ОПАСНЫЕ абстракции

Культура
№31 (641)

Несколько лет назад документальная лента “Умереть в Иерусалиме” (реж. Хила Медалия) была номинирована на американскую премию “Эмми” сразу в трёх категориях: лучший фильм, лучшая постановка и за выдающиеся достижения в журналистском расследовании. Премия “Эмми” - телевизионныйq аналог “Оскара”.
Ее представляют три организации: Американская телевизионная академия, которая вручает премии всем вечерним передачам, исключая спортивные; Американская национальная телевизионная академия - вручает премии дневным, спортивным, новостным и документальным программам и Международная телевизионная академия - награждает телевизионные программы, выпускаемые и транслирующиеся за пределами США.
 Картина “Умереть в Иерусалиме” - история драматической встречи матери 18-летней террористки-смертницы, совершившей теракт в 2002 году, и матери жертвы этого теракта - погибшей 17-летней израильской девушки, а также развитие их отношений Это трагическое событие в своё время потрясло израильтян, а его неоднозначное освещение в американской прессе (репортаж газеты “Нью-Йорк Таймс” “Две девочки, разделенные войной, жертвы резни”), вызвал скандал и был назван в Израиле “самым необъективным” репортажем года, поскольку уравнивал жертву и террористку.
 А теперь, в 2008 годуэта страна, по сути, предлагает именно такой подход к проблемы Среднего Востока. Это ярко проявилось в новой израильской картине “Вальс с Баширом” (реж. Ари Фольман), которая вызвала сильный резонанс на последнем Каннском кинофестивале. Она была участником главной конкурсной программы.
Фильм посвящен известному и шокирующему событию времен Первой ливанской войны -  резне в палестинских лагерях беженцев под Бейрутом, Сабре и Шатиле, осуществленной отрядами фалангистов правого ливанского движения. Боевики обошли израильские патрули и ворвались в лагеря, убив сотни палестинцев (точное число жертв до сих пор не установлено, оценки колеблются от 1500 до 2750). Израиль, согласно выводам международной комиссии, не был напрямую виновен в произошедшем.
 Вопреки ожиданиям, режиссер картины “Вальс с Баширом” не ставил своей задачей назвать виновных. “Моя задача, - пояснил Ари Фольман, - понять, что происходит с нами”. В центре картины проблема изменения психики людей, ставших участниками военных действий. Картина снята на основе материалов интервью с девятью военнослужащими и психологами. Отснятые на видеокамеру документальные сюжеты “переложены” в анимацию, что усиливает образный ряд и эмоциональное воздействие ленты.
 На недавно прошедшем кинофестивале в Торонто была показана картина “Для моего отца” (реж. Дрор Захиви), рассказывающая о палестинском смертнике “поневоле”. История палестинского Ромео и израильской Джульетты не могла не тронуть сердца зрителей, тем более что террористом палестинского юношу вынуждают стать не убеждения, а обстоятельства и “ловушки”, расставленные подлинными экстремистами. “Ромео”, молодой араб, собирается взлететь на воздух посреди Тель-Авива, взорвав себя. Ломает его планы досадная мелочь - поломка детонатора, который ему никто не может починить, поскольку на дворе суббота. Ожидая, пока она закончится, герой сближается с местными жителями. Он знакомится с девушкой из ортодоксальной еврейской семьи и проводит с ней ночь на пляже, хотя это и не очень удобно, когда ты весь обвешан взрывчаткой. Как бы иллюстрируя спорные выводы о том, что идейные разногласия человеческим контактам не помеха, герой фильма к финалу начинает колебаться и понимает, что совершенно незачем этих довольно симпатичных евреев взрывать, но, к сожалению, отменить теракт уже не в его власти.
 Безусловно, умение общества ставить прямые и противоречивые вопросы - признак зрелости. И появление таких картин, как “Для моего отца”, “Вальс с Баширом”, “Умереть в Иерусалиме” - тому свидетельство. Однако совершенно очевидно, что никакие прекраснодушные размышления не способны решить проблемы региона. И если один участник конфликта исповедует философию “ненасилия”, а второй - принцип “идти до конца”, “до последней капли крови противника”, то финал однозначен. Раcсуждения о понятиях добра и зла становятся опасной абстракцией. Как это ни парадоксально.