BORО-графия Нью-Йорка: Бэй-ридж

Нью-Йорк
№26 (584)

Бруклинские районы уникальны тем, что их история кардинально отличается друг от друга. Юго-западный Бэй-Ридж – явное тому подтверждение. В этом районе никогда не хозяйничала мафия, как, например, в Бенсонхерсте. Здесь не было громадных рыбных рынков и забитых до отказа лодками причалов, как в Шипсхедбее. Бэй-Ридж прославился на весь мир совсем другим.
Первыми европейцами, ступившими на землю будущего Бэй-Риджа в первой половине XVIII века, были голландские поселенцы. Их внимание сразу же привлекла необычная почва – ярко выраженного желтого цвета. И не было здесь такой бурной растительности, как в других районах Бруклина. Голландский энтомолог Тор Эндрюс, изучавший в то время фауну района, даже сделал настораживающую запись в своем дневнике: «Несмотря на отличное месторасположение, район игнорируют насекомые. Не исключено, что почва и немногочисленные растения заражены какой-то экзотической болезнью».
Исследователи полагают, что 5 – 10 веков назад территорию Бэй-Риджа регулярно заливало океанской водой. «Плохая растительность, которая так удивила первых поселенцев, обусловлена необычным местоположением района, - предполагает профессор Джон Хатчисон. – Сотни лет назад он периодически уходил под воду, превращаясь через некоторое время в пустыню. Затем течение изменилось, и уровень воды стабилизировался».
Голландцы прозвали район «Желтый крюк» (Yellow Hook) и убедившись, что проживание полностью безопасно для их здоровья, начали осваивать территорию. В последующее столетие здесь процветали животноводство и ремесленничестве. “Желтый крюк” славился сувенирными лавками, кухонной утварью, изделиями из кожи, металла и дерева. Голландец Кирк Неббер, например, открыл мастерскую по пошиву одежды и за шесть лет заработал такую сумму, что мог позволить себе не работать до конца жизни. Вернувшись в Голландию, он купил роскошное поместье и вложил часть денег в банковское дело.   
Бэй-Ридж обязан своим возникновением европейским американцам Томасу Толли и Бенджамину Оглу. Первый был прекрасным фермером, второй – замечательным политиком (кстати, одно время был губернатором штата Мэриленд). Толли и Огл подумывали о превращении района в роскошный курорт. Ходят слухи, что они ненавидели любые корабли, так как оба потеряли дорогих родственников, утонувших во время переправки в Соединенные Штаты. Оглу даже приписываются следующие слова: «Пока я буду владельцем земли в Бэй-Ридже, ни одно судно не пришвартуется к его территории». Однако корабли в заливе все же останавливались.    
Кстати, именоваться Бэй-Риджем (то есть «заливом горного хребта») район стал после эпидемии желтой лихорадки (yellow fever), унесшей, по разным данным, жизни от 1.5 до 4 тысяч местных жителей. Тогда привычное название «Желтый крюк» приобрело пугающее и отталкивающее значение.
Уже в начале XIX века район приобретает славу «элитарного и помпезного». Помимо трудолюбивых голландцев, сюда начинают приезжать иммигранты из Норвегии и Дании. Район удивлял своими чистыми улицами и культурной речью жителей. Не поверите, но в 1810 году можно было схлопотать 10 суток тюрьмы за брошенный на тротуаре мусор и нецензурную брань.
 «В то время Бэй-Ридж был культурной столицей не только Бруклина, но и всего Нью-Йорка, - продолжает Хатчисон. – Здесь не было злачных мест, вроде публичных домов, опиумных притонов и дешевых гостиниц. Аренда квартир и домов стала такой высокой, что бедные люди предпочитали перебираться в более дешевые районы».
Стоит заметить, что в Бэй-Ридж приезжали преимущественно иммигранты с большими деньгами. Именно здесь, по некоторым данным, осели тысячи банкиров, бухгалтеров и финансистов. Многие из них не скрывали, что приехали в Соединенные Штаты отдыхать, а не работать. 
Норвежцы и датчане обожали тратить деньги на дорогие дома в викторианском стиле. Например, богатый бизнесмен Джекоб Юнен оплатил финансирование сразу 70 частных домов в разных уголках Бэй-Риджа. «Я заложил архитектурный образ района, - с гордостью говорил он. -  Если будете строить дома, то постарайтесь, чтобы они выглядели не хуже моих». 
Борьба за красоту и стиль превратилась в настоящую войну против малообеспеченных слоев населения. В 1815 – 1822 годах в Бэй-Ридже сгорело около сорока жилых построек, принадлежащих малообеспеченным жителям. Так богачи утверждали свое право «на дороговизну и исключительность архитектуры».
В исторических документах есть сведения, что жители называли район «маленькой Англией», стараясь совершенно во всем подражать культуре Туманного Альбиона. Это в какой то мере парадоксально, так как выходцев из Великобритании в Бэй-Ридже насчитывалось от 5% до 8% от общего числа жителей. 
Середина XIX века ознаменовалась бурным строительством дорогих отелей и ресторанов. Жители вкладывали миллионы долларов в туристический бизнес. Недостаток чернорабочих легко компенсировался за счет работников из других районов Бруклина. В 1879 году открывает свои двери роскошная гостиница в Толли Поинте, полностью выполненная в викторианском стиле. Прибрежные зоны, которые долгое время не эксплуатировались, превращаются в роскошные пляжи. О сервисе для отдыхающих говорит следующий факт: ежедневно, начиная с часу ночи до шести утра, рабочие должны были просеивать каждый миллиметр пляжного пространства. Причем делалось это вручную, с помощью специальных приборов, напоминающих сито.
Кстати, местные бизнесмены, занятые в туристическом бизнесе, нередко рассказывали отдыхающим, что удивительно желтый и чистый песок пляжей Бэй-Риджа специально привезен из Африки. Туристы, как правило, всегда покупались на этот тонкий рекламный ход.
В начале марта 1893 года в Бэй-Ридже произошло событие, о котором несколько месяцев трубила вся английская и американская пресса. На один из пляжей выбросило позеленевшую от водорослей бутылку с запиской внутри. В послании гласилось: «Сегодня, 19 февраля 1893 года, пароход «Норонник» налетел на гигантский подводный айсберг. Через несколько минут судно полностью уйдет под воду. Спасшихся нет. Температура воды ледяная...»
Автором записки оказался английский капитан Джеймс Робертс. Его торговый пароход отправлялся из ливерпульского порта в Нью-Йорк. На борту было несколько тонн продуктов и 322 единицы рогатого скота. До обнародования записки никто не знал о том, что же случилось с внезапно пропавшим «Норонником».
Место, куда выбросило бутылку с запиской, моментально превратилось в туристический мемориал. Любой желающий мог за несколько долларов выслушать подробный рассказ о судьбе корабля и подержать в руках ту самую бутылку (записку после экспертизы отправили в лондонский музей).
Кстати, Бэй-Ридж стал одним из первых бруклинских районов, куда была проложена железная дорога. Так что на популярные во всей Северной Америке курорты можно было добраться на поезде. Подсчитано, что двухнедельный отдых в Бэй-Ридже 1896 года обходился примерно в ту же сумму, что и отдых на лучших курортах Европы. Цены были невероятно высокими. Некоторые гостиницы специально огородили высокими непроницаемыми заборами, чтобы повседневный бруклинский вид не смущал любителей роскоши.   
В начале XX века в Бэй-Ридже начинают с катастрофической быстротой появляться ирландские пабы. Их открытие инициировали местные жители после жалоб туристов, что «алкоголь продается исключительно в дорогих ресторанах или гостиницах». Теперь недорого выпить можно было почти на каждом углу. К 1910 году ирландские «рюмочные» лидировали в списке самых распространенных бизнесов.
Первая половина ХХ столетия сопровождалась слухами о строительстве гигантского моста, который объединит Бэй-Ридж (Форт Гамильтон) со Стэйтен-Айлендом. Далеко не все бизнесмены поддерживали этот хлопотный проект. Например, владелец нескольких ресторанов Чарльз Бенедикт сказал, что продаст все свои бизнесы и покинет Бэй-Ридж, если «его любимый район превратят в проходной двор». 
Не лишним будет сказать, что строительство моста сопровождалось уничтожением уникальной красоты построек, ставших символами Бэй-Риджа, – домов XVIII века в викторианском стиле, исторических памятников, библиотеки и главное – военного форта Лафайетт – гордости Нью-Йорка. Для тысяч жителей этот форт значил намного больше, нежели статуя Свободы.   
Однако строительство самого большого на тот момент висячего моста в мире остановить не удалось. Две «башни», весом 27 тысяч тонн каждая, три миллиона массивных заклепок, один миллион огромных болтов - и в 1964 году красавец Verrazano открылся для американских автомобилистов.
Никто точно не знает, сколько рабочих погибло во время строительства моста. Очевидец событий Митчелл Шонберг утверждает, что не менее четырехсот человек. «Люди срывались с большой высоты и разбивались о воду, - вспоминает он. – Их тела уносило течением на несколько километров, потому что водолазы отказывались постоянно дежурить на берегу. Некоторым удавалось выжить после падения, но они на всю жизнь оставались инвалидами. К сожалению, это чудо архитектуры построено на крови».
Именно появление Verrazano Bridge кардинально изменило Бэй-Ридж. Раньше жизнь в районе била ключом только в летнее время. Зимой многие бизнесы закрывались, а жители разъезжались из-за отсутствия туристов. В конце 60-х район стал невероятно перспективным в плане инвестиций, и практически все земельные участки, включая пляжные территории гостиниц, были распроданы. Началось строительство частных домов, бум малых бизнесов и наплыв иммигрантов. Сегодня «курортный» район мало чем отличается от своих географических соседей – Бенсонхерста, Сансет-Парка и Дайкер Хайтс.
О норвежских иммигрантах каждый год напоминает красочный парад, который проходит по Пятой авеню. Сотни людей в традиционной норвежской одежде проходят по Бэй-Риджу под грохот барабанов и труб. Кстати, многие жители и туристы путают этот парад с шотландскими и ирландскими шествиями. На первый взгляд, сходство невероятное.
Бэй-Ридж также известен своей средней школой Xaverian High School – одной из самых престижных государственных школ Нью-Йорка. Мало кто знает, что давным-давно на месте Xaverian High School располагалось военное кладбище. Здешние школьники любят пугать друг друга разнообразными легендами и страшилками на эту тему. 
В Бэй-Ридже родились и выросли многие известные личности. Например, политический деятель и активный член партии «зеленых» Джон Эдер, кинематографист итальянского происхождения Джованни Капителло, звезда женского баскетбола Кристина Маллен. Здесь даже жил один из мэров Нью-Йорка – Уильям О’Двайер. 
В Бэй-Ридже сняты десятки голливудских фильмов. Особенно режиссеры почему-то любят использовать этот район для боевиков.
Всем жителям замечательного района рекомендую посмотреть боевик Out for Justice со Стивеном Сигалом. Фильм, честно скажу, довольно банальный, зато улицы Бэй-Риджа можно увидеть почти в каждом эпизоде. Не исключено, что в кадры попал и ваш дом.
Тем, кто никогда не был в Бэй-Ридже, рекомендую взглянуть на здешние частные дома. Некоторые напоминают музеи и сохранились с XVIII века. Частенько в этих архитектурных шедеврах проживают иммигранты в седьмом – восьмом поколении. Их давние предки когда-то приплыли из Голландии, Норвегии и Дании...


Комментарии (Всего: 2)

-Живу здесь. Интересно было почитать. Спасибо.

Редактировать комментарий

Ваше имя: Тема: Комментарий: *
Спасибо, Михаил, ещё раз за интересные статьи!

Редактировать комментарий

Ваше имя: Тема: Комментарий: *