Второе преступление Евы

Дела житейские
№31 (641)

 

«Быть женщиной очень трудно уже потому, что в основном приходится иметь дело с мужчинами»
 Джозеф Конрад

Почти весь день потратил на опрос нескольких десятков женщин. Разного возраста и национальностей, разного социального положения, интеллектуального и образовательного уровня. Родившихся в Америке и в разных республиках бывшего СССР, а, значит, обладающих разной ментальностью.
Всем этим женщинам я задавал один вопрос, ответ на который, по большому счету, я предполагал. Я не всегда дословно одинаково формулировал, но основной смысл сводился к следующему:
- Хотели бы вы поменяться местами с мужчиной (стать мужчиной, быть мужчиной...) и почему?
И вот какие ответы я получил (указывать возраста женщин я не буду, всего две категории – юная и взрослая.):

Оля, экономист, юная женщина:
Если бы у меня был такой выбор при рождении, то, конечно, выбрала бы родиться мальчиком. Дело в том, что общество как бы организовано «под мужчину». Женщина – «вспомогательная функция». На ней весь быт – накормить, обиходить, приласкать, пожалеть... При этом ничего не забыть, все держать в памяти, да еще и работать... О каких серьезных свершениях «на благо всего человечества» может идти речь, когда в голове, помимо работы, какой бы серьезной и ответственной она ни была, сотни мыслей и забот?! Не забыть проверить уроки у детей, отдать белье в стирку, купить продукты, приготовить обед и т.п. А сходить в парикмахерскую, к косметологу, привести себя в порядок? Это мужчина может позволить себе снисходительно относиться к тому, как он выглядит. Женщина же всегда должна быть в форме, всегда желанной.

Рита, журналист, взрослая женщина:
- Разумеется! Я вообще считаю, что у мужчины больше прерогатив в этой жизни.
Диана, журналист, юная девушка:
- Конечно, хотела бы! Думаю, что очень многие, если не все мои подруги, мечтают об этом. Мужчина – всегда обладатель больших свобод и возможностей. Он меньше зависит от общественного мнения, может позволить себе большую искренность в поведении и общении.
Света, работник бытовой сферы, взрослая женщина:
- Ни за что на свете! Даже если представить, что такой «сознательный выбор» вообще возможен. Природа не случайно разделила нас на мужчин и женщин: одни предназначены для поиска нового, для развития познания, другие - для сохранения найденного, стабильности жизни и ее продолжения. Начиная с детства, со школы, девочка и мальчик даже мыслят по-разному. Поэтому я, кстати, сторонница раздельного обучения. Я знаю массу женщин, особенно молодых, которые втайне мечтают стать мужчиной. Не в плане изменения пола - это патология, а в социальном плане. Иметь больше возможностей, больше свободы и т.п. Но никто не может ответить на вопрос, для чего им эта свобода и как бы они реализовали свои возможности. Кстати, о каких «возможностях» идет речь - тоже непонятно.

Лилия, филолог, взрослая женщина:
- Нет, никогда не возникало подобного желания. Меня всегда устраивало то, что я женщина, что меня опекают и защищают, что есть опора в лице мужчины.
Майя, химик, взрослая женщина:
- Желание женщины стать хотя бы на короткое время мужчиной, на мой взгляд, – признак духовной и душевной ущербности. Все эти феминистские глупости о равенстве привели к феминизации современного мужчины. Они путают социальное равенство с равенством физиологическим. Сила женщины – в ее слабости. Сила мужчины рождена и стимулируется слабостью женщины. Женщины, которая, несмотря на эту «слабость», правит миром.
Римма, филолог, взрослая женщина:
- Нет. Не хочу и никогда не хотела. Я – слабая женщина, и в этом моя сила. Я не способна ни по складу характера, ни по своему менталитету к мужским поступкам.

Фаина, педагог, юная женщина:
- Не корректный вопрос. Почему бы не спросить, хотела бы я родиться птицей или рыбкой? Или еще более идиотский пример – родиться цветком. Чем плохо: тебя поливают, лелеют, любуются, расцветай - и вся задача. Я родилась женщиной. Этим не гордятся, но об этом и не жалеют. У меня свои преимущества перед мужчиной, но и определенные сложности и трудности, не знакомые мужчинам. Что касается бытовых забот, то даже при их честном разделении пополам (полная фантастика) мысли женщины заняты «нерабочими вопросами» гораздо больше, чем у мужчины. И опять-таки в этом наше преимущество – мы более необходимы для того, что называется жизнью.
Вот так или приблизительно так, уважаемые читатели, отвечали мне женщины...
Интересно, что чем женщина взрослее, чем больше знает себе цену, чем более самодостаточна, тем реже посещает ее мысль, что «неплохо бы родиться мужчиной». И, наоборот, юные девушки и молодые женщины, еще не понявшие, в чем их потрясающая и всепобеждающая сила, склонны к «преходящему» – карьера, свобода поступка, положение в обществе, к тому, чего мужчине добиться легче.
Довольно длительная и подробная беседа в рамках этого опроса произошла у меня с умной, состоявшейся, образованной и очаровательной бизнес-вумен. Она абсолютно справедливо утверждает, что в школе и даже позднее - в колледжах девочки учатся и успевают лучше мальчиков. И перспектив перед ними не меньше, если не больше, чем у их сверстников мужского пола. Но позднее, с появлением семьи, на них взваливается неизмеримо большее количество проблем и забот. Она, эта превалирующая во всех отношениях женщина, в отличие от мужчины вынуждена делить свое время, силы и мысли между работой и домом. Потому что какие бы деньги она не зарабатывала, какое бы количество помощников у нее не было – кухарки, няньки для детей, домработницы и т.д., все равно ребенок, когда болеет, зовет маму, а не чужую тетю. А быть мамой – самый благодарный, но и самый ответственный труд. Поэтому, считает моя собеседница, она бы не отказалась хотя бы на некоторое время стать мужчиной. Для того чтобы хотя бы понять для самой себя, действительно ли мужчина более инициативен и талантлив. Или все его доминирующее положение в обществе обусловлено большими, чем у женщины, возможностями реализовать себя. В силу меньшего количества обязанностей, не связанных напрямую с его деятельностью.
Все это, разумеется, так и... не совсем так. Я много лет проработал в школе и, разумеется, знаю, что девочки с рождения и лет до 15 развиваются быстрее мальчиков и физиология девочки, конечно, сильно влияет на работу мозга. Мальчики развиваются медленнее, они позже начинают говорить, менее способны к четким формулировкам, им не свойственно интуитивное мышление, но у них больше творческих возможностей. А девочки более консервативны, вербальны, у них раньше и лучше развивается речь, они умеют четко формулировать, любят кропотливую конкретную деятельность. Но зато мальчики воспринимают новые знания быстрее и активнее девочек.
Ну и что? Ничего нового в этом нет. О том, что девочки развиваются быстрее, а мальчики потом догоняют и даже перегоняют девочек, известно давным-давно.
Но стоит ли все объяснять только физиологией? Ведь вопрос, который я задавал женщинам, подразумевал некоторые социальные и общественные причины желания «стать мужчиной». Следовательно, дело не только в физиологии. В чем же тогда?
На мой взгляд, все намного сложнее и... проще. На мой взгляд, в современном, так называемом цивилизованном обществе происходят страшные процессы, которые могут привести к глобальной катастрофе. Несоизмеримой по своим последствиям ни с атомной войной, ни с терроризмом, ни с глобальным потеплением. Со всеми этими ужасами еще можно как-то бороться, как-то им противостоять. Но с тем, к чему мы сами ОСМЫСЛЕННО идем, бороться трудно. С феминизацией мужчин и мужеподобностью (не внешней, естественно) женщин. По-научному это называется «маскулинизация». У представительниц слабого, но прекрасного пола появляется стремление играть мужскую, доминирующую роль, а мужчины становятся все более женоподобными. Начиная от характера и поведения и кончая внешними аксессуарами.

В развитых странах были проведены исследования: ученые пытались понять, почему происходит такая массовая феминизация мужчин и маскулинизация женщин. Обнаружилось, что мужская хромосома, которая, по сути, обуславливает мужской облик, имеет склонность к редуцированию, уменьшению. Феминизация мужчин приводит к нивелировке полов, конвергенции, сближению мужчин и женщин. Вы понимаете, к чему ведет стремление к «равенству» полов? К исчезновению человека как вида.
Видимо, ощущая эту опасность на подсознательном, на генном уровне, некоторая категория женщин стремится не только взвалить на себя мужские функции (защитить, добыть пищу и т.п.), но и, «превратившись в мужчину», сохранить человечество как вид.
Когда-то Ева в стремлении все познать уже подвигла Адама на поступок, приведший к изгнанию из Рая. Современные феминистки переплюнули свою прародительницу. Они стремятся изгнать мужчину из жизни!
Современным женщинам мало, что они всегда были и все еще остаются источником вдохновения и поклонения. Им мало, что им посвящались лучшие стихи и песни, что их увековечивали на холсте и в мраморе. Им мало, что из-за них и ради них мужчины шли на подвиги и преступления, что из-за них разгорались войны. Им мало того, что первое слово ребенка – мама, что, ударившись, когда нам плохо, мы интуитивно зовем маму, что слово “мать” свято для каждого нормального человека.
Им мало всего этого. Им мало своего могущества. Они хотят бокса и футбола, они жаждут бицепсов и трицепсов, мускулистых ног и железного пресса – всего того, что дала природа мужчине для защиты женщины. Но и этого мало. Они носят брюки и пиджаки, шляпы и галстуки, они делают татуировки, курят и колются наркотиками. Но и этого мало. Они организуют движения за то, чтобы общество перестало разделяться на мужчин и женщин. Само слово «женщина» они считают унизительным для себя, заменяя его безликим «человек».
Мне кажется, что сама Природа, устав бороться с человеком путем потопов, землетрясений, оледенений, эпидемий и прочих ВНЕШНИХ НАПАСТЕЙ, решила подложить человечеству мину замедленного действия. Уничтожить человечество изнутри, введя в него смертельную бациллу «равенства полов» – феминизацию. Бациллу, которая уничтожит человечество. И дай Бог, чтобы я ошибся!

Леонид Амстиславский

Победители и побежденные

Школьные триумфы девочек
Это до сих пор остается «открытым секретом», об этом стараются писать как можно меньше, и цифры приводят более щадящие. Щадящие мальчиков и юношей, потому что они в среднем невероятно отстают от девочек и девушек по учебным показателям как в школе, так и в колледже, и в университете.
Точнее и более широко этот гендерный вопрос должен быть поставлен так: почему девочки значительно обгоняют мальчишек во все годы обучения в школе, но тут же отстают от них на рабочем месте? Что если девочки подрастают и теряют свои козыри, тогда как мальчики мужают, «созревают» и набирают высоту?
Еще десять лет назад такой вопрос никто бы не додумался или не решился задать. Допущение, что мужской род преобладает как в учебе, так и на работе, тогда как девочек замалчивали или вовсе игнорировали, казалось бесспорным. Но в своей новой книге «Сексуальный парадокс» - оглушительный залп в неумолкаемых в прессе гендерных войнах – Сьюзан Пинкер приводит горы свидетельств о школьных провалах мальчиков и триумфах девочек. « В Соединенных Штатах у мальчиков в три раза больше вероятность оказаться в классах специального, облегченного обучения, в два раза больше вероятность остаться на второй год, а треть из них бросают школу до окончания её» - таковы факты, приведенные в книге Пинкер. Тесты, проведенные с 15-летними школьниками в 30 европейских странах, показывают, что девочки намного опережают мальчишек в чтении и письме и хорошо, устойчиво продвинуты в математике. Мальчики преобладают в высшем 1 проценте талантливых математиков, но их же больше всего на самом дне.
Что школа – когда даже университеты действуют избирательно, оказывая особое предпочтение для заурядных молодых людей, чтобы превосходящие их во многом абитуриенты женского рода вовсе не потеснили бы их из университетов.
Лучше юноши-троечники,
чем девицы-отличницы
Вот об этом –о явном предпочтении при приеме в колледж или университет мужского пола женскому - и стараются писать как можно меньше и скрытнее, чтобы этот невероятный факт не внедрился в национальное сознание. Ибо он означает применение по всей стране аффирмативной акции не для афроамериканцев, не для нацменьшинств, а для цвета и гордости нации – белых молодых людей. В самом деле, факт фантастический!
В давние дни – в 1974 году для точности – декан Принстона печалился, что «совместное обучение уничтожило таинство и дружеские сообщества, которые обычно возникали на кампусе». Он предсказывал, что допуск женского рода в Принстон «окажется очень неудачным, прямо-таки зловещим нововведением».
Через несколько лет число студенток по всей стране сравнялось с числом студентов. Это был полный паритет – 50:50.
И вот снова гендерный разрыв приоткрылся: если раньше герлы исключались, поскольку они были как-то недостаточно хороши, сейчас их отвергают из-за того, что они слишком хороши. Или, по крайней мере, они настолько хороши по сравнению с юношами, что приемные комиссии в некоторых частных колледжах с большим трудом ухитряются составить сбалансированный класс первокурсников. Приблизительно 58% студентов в масштабе всей страны – женщины, и соотношение женщин и мужчин, вероятно, перешагнет 60 - 40 через несколько лет. Гендерный разрыв еще хуже для чернокожих мужчин, которых их женщины превосходят на кампусе в соотношении 2 к 1-му.
Пока педагоги дебатируют - поразил ли Америку «кризис молодых людей» на кампусах, что означает полную перестройку в методике преподавания, колледжи потихоньку выправляют гендерный разрыв в количестве и качестве юношей, поступающих в вуз. «Это, конечно, грубое обобщение, будто никудышные мальчишки поступают в колледж вместо высоко отличившихся гёрл, - сказала (неискренне) Дженнифер Делахунти, председатель приемной комиссии в Кеньон колледже, - но по интеллектуальному развитию девочки далеко обгоняют мальчиков, и это различие стало еще заметнее в последние годы».
Разумеется, сделать такое признание – страшное табу, что Делахунти узнала два года назад. Она созвала тогда экстренное заседание приемной комиссии, и все они срочно составляли список принятых на первый курс, т.е. без стыда и зазрения совести вычеркивали из списка новых студентов-девочек и тут же заменяли их на мальчиков. Делахунти была в самом разгаре этой сомнительной чехарды, изгоняя из колледжа замечательных герл и кое-как протаскивая в список неудовлетворительных «боев», когда ей прислали емельку, где сообщалось, что ее собственная дочь, круглая отличница с лидерским темпераментом и капитан школьной футбольной команды, не прошла по конкурсу в колледж.
Нужны мальчики,
не нужны девочки
Печальный опыт вдохновил Делахунти написать исповедальную статью в «Нью-Йорк таймс» - « Всем тем герлам, которых я отвергла». Отклики на статью переполнили её электронный почтовый ящик. «Статья разъярила как феминисток, так и мисогинистов (женоненавистников) – я получила обе стороны спектра», - призналась Делахунти. Мисогинисты сказали, что у женщин и так уже слишком много преимуществ. Феминисты воскликнули: «Да как ты осмелилась не относиться к женщинам, как к мужчинам?» Но что более всего изумило Делахунти – это реакция молодых женщин: в основном они принимают как должное эти неравные условия при приеме в колледж. «Почему они не маршируют с протестом по улицам? – вот что сводит меня с ума. - Все это страшно несправедливо, и молодые женщины должны же что-нибудь об этом сказать».
Но когда дело доходит до приемных комиссий в частных колледжах, закон молчит, процесс затемнен, засекречен, нужды института – первостепенны. А сюда входит в первую очередь гарантия, что класс первокурсников не будет на 70-30 женского рода, потому что такой гендерный расклад не устраивает, не привлекает обе стороны – равно мужчин и женщин. Когда стало известно, что Колледж Уильяма и Мери принимает в среднем юношей на 12 немыслимых процентов больше, чем девушек, директор приемной комиссии, измотанный журналистом по поводу этой невероятной цифры, оригинально отвечал: «...даже девчата, которые подают заявление в институт, ожидают увидеть парней на кампусе. Это ведь не Колледж Мери и Мери; это – Колледж Уильяма и Мери».
Но гендерный разрыв упорно маячит на кампусе, где герлы выигрывают больше призов, записываются в разные клубы, больше участвуют в самодеятельности, проявляют лидерские замашки, работают волонтерами, чаще оканчивают вуз с отличием. «Вот мы сидим и толкуем: почему ни один студент не претендует на роль лидера? – говорит декан Университета Кларк в Массачусетсе, где соотношение герл к «боям» 60 на 40. – Может быть, нам стоит сделать упор на традиционно мужской лексикон – «Будь лидером на кампусе!» вместо нынешнего «Будь членом нашей команды»?» Этот декан недавно запустил программу поддержки «Мэны помогают мэнам», чтобы подсобить студентам мужского рода приспособиться к их статусу меньшинства.
Все это так, и я привожу эти упорно замалчиваемые факты дискриминации девушек при поступлении в вуз, чтобы они знали, что их ждет.
Но вернемся к книге Сьюзан Пинкер «Сексуальный парадокс», где перечислены все триумфы девочек и подчеркнуто их явное превосходство над мужским полом в школе и в колледже. Если бы понадобилось предсказать будущее на основе одних учебных достижений, мир был бы матриархатом.
Сексуальный парадокс
Но этому, конечно, не бывать. Как только они переходят из колледжа на работу, мужчины в среднем вкалывают больше, зарабатывают больше, руководят и начальствуют чаще. Особенно они доминируют в национальном правительстве, в корпоративном правлении и в научных лабораториях. Тем временем женщины скорее всего покинут «трудовые ряды» и кончат с низкой зарплатой и меньшим авторитетом, если они вернутся на работу.
Но статистика ничего не говорит о выборе, который мужчины и женщины делают индивидуально. Также Пинкер не полностью отметает эффект половой дискриминации или культуры, которые определяют выбор женщины. Но она считает, что эти силы играют очень незначительную роль. Для поддержки Пинкер цитирует женщину-профессора из престижного колледжа: «Я очень скептически отношусь к представлению, будто общество отвращает талантливых женщин от карьеры ученого. В моем опыте, начиная c образовательного периода моей жизни, все было как раз наоборот – меня тянули, подталкивали в науку». Если женщины не несутся сломя голову и наперегонки с мужчинами, к высшим ступеням науки, правительства и корпораций, и это – несмотря на десятилетия усилий соблазнить их, - значит, они так созданы – сопротивляться требованиям на верхах этих профессий.
Мозг женщин работает с ничуть не меньшим энергетизмом, чем у мужчин, но он значительно отличается и больше варьируется, чем мужской мозг. И в этом Пинкер видит объяснение гендерного различия в подходе к труду. Женщины более ценят внутренние заслуги, у них более широкие интересы, и они лучше оценивают свое влияние на других. Они «подзаряжены» на сочувствие. Эти черты – не благоприобретенные. Они – результат генов и гормонов. Из-за своего биологического склада большинство женщин предпочитает ограничить время, которое они тратят на службу, и находить на работе «присущий ей смысл», а не верховенство над подчиненными. Оба этих женских свойства вступают в конфликт с возможностью заработать бешеные деньги и продвигаться вверх по карьерной лестнице.
Забавно читать, как Пинкер сражается (совершенно справедливо) с пресловутой «мужской моделью успеха» - её долгое время навязывали ( да и сейчас она в ходу) женщинам как идеальный образец. Считалось, что женщины «должны хотеть только то, что хотят мужчины, и горячо поощрялись выбирать это 50 процентов рабочего времени». Или такое: когда начальство говорит – прыгай! – служащие должны всегда спросить – как высоко? Даже когда они работают меньшее время за меньший статус и малые деньги, в среднем больше женщин признают, что они довольны своей карьерой.
К сожалению, Пинкер так и оставляет без ответа центровой вопрос книги, который требует больше объяснений и толкований, чем все другие её аргументы, хотя этот вопрос прозаичен и отлично знаком многим родителям. Мальчики круто отстают от девочек в психологическом развитии и физической упругости и затем, вырастая в тинейджеров, начинают догонять своих ровесниц. Вполне возможно, что после нескольких лет равенства в развитии с девочками мальчишки готовы состязаться за лучшее место на рабочем рынке, а затем рвутся вперед, тогда как культурные нормы и дискриминация отбрасывают женщин назад. В самом деле, почему свойственное девочкам неприятие конкуренции таким и остается, пока они жизнерадостно сметают все академические награды и почести, а потом вдруг – и только на работе – идут на понижение?
Несмотря на такие безответные вопросы, автор «Сексуального парадокса» разделывает в пух и прах «мужскую модель успеха». Она также права, когда замечает, что «изнурительные рабочие часы не всегда переводятся в высокую продуктивность». И она трижды права, когда призывает школы обратить на проблемы мальчиков особое, отдельное внимание. Да, Пинкер не ухватывает всю сложность процесса, круто разделяющего жизни мужчин и женщин, но она предлагает рецепт, помогающий многим из нас достичь предела наших возможностей и способностей.

Елена Клепикова

МУЖЧИНА И ЖЕНЩИНА

Одно из прав, отстоять которое женщины всегда стремились – это право строить карьеру наравне с мужчинами. До сих пор сложно дать однозначный ответ на вопрос, добились ли женщины этого. Наверное, не вполне, потому что даже успешные бизнес-леди признаются, что завидуют мужчинам. Почему?

Евгения, 43 года
Если бы мне предложили выбрать пол, я бы ответила: «Конечно, я хочу быть мужчиной». Мне кажется, они свободнее женщин, у них больше возможностей для реализации себя в бизнесе. И дело не только в том, что порой в деловых кругах мужчины пользуются большим доверием, чем женщины. У женщины есть «профессиональные» обязанности и вне стен офиса: жены, матери и хозяйки. Если можно так выразиться, женщина – это генеральный менеджер семьи. Мужья чаще только помогают по хозяйству, а ведут его жёны. Они составляют списки продуктов на неделю, помнят, за сколько часов нужно заплатить бебиситеру и когда отправить поздравительную открытку тётушке.
Из сотен таких «пустяковых» дел состоит обширный второй рабочий фронт. Строить карьеру и быть хорошей хозяйкой одновременно – это практически невыполнимо. Для многих женщин в определённый момент наступает время выбора между семьёй и карьерным ростом. И часто женщины выбирают семью.

Юлия, 23 года

Я завидую мужчинам, потому что у них изначально больше свободы – ведь они не могут рожать. В наше время, конечно, женщину не будут откровенно осуждать, если она не захочет стать матерью. Но бездетная женщина, каких бы высот она ни достигла, в восприятии многих остаётся «неудачницей». Я слышала, что именно неспособность иметь детей рождает в мужчине потребность в самоутверждении, в создании чего-то нового.
А для женщины вроде бы это и не обязательно - ведь самое лучшее, что она может сделать, - это подарить миру нового человека. В итоге получается, что мужчины в большей степени, чем женщины, могут позволить себе жить во имя своего призвания, найти себя в той или иной сфере, а для женщины есть только один святой путь – материнство.

Кристина, 25 лет

Главная причина, почему я завидую мужчинам, это то, что в жизни каждого из них есть любящая женщина (сначала мама, а потом жена), которая о нём заботится. Она устраивает его быт, старается создать уют в доме. А мужчина в это время может сконцентрироваться на работе и делать карьеру.

Ольга, 34 года

Я нисколько не завидую мужчинам и абсолютно не могу представить себя в мужской «шкуре». Быть женщиной для меня естественно и правильно, даже не знаю, как можно хотеть чего-то другого.
По-моему, есть не так уж много доступных мужчине вещей, которые были бы не доступны женщине. Если специально покопаться, то, конечно, можно составить «список завистницы», но, по-моему, это пустое занятие и надо уметь ценить то, чем ты обладаешь. И тогда уже мужчины будут тебе завидовать.

Нельзя не согласиться с Ольгой – у  мужчин тоже есть чему завидовать женщине. Хотя не все готовы признаться в этом.

Кирилл, 23 года

Да, я порой завидую женщинам. Потому что практически в любых ситуациях лидирует женщина, последнее слово остаётся за ней. Мужчине остаётся только смириться с этим и в конце любого спора принять точку зрения своей «слабой» оппонентки.
Сергей, 32 года
Мне кажется, в наше время мужчины порой зависят от женщин больше, чем женщины от мужчин. Например, в случае развода мужчина может потерять всё: дом, семью, детей (стать для них «приходящим папой»). Возможно, твоя бывшая жена вступит в повторный брак, а ваши дети будут больше общаться с отчимом, чем с отцом. Так происходит потому, что принято считать – связь матери с ребёнком сильней, чем связь отца с ним. По-моему, в этом мужчина может позавидовать женщине.


Выходит, женщины завидуют мужской свободе, а мужчины - силе женственности. Наверное, так и должно быть. Ведь не исключено, что мужчины и женщины уживались бы гораздо хуже, если бы видели в противоположном поле одни минусы.

Диана Вернер