить своих детей в эти вузы любой ценой.
В результате растет целое поколение юношей и девушек, которые, по меткому выражению одного моего коллеги, попадают в лучшие универститеты США с помощью... стероидов. Подобно спортсменам, которые готовятся к ответственным матчам, принимая стероиды и подстегивая тем самым свои природные данные, юные американцы готовятся к поступлению в элитарные колледжи, подкрепляя свои реальные способности с помощью репетиторов, консультантов и родственников, способных написать блестящие сочинения.
То, что в недавнем прошлом было честным конкурсом, становится сейчас чем-то вроде соревнования не слишком чистоплотных спортсменов, напичканных допингами. Десятки тысяч молодых людей, с подачи их родителей, прибегают к услугам частных консультантов, проходят курсы подготовки к стандартным тестам, блуждают на Интернете в поисках эссе, которые могут использовать для своих сочинений, и дают преувеличенные, если не вымышленные отчеты о своей добровольной работе на благо общества. Некоторые старшеклассники даже создают в своих школах временные и никакой особой пользы не приносящие клубы, записывают туда своих близких друзей и назначают себя их... президентами. А другие, еще более циничные молодые люди вообще выдумывают подобные клубы и свои высокие звания.
Изобретательные родители ищут еще более фантастические лазейки, позволяющие их детям пробраться в «школы плюс». Некоторые мамы и папы даже достают справки, причисляющие их отпрысков к категории «learning disabled» и как следствие растягивающие для них до бесконечности время сдачи SAT. Со временем, когда любимому чаду придет время налаживать связи с элитарной молодежью, надо будет, наверное, достать другую справку, подтверждающую его полную умственную и психологическую полноценность, но пока что его надо проталкивать в вуз, а для этого все средства хороши.
Университетская лихорадка превращает юношей и девушек в одержимых идеей и не слишком обремененных моралью людей, а сами университеты получают студентов с сомнительными способностями и талантами.
Многие университетские профессора, деканы, а также родители и консультанты осознают, что система приема в элитарные колледжи страны погрязла в болоте, и ее необходимо оттуда вытащить. Но пока что о реальной реформе никто не задумывается. Вместо этого все ахают, охают и ищут виновных.
«Все хотят найти крайнего, - призналась корреспонденту «Нью-Йорк таймс» Мэрили Джонс декан Массачусетского института технологии. – Все говорят: «Это не моя вина, это вина кого-то другого». Нам трудно откровенно сказать самим себе, что мы действительно причиняем вред детям».
А тем временем фанатичная осада элитарных вузов продолжается и приобретает все более ожесточенный характер. За последние пять лет число заявлений, поданных старшеклассниками в 50-100 самых престижных вузов страны ,выросло на 33 процента, а эти вузы могут принять не больше студентов, чем в прошлом.
Университетские страсти вызвали к жизни «посреднические» индустрии, перекидывающие или пытающиеся перекинуть мосты настойчивыми молодыми людьми и вузами, куда они стремятся попасть. Test-prep business, то есть курсы подготовки к стандартным тестам, получают до 726 миллионов долларов в год – на 25 процентов больше, чем четыре года назад. Даже College Board, нонпрофитная организация, контролирующая экзамены SAT и в течение многих десятилетий призывающая не «разыгрывать» тесты, поддалась дурному влиянию и создала на Интернете свою... программу подготовки к тестам. А Independent Educational Consultants Association, которая представляет частных консультантов, насчитывает сейчас около 3,500 членов, хотя десять лет назад в ней состояло лишь 200 человек. Каждый месяц заявления о приеме в ассоциацию подают по сто и более человек.
По словам Марка Склароу, директора этой группы, частные консультанты берут в среднем по 3,300 долларов за свои услуги, а работают с мальчиками и девочками с 9 по 12 класс. Типичные клиенты частных консультантов – дети родителей, достигших большого успеха в карьере и зарабатывающих от 75 до 125 тысяч долларов в год. Но хотя его подопечные наживаются на университетской лихорадке, сам г-н Склароу тоже считает, что система приема студентов в престижные колледжи вышла из строя и нуждается в серьезном ремонте. «Система сломалась, причем во многих местах, - говорит он. – И все главные игроки согласны, что она сломалась. Но все уверяют, что это не их вина и что ситуация вышла из-под их контроля».
Итак, в «сломанной» системе старательно ищут виноватых. Консультанты, работающие в школах, винят во всем частных консультантов, которые обещают детям и их родителям «повлиять» на колледжи. Частные консультанты винят приемные отделения вузов, которые при выборе потенциальных студентов используют компьютерные программы, определяющие, кто из молодых людей не будет нуждаться в финансовой помощи. Члены приемных отделений винят... журнал U.S. News & World Report, который, ежегодно оценивая колледжи, выставляет самые хорошие «отметки» самым... труднодоступным. А эти «отметки» тем временем старательно изучают родители, которые в результате выбирают «школы плюс» для своих отпрысков и бегут к частным консультантам за помощью.
Что самое удивительное, все эти преуспевающие родители в свое время учились в самых разных, в том числе совсем не престижных университетах и колледжах. И, поступая в эти колледжи, они отнюдь не прибегали к услугам частных консультантов или родственников, красиво пишущих сочинения. «Иногда мне хочется спросить этих процветающих родителей: «Как вы добились такого успеха, если вы не учились в Гарварде?» - невесело пошутила в беседе с журналистом «Нью-Йорк таймс» Бэтти Ван Вагенен, консультант одной из независимых калифорнийских школ. Тем не менее процветающие мамы и папы продолжают верить в миф об особых возможностях элитарных вузов и агрессивно проталкивать в эти вузы своих детей. А вслед за американцами идут, быть может, менее процветающие, но не менее честолюбивые иммигранты.
«Окончив Гарвард или Йель, Майкл может стать кем угодно, даже сенатором США», - говорит Борис К. А мне хочется задать ему вопрос: «Как вы думаете, все ли сенаторы США оканчивали Гарвард?»


Комментарии (Всего: 1)

Странная логика статьи. Есть лучшие университеты, и в них хотят попасть все больше молодых людей. Что в этом негативного, если пути попадания, являясь конкурентными, не являются криминальными. Дефицит всегда порождает конкуренцию. То, что на этом наживаются посредники, - это не негатив, а естественное следствие ситуации.То что чадам помогают родители и родственники, это тоже естественно, если, повторяю, нет фактов криминализации этой помощи. Никак не доказано, что другие, не столь престижные университеты дают возможность сделать, по статистике, не худшую карьеру, чем лучшие. Никак не доказано, что карьерные возможности, создаваемые лучшими университетами, на самом деле не существуют. Нет ни одного существенного аргумента у автора,обосновывающего ее негативное отношение непонятно к чему. Я бы понял чувства автора, если бы речь шла о коррупции руководителей лиги плюща. Я бы понял автора, если бы шла доказательная речь о том, что созданный ажиотаж мешает поступать в эти престижные вузы детям бедных родителей. Но об этом ни слова. Вот так.

Редактировать комментарий

Ваше имя: Тема: Комментарий: *