Донжуану - донжуаново

Мир страстей человеческих
№26 (1001)
Времена меняются, меняются взгляды. По меркам истории чуть ли не вчера интимные отношения до вступления в брак считались делом ой каким нехорошим. Особенно - для женщин, которым надлежало до гробовой доски, если судьба не подкинет официального мужа, чахнуть над девственной плеврой, аки царь Кощей над златом. Ослушниц ждали общественное презрение, изгнание, разнообразные санкции конфессионального толка, а иногда и мучительная погибель от рук возмущенных сородичей. 
 
Затем грянула сексуальная революция. Жить стало проще, жить стало веселей. Разумеется, явление это коснулось лишь той части государств, где религия не заменяла закон целиком.  Но, так или иначе, корреляция наличия-отсутствия девственности и облико морале  субъекта значительно уменьшилась. Куда важнее стало уметь предохраняться, проявлять тщательность и предусмотрительность в выборе партнера.  В школах ввели сексуальный ликбез. В СМИ начали проводиться кампании по разъяснению массам основ безопасного коитуса. В некоторых странах законодательно приравняли фактические брачные отношения к зарегистрированному браку.
 
Единственным, по поводу чего общественное мнение не согласилось проявить гибкость, оказалось отношение к адюльтеру. Проведенный в 2013 году институтом Гэллапа социальный опрос показал, что 91% американцев считает измену делом аморальным. 
 
Сравним с результатами других опросов: против клонирования человека – 88%, клонирования животных – 63%, абортов и самоубийств при помощи врача – по 56%. 
 
Так вот каков он – самый страшный черт, каким его малюют!
 
На самом же деле получается, что изрядная часть опрошенных кривит душой.  Злобная кляузница-статистика нам говорит, что около 21% женатых мужчин и 10-15%  замужних женщин нет-нет да и позволяют себе сбегать налево.
Причину того, что люди позволяют себе секс вне рамок постоянных отношений, мы  привычно ищем в ущербности этих самых отношений: холодности либо вечной занятости второго партнера, угасании чувств, трудностей быта... Не только причину, но и оправдание – уж кому что нужно. 
 
Другой причиной зачастую называется воспитание: неполная семья, кобелирующий папочка или легкомысленная мамочка, или и то и другое в одном флаконе. 
 
Третья причина – месть неверному либо подозреваемому в измене супругу. 
Наверняка я что-то еще упускаю, но жизнь так разнообразна и непредсказуема, что объять необъятное не стоит даже пытаться. 
 
К области непредсказуемого и удивительного можно отнести результаты опытов ученых-генетиков, полагающих, что в некоторых из нас неверность заложена природой. В отношении мужчин здесь все может быть объяснено жесткой прихотью эволюционного процесса: чем большее количество самок он осеменит, тем вероятнее утвердится в веках – пережиток борьбы за выживание, издержки естественного отбора. Но, как ни странно, у женщин, никого не осеменяющих, чья интенсивность соитий значительной роли на увеличение народонаселения не имеет, тоже может быть генетическая предрасположенность к адюльтеру.
 
Оказывается, очень многое в нашем поведении определяется двумя гормонами – вазопрессином и  окситоцином. Наличие этих гормонов в мозге характерно как для людей, так и для животных.  Люди – это те же звери, только с самомнением. И потому замечательнейшим образом иллюстрируют взаимосвязь между вазопрессином, окситоцином и, мягко говоря, ветреностью опыты ученых Университета Флориды, проводимые на животных. 
 
Для эксперимента были выбраны два близких вида мелких грызунов – горные полевки и степные полевки. Горные полевки ведут себя крайне донжуанисто. Самцы встречаются с самками исключительно для секса, сделав свое дело, утрачивают к подружкам интерес, ни малейшей заботы о потомстве не проявляют. Да и сами мамаши неидеальны, стараются поскорей выполнить минимум, предписанный природой, и уйти в вольный секс.
 
Степные полевки, наоборот, являются ну просто символом верности - наравне с многократно воспетыми лебедями. Они образуют пары, хранят трепетное постоянство по отношению друг к другу, строят, а точнее, роют общий дом и воспитывают потомство. К посторонним дамочкам  «окольцованный» самец степной полевки может даже проявлять агрессивность, если те навязчиво будут строить ему глазки. 
 
Оказалось, что такой разный подход к семье напрямую зависит от действия вазопрессина в мозге грызунов.  Этот гормон имеет сильное влияние на такие элементы социального поведения как доверие, сочувствие и сексуальные связи. Чем его уровень выше, тем сильней тяга к моногамным отношениям, но без влияния на интенсивность соитий.  
 
Несмотря на то, что ген рецептора вазопрессина у обоих видов грызунов практически одинаковый, у моногамных степных полевок такие рецепторы близки к центру удовольствия, а у горных полевок они расположены чаще всего в мозжечковой миндалине - области мозга, отвечающей за чувство беспокойства, страха.  Когда самец степной полевки находит ту единственную и вступает с ней в связь, он получает удовольствие, запоминает и ощущение, и его источник, и стремится повторить. У горных полевок такого не происходит. Природа шепчет им: «Плодитесь и размножайтесь», - и полевки послушно и беспорядочно спариваются. А уже потом все та же злодейка-природа, используя слабость материнских инстинктов, корректирует численность популяции.  
 
Ученые провели эксперимент: используя вирусы как средство доставки и инициализации производства этого гормона, ввели вазопрессин в центр удовольствия полигамных горных полевок. И те, внезапно ощутив кайф постоянства, кинулись создавать устойчивые парные связи. А блокировка вазопрессина в мозгу степных полевок напрочь уничтожила весь амур-лямур, и честные семьянины пошли вразнос.
 
С самками полевок была точно такая же картина, только вместо вазопрессина использовался окситоцин. 
До настоящего времени аналогичные опыты на людях не проводились – видимо, из-за нехватки добровольцев. Какая же супруга или какой супруг отпустит своего верного партнера для участия в подобном эксперименте?.. А ну как результат окажется необратимым. 
 
И какой же донжуан сознательно пойдет на превращение своего авантюрного настоящего в унылое моногамное будущее?  
Хотя причины, скорее всего, совершенно иные. Ясно одно: все не так  просто в этом мире. И область незнаемого широка, глубока и, вероятно, бесконечна.
 
Однако корреляция между содержанием вазопрессина и окситоцина в человеческом мозге и поведением людей не раз была темой научных статей. Немало трудов посвятили  ей ученые Америки, Европы и Австралии. И хоть проводимые эксперименты не имели целью изменить сексуальную природу испытуемых, тем не менее, они с некоторой долей достоверности способствовали пониманию глубинных причин женской неверности, ведь никаких эволюционных предпосылок к этому нет.  
 
Исследования, в процессе которых окситоцин и вазопрессин вводились людям (интраназально, если кого-то интересует), показали, что эти гормоны делают людей более доверчивыми, способствуют укреплению социальных связей, то есть, коррелируют с эмоциональной стороной взаимоотношений, антитезой половой распущенности.  
Чем сильнее проявление чувств, чем шире набор позитивных эмоций, вызываемых партнером, чем глубже доверие в семье, тем меньше позыв поискать удовольствий на стороне. 
 
И, наоборот, снижение уровня гормонов влечет к ослаблению межличностных связей, понижению уровня доверия и, как следствие, к измене.
 
 Здесь самое время помечтать о таблетках, микстурах или спреях  «Антикобелин», которые наверняка будут пользоваться спросом. Возможно, время их еще придет. Хотя найдутся желающие попротестовать, аргументируя правом на свободу выбора. 
 
Несмотря на все сказанное, хочется заметить, что вешать всех собак на личный набор генов, который есть данность, от нас не зависящая, нельзя. Все ученые говорят, что результаты испытаний на животных применимы к человеку с ооо-очень большими оговорками. 
 
Вклад генетических факторов в привычку сбегать налево оценивается примерно в 62% для мужчин и в 40% для женщин. Остальное, как ни крути, находится в области социальной, о чем было сказано в самом начале статьи. 
 
И хорошо, если чувства, поистрепавшись и поблекнув, сменяются взаимным уважением, трепетной бережливостью к душам тех, кто был рядом долгое время и, возможно, еще не растратил свою порцию любви к вам.