Внутрипалестинская психоаналитика

В мире
№37 (647)
Лига арабских государств (ЛАГ) в очередной раз рассмотрела состояние дел в палестинской автономии. На открывшемся во вторник совещании этой организации министр иностранных дел Саудовской Аравии заявил, что тупик, вызванный противостоянием двух палестинских группировок - ХАМАС и «ФАТХ», не может продолжаться вечно: «Настало время, когда все арабские страны должны предпринять решительные меры против тех, кто льет палестинскую кровь и углубляет раскол в палестинском обществе. Палестинцам пора брать на себя ответственность. Они только навредили делу национального освобождения бесконечной внутренней борьбой».
Кто же эти таинственные раскольники, вредящие делу национального освобождения от сионистских захватчиков? Поскольку основных фигурантов в «национальном расколе» всего два, то каждый, желающий выяснить это, может назвать наугад любую из этих группировок, причем с вероятностью угадать ровно в пятьдесят процентов.
Кто же, в самом деле, ХАМАС или «ФАТХ», льет воду на мельницу сионистов? Льют обе организации, но каждая по-своему. И делают это они конечно вовсе не в интересах сионистов, а в своих собственных.
Дело в том, что ХАМАС, контролирующий Газу, и «ФАТХ», правящий на остальной территории автономии, давно уже разошлись в целях и задачах «национального освобождения», что и было окончательно закреплено памятным всем хамасовским переворотом в Газе. В результате по обе стороны Израиля появились квазигосударственные образования, формально входящие в палестинскую автономию, но имеющие свои собственные атрибуты власти, включая органы управления и вооруженные силы, и, что самое главное, свои собственные идеологию, международные связи, а также цели и задачи, никак не относящиеся к «сопротивлению».
И совершенно не прав генсек ЛАГ, заявивший на открывшемся недавно совещании: «Неприемлемо, чтобы межпалестинский диалог, как и мирный процесс на Ближнем Востоке, продолжался шестьдесят лет».
Приемлемо. Именно этого и добиваются обе палестинские организации. Именно в этом, в «межпалестинском диалоге и мирном процессе на Ближнем Востоке», они чувствуют себя как рыба в воде и, если они чего-либо опасаются, так это того, что их извлекут из этой воды и поместят в другую среду. А это может произойти лишь в одном случае – если палестинское государство будет создано на самом деле.
О каком диалоге может идти речь, если захват власти в Газе сопровождался такими зверствами, что даже ошалевшие от непрерывной войны палестинские арабы содрогнулись от ужаса. Какой диалог возможен, когда Махмуда Аббаса и его правительство хамасовская пропаганда не называла разве что нецензурными словами.
Вот уж воистину надо быть толстовцем, чтобы не обращать внимания на ежедневную кампанию по дискредитации и Аббаса и правительства, которую ведет ХАМАС с самого момента переворота, и приступить к переговорам без предварительных условий. Но Аббас – не толстовец и наверняка откладывает в своей памяти все обиды и оскорбления, нанесенные хамасовцами. И он, судя по всему, твердо решил для себя, что пока является главой палестинской администрации, миру с ХАМАСом не бывать.
Да и руководители ХАМАСа стремятся к диалогу лишь на словах. При этом они ведут себя столь бесцеремонно, что это видно не только посторонним наблюдателям, но и руководителям стран-членов ЛАГ. Иначе после предупреждения о том, что против раскольников будут приняты строгие меры, египетский министр иностранных дел не внес бы на рассмотрение предложение о размещении арабских миротворческих сил в Газе. Это, кстати, о том, кого арабы считают виновником раскола.
Чуть выше мы говорили о том, как ХАМАС ведет себя по отношению к «ФАТХу». Но и «ФАТХ» состоит не из ангелов. Очищая подвластную этой организации территорию от членов соперничающей группировки, полицейские Аббаса не церемонятся с арестованными.
Вот лишь последний пример: арестованный палестинской полицией по подозрению в связях с ХАМАСом выпал из окна второго этажа тюрьмы. Палестинская полиция говорит о попытке побега, ХАМАС же выдвигает сразу две версии – выбросился и был выброшен. И таких обвинений со стороны ХАМАСа не счесть. Объявлено, что «в прошлом году палестинские службы безопасности арестовали более 2000 человек, и от 20 до 30 процентов из них перенесли жестокое обращение со стороны сотрудников полиции».
Но довольно о пакостях, которые конкуренты делают друг другу. Справедливости ради надо отметить, что время от времени они делают и примирительные жесты. Так, недавно «правительством ХАМАСа» в Газе были освобождены несколько активистов партии ФАТХ, арестованных в июле «по подозрению в причастности к убийствам членов ХАМАСа», что объявлено «жестом доброй воли», которым ХАМАС надеется повлиять на освобождение активистов ХАМАСа, задержанных на Западном берегу «по подозрениям в подрывной деятельности». Одним словом, цирк.
Но мы увлеклись обсуждением внешней картины, демонстрирующей «невозможность» достижения согласия между политическими конкурентами, действующими на палестинской политической арене. Не менее интересно поговорить также и о том, каковы истинные побудительные мотивы ХАМАСа и «ФАТХа», почему им это согласие совсем не нужно.
Я уже говорил о том, что цели и задачи у этих двух движений кардинально отличаются. Это, пожалуй, не совсем точно. Целью и тех и других являются недопущение создания палестинского государства, консервация статуса кво, заключающегося в вяло текущем управляемом конфликте. А вот средства достижения поставленных целей у ХАМАСа и «ФАТХа» действительно различны. ХАМАС сделал ставку на исламский мир, вернее, на его экстремистскую часть, тогда как «ФАТХ» решил пойти по пути, предлагаемому Западом. При этом оба квазигосударства - и Газа, и остальная часть автономии - являются абсолютно нежизнеспособными, хотя это и выглядит по-разному.
О Газе, со всех сторон блокированной Израилем, просто нечего говорить, а та часть, что расположена на территориях Иудеи и Самарии, будь ей завтра предоставлена независимость, могла бы держаться лишь на внешних экономических вливаниях, как это происходит уже в течение многих лет по сей день.
Почему арабские страны, видимо, предпочитают иметь дело с более предсказуемым Аббасом, нежели с мятежной хамасовской Газой. Да потому, что действия аббасовской администрации лежат в русле политики Запада на Ближнем Востоке. К присутствию здесь США арабы давно уже привыкли и даже научились извлекать из этого присутствия немалую для себя пользу. ХАМАС же, мало того, что поддерживается Ираном, он еще и предлагает России «вернуться» на Ближний Восток. «ХАМАС готов стать большой дверью, сквозь которую Россия может вернуться в этот регион и стать здесь одним из главных игроков», - заявил один из лидеров ХАМАСа Халед Машаль своему другу Александру Проханову. Говорил-то он ему, но в явной надежде донести этот сигнал и до других ушей: «ХАМАС готов вместе с Россией отслеживать мировую политику и в кризисные моменты объединять усилия. Строить «новый мировой порядок», основанный на справедливости. Буду еще более откровенен с вами. Россия среди других народов не найдет такой стойкости, долготерпения, длинного дыхания, каким обладают мусульмане».
Такой «новый порядок» навряд ли может понравиться арабским странам, за исключением Сирии, президент которой не так давно также приглашал Россию разместить ракеты на своей территории. Все слишком хорошо помнят события сорокалетней давности, когда Ближний Восток был ареной противостояния США и СССР, чтобы желать повторения пройденного.
Вернемся, однако, к мысли о том, что в душе лидеры ни ХАМАСа, ни «ФАТХ» не хотят создания палестинского государства. Этому есть и еще одно подтверждение. Представим себе на минуту, что такое государство создано. Каковы граждане этого государства, о чем они думают, о чем, как говорится, мечтают?
Наивно полагать, что после провозглашения независимости палестинцы изменятся. Нет, они будут все теми же. А сейчас, согласно опросу, проведенному в период с середины августа по начало сентября палестинским социологическим институтом в Рамалле, более семидесяти процентов палестинцев автономии считают захват израильских солдат лучшим способом добиться освобождения палестинских заключенных из израильских тюрем. Не прекратить террор и заключить соглашение с Израилем, по которому можно было бы освободить террористов, а продолжать террор, попадать в тюрьму и так далее. Круг замыкается.
Каково было бы отношение граждан палестинского государства к своим соседям? В мире немало случаев, когда бывшие враги после заключения мира относятся друг к другу если не дружески, то, по крайней мере, нейтрально. Аббас же чувствует, что его сограждане уже никогда не смогут вернуться к нормальной жизни в силу многолетнего воспитания, прививающего им образ еврея лишь в качестве объекта мщения. И невольно оттягивает возможное создание того государства, которое рано или поздно «сорвется», начав вспоминать прошлые обиды.
Для того чтобы понять все это, вовсе не нужно заниматься психоаналитическим исследованием личностей палестинских лидеров. Личности эти вполне прозрачны. Вот почему арабским лидерам не нравится вероятность того, что «внутрипалестинский диалог» может длиться до бесконечности.