Читатель делится...

Почта недели
№23 (423)

АХ ВЫ, СЕНИ, МОИ СЕНИ...

В последнем номере газеты «Русский базар» я прочитал очень интересную статью «Бруклинский музей: Всегда и для Всех!» Маргариты Шкляревской. Я давно знаком с автором этой статьи, правда, заочно, так как регулярно читаю ее замечательные «Этюды о прекрасном». И ее последняя статья о Бруклинском музее также очень познавательна и интересна.[!]
Я много раз бывал в этом знаменитом Музее, который ежегодно посещает около полумиллиона жителей нашего города и его гостей. Ведь он является вторым по величине в Нью-Йорке и одним из самых крупных в стране. Его собрание насчитывает более полутора миллионов экспонатов, начиная со времен Древнего Египта и кончая нашими днями.
Бруклинский музей был открыт для публики в 1897 году, разместившись в великолепном здании, спроектированном в стиле известнейшей строительной фирмой . Тем не менее существующее здание музея является только частью более грандиозного замысла, который, к сожалению, не удалось реализовать. Дело в том, что после того как Бруклин потерял самостоятельность, став в 1898 году частью Большого Нью-Йорка, деньги, предназначенные для завершения всего проекта, бесследно исчезли, рассосавшись в чиновничьих коридорах вновь образованного мегаполиса. Но и то, что было построено, не может не произвести впечатления - настолько великолепны благородные пропорции фасада здания, созданного в стиле Высокого искусства. За годы существования музея фасад его претерпевал изменения, однако все они способствовали лишь тому, чтобы облик здания становился только строже и внушительнее.
И вот очередная переделка. Центральный вход в музей был надолго закрыт в связи с реконструкцией площади перед зданием и его фасада. Теперь работы завершены, и мы видим новую грандиозную пристройку из стекла и металла, ведущую в залы музея.
В своей статье М. Шкляревская высказывает свое частное мнение по этому поводу, заключающееся в том, что «играющая огнями пристройка чужеродна по отношению к храмовому античному фасаду». И далее она предлагает поспорить по этому вопросу. Но я спорить с ней не могу, потому что целиком согласен с ее мнением, которое, кстати, высказано по-женски очень деликатно. Я бы сказал грубее.
Честно говоря, когда я впервые увидел результаты долгих трудов строителей, то был шокирован. Мне вспомнился Ташкент, из которого я приехал сюда уже много лет назад. Там в центре города находилось довольно большое старинное здание, в одном крыле которого размещался городской отдел здравоохранения. Каждый новый босс горздравотдела считал непременным долгом провести капитальный ремонт своего крыла здания, как-то его переоборудовать и перестроить изнутри. Но вот последний (которого я застал) начальник горздравотдела, выбивший для себя длинный титул заместителя министра здравоохранения республики - главного врача горздравотдела, пошел дальше. Он пристроил к зданию новый вестибюль из стекла и алюминиевых полос. В общем некие сени или «предбанник», миновав который посетители попадали в руки сотрудника вневедомственной охраны, выполнявшего роль Цербера.
Причины строительного рвения главных врачей всех лечебных учреждений в то время были понятны каждому. Главное было выбить финансирование для проведения реконструкции и «улучшения», а потом, под шумок, можно было капитально отремонтировать свой собственный дом или построить новый. Поэтому стройки тянулись годами: то не хватало денег, то стройматериалов, в связи с чем требовались дополнительные средства для завершения начатого.
Однако последняя стройка нового главы городского здравоохранения вызвала всеобщее возмущение. Времена уже начали меняться. Поднялся шум в печати. Дело в том, что новые сени подходили зданию, как корове седло. Новостройка не была согласована с архитектурным управлением города, и в конце концов предбанник снесли, вернув старому зданию его первоначальный облик.
Я не думаю, что проектировщиками и строителями нового вестибюля Бруклинского музея двигали те же мотивы (хотя не поручусь, что реализованный проект кто-то не лоббировал), но результат, по-моему, получился тот же самый. К строгим вертикальным и горизонтальным линиям фасада монументального здания конца позапрошлого века с треугольным фронтоном совершенно не подходят стеклянные дуги и каменные закругления новых грандиозных «сеней». Это чистой воды эклектика, просто безвкусица. Лично мне это представляется совершенно очевидным и крайне огорчительным.

Борис Рубин