Где тонко...

Социальный аспект
№50 (294)

Новый тон в заявлениях администрации Президента отражает реальность, незнакомую американцам до атаки на «близнецов» и появления писем с антраксом: жизнь сопряжена с риском, в том числе риском потерять тысячи человеческих жизней и миллиарды долларов.[!]
В связи с этим журнал Newsweek обратился к официальным лицам и экспертам на разных уровнях - от нового Управления по безопасности страны и соответствующих служб в частных компаниях до местных полицейских управлений - с просьбой рассказать, какие меры предпринимаются для того, чтобы Америка стала менее уязвимой.
Некоторые из этих мер вполне очевидны, и для их принятия требуются только желание и решимость - качества, на недостаток которых Америка не может
пожаловаться, по крайней мере, сейчас. Другие обусловлены разработкой и внедрением новых технических средств, специальных методов или принципиально иной организации форм ответственности, которые еще предстоит создать. Некоторые шаги, такие, как, скажем, участие в массовых спортивных событиях, предусматривают изменения привычного образа жизни. Другие же, вроде установки более совершенных фильтров в вентиляционных системах, так и останутся незаметными для большинства из нас.
Журнал не имел целью кого-нибудь взволновать или, наоборот, успокоить. “Правильным ответом на вопрос: “Можете ли вы гарантировать безопасность фактора Х?” всегда будет: “Нет”, - говорит консультант по неожиданным ситуациям Питер Сэндмен. - Наша задача - как можно точнее оценить степень риска и предложить способы ее уменьшения”.
Недавно несколько групп специалистов под руководством губернатора Джеймса Гилмора, бывших сенаторов Гэри Харта и Уоррена Рудмена, бывшего посла Пола Бреммера и других исследовали наиболее уязвимые места в инфраструктуре страны и составили предложения по их защите от террористов. Как высказался в начале этой работы один из ее участников, “чтобы защитить себя, вы прежде всего должны определить объекты, которые нуждаются в такой защите”.
На что президент Буш заметил: “Вы” здесь означает не только выборных официальных лиц и команды, отвечающие за непредвиденные ситуации, но также и каждого американца”.
Ниже мы приводим главные выводы, к которым пришли специалисты, и первые шаги к выполнению их рекомендаций.
Все мы, как известно, несколько раз в день присаживаемся за стол: дома, на работе во время ланча, в кафе и ресторанах. Столь массовое “увлечение” едой “делает национальную систему снабжения продуктами питания, как местными, так и импортными, вполне пригодной целью для террористов”, - заявил в Конгрессе секретарь Службы здоровья и обслуживания Томми Томпсон. – Удовлетворен ли я инспекциями, которые мы производим? К сожалению, нет. И это меня очень беспокоит”.
Исходя из сказанного, администрация Буша запросила в Конгрессе дополнительно 61 миллион долларов для улучшения проверок качества и безопасности всего, что поступает на пищевой рынок страны. Эти средства позволят увеличить существующий в Администрации по контролю за пищевыми продуктами и лекарствами (FDA) штат из 750 инспекторов еще на 410 человек.
Как сообщает контрольный орган Конгресса - Управление общей бухгалтерской отчетности, сегодня FDA и Служба здоровья успевают проверять только 1 (один!) процент из 3,7 миллиона партий импортной пищи, прибывающих в страну каждый год. Инспекции подвергается примерно такая же доля и местной продукции. Таким образом, считают эксперты, уязвимость системы снабжения американцев едой на всем ее протяжении - от фермы до стола – является достаточно высокой, но в то же время опасность не стоит преувеличивать.
Возьмем, например, зерновые культуры. Отравить большие запасы зерна или приготовленных из него продуктов так, чтобы это привело к массовым заболеваниям и гибели людей, достаточно трудно. “Появление над полями с неубранным еще урожаем незарегистрированных самолетов или вертолетов, разбрасывающих какие-то химикаты, должно немедленно вызвать тревогу соответствующих служб”, - говорит Питер Чалк из RAND Corporation, одного из крупнейших мозговых центров страны. Это означает, что пестициды и другие яды практически не могут быть в больших количествах тайно разбрызганы на посевы. К тому же, опасаясь диверсий террористов после 11 сентября, власти заперли многие ангары с небольшими самолетами на замок, а в некоторых случаях, чтобы удержать машины на земле, на них демонтировали отдельные части и узлы.
Но даже если бы террористам и удалось облить поля ядовитыми пестицидами, растворами мышьяка или антракса, их действие испытал бы на себе не массовый потребитель, а сравнительно ограниченный состав рабочих ферм. Огромные силосные зернохранилища, куда поступает с полей урожай, как правило, хорошо охраняются. После терактов в Нью-Йорке компания The Andersons, например, управляющая элеваторами с запасами кукурузы, соевых бобов и пшеницы на Среднем Западе, приняла дополнительные меры безопасности и гарантирует полную недоступность для злоумышленников железнодорожных вагонов, в которых перевозят урожай.
Доступ на предприятия пищевой промышленности также весьма ограничен. “Производители вводят на своих заводах и средствах доставки их продукции самые строгие меры безопасности, - говорит представитель Grocery Manufacturers of America Питер Клири. - Компании, например, тщательно проверяют своих работников, особенно при переводе их на другую работу, связанную с доступом к процессу производства пищи. Они охраняют территорию предприятий, контролируют транспорт и связи между цехами”.
Есть, правда, в этой системе и серьезные просчеты. Так от производителей не требуют регистрации в FDA. “Почти каждый может открыть свой бизнес, начать производить пищу и распространять ее по всей стране без федерального контроля, - говорит Каролина Смит-де-Ваал, глава службы надзора за продуктами питания Научного центра общественных интересов. Впрочем, само признание этого недостатка наверняка может служить верным признаком его скорого устранения.
К счастью, заражение продуктов далеко не всегда оказывается столь опасным, как можно было бы представить. Больше всего в этих случаях угрожают здоровью и жизни четыре болезнетворных микроба: сальмонелла, кишечная палочка E.coli, бактерии ботулизма и холерный вибрион. Но и при поражении ими риск сравнительно ограничен. Даже попавший в пищу антракс вряд ли вызовет очень серьезные последствия. Когда в 1984 году религиозная секта отравила сальмонеллой пищу и напитки в десяти салат-барах города Орегон, заболело почти 800 человек (у большинства наблюдались тошнота, расстройство желудка, повышенная температура и озноб), но никто из них не погиб. А между тем каждый год в Соединенных Штатах миллионы людей страдают от “обычных” пищевых отравлений, при этом почти пять тысяч из них умирает. Причина этих трагедий устанавливается далеко не всегда, и кто знает, может быть, здесь тоже не обходится без террористов?
Службы безопасности на пищевых предприятиях задерживают и изымают у приходящего на работу персонала даже самые маленькие пузырьки и ампулы, поэтому пронести в цех значительные дозы вредоносных микробов достаточно трудно. К тому же процесс приготовления пищи обычно связан с нагреванием: консервы стерилизуются, молоко пастеризуется, большинство замороженных продуктов или предварительно пастеризуется (мороженое) или обваривается (фрукты и овощи), а запечатываемые в целлофан и коробки хлеб, крекеры, хлопья и печенье пекутся. Болезнетворные микроорганизмы, в частности, бактерии, вызывающие ботулизм, при этом гибнут.
Значительно большую опасность представляют собой патогены, внесенные в продукты после окончания процесса производства. В 1998 году, когда сальмонелла случайно попала на приготовленные овсяные хлопья Malt-O-Meal, в 21 штате заболело более четырехсот человек. Для предупреждения таких заражений как раз и требуется увеличение штата инспекторов.
- Конечно, террористы могут заразить продукты и в магазине. Скажем, сделать примитивную инъекцию цианида в огурцы. Но и в розничной торговле и у оптовиков уже давно устанавлены видеокамеры, позволяющие следить за необычными действиями покупателей, а также принято проверять прошлое принимаемых на работу людей.
То, что подобные, удавшиеся, несмотря ни на что, террористические акты в торговле могут стать причиной лишь небольшого числа смертей, не может служить утешением. Лучше быть бдительным и осторожным. Даже тогда, когда, казалось бы, вам ничего не угрожает. “Простое мытье продуктов уничтожает большинство микробов, нагревание, по крайней мере, до 165 градусов по Фаренгейту убивает сальмонеллу и E.coli, а кипячение в течение 10 минут инактивирует ботулизм”, - говорит Майкл Дойл из Центра по безопасности питания в университете Джорджии. Есть и еще одно эффективное средство обеззараживания продуктов - гамма-лучи. К сожалению, машина для облучения стоит минимум миллион долларов и может представлять риск для здоровья обслуживающих ее работников.
Телефонные сети, линии электропередач, финансовые системы, системы срочных телефонных вызовов и безопасности в аэропортах, управление газо- и нефтепроводами и, конечно же, Интернет (куда более ценный сейчас, чем “тихоходная” почта) - все они немыслимы без информации, передаваемой через компьютерные сети.
“Если их ключевые звенья и серверы будут выведены из строя, это вызовет настоящую катастрофу, - говорит Терри Бензел из лаборатории Network Аassociation, которая проводит исследования компьютерной безопасности. - С 11 сентября, я могу это утверждать, было принято множество мер по дополнительной защите жизненно важных компьютерных сетей, и сейчас можно быть уверенным, что эти мероприятия обеспечат необходимую надежность”.
Многие эксперты по безопасности, действительно, полагают, что кибернетический Перл-Харбор сейчас невозможен. И тем не менее, ряд специалистов находит в этих сетях уязвимые звенья. Рассматривая сценарии компьютерной атаки на системы телекоммуникаций, снабжения водой, природным газом и электричеством, Джефри Ханкер, декан школы Heinz, специализирующейся на общественной политике и управлении, обращает внимание на то, что “все больше и больше они дистанционно контролируются через Интернет”. Эта зависимость внушает ему и его коллегам большую тревогу. Столь же обоснованную, как и неуверенность в надежности систем по переводу денежных средств.
Внедрение хакеров в электронные банковские операции может привести к неоценимым потерям. И эта угроза вполне реальна. В 1997 году в стране был проведен тест, называемый “Подходящий получатель”. Более тридцати национальных агентств по безопасности попытались представить, как действовали бы кибертеррористы из Северной Кореи. “Мы выяснили, что хакеры могут нанести сокрушительный удар по всей национальной инфраструктуре Соединенных Штатов, включая и энергетические сети”, - заявил тогда представитель Пентагона.
К счастью, наиболее важные компьютерные системы имеют несколько защитных барьеров, в том числе сложнейшие защитные коды, ограждающие их от непрошеного вторжения. “Даже если террористы получат физический контроль над системой с сильной кодовой защитой, они не смогут использовать ее”, - говорит Говард Шмидт, руководитель службы безопасности компании Microsoft, недавно призванный в американскую армию для укрепления надежности государственных компьютерных сетей.
Один из ведущих специалистов США по кибербезопасности Ричард Кларк рекомендует руководству страны использовать совершенно отдельную управляемую голосом систему, называемую GOVNET. По его мнению, она значительно меньше других подвержена атакам хакеров и вирусам.

Весной 1993 года в Милуоки произошла самая масштабная в истории штата вспышка болезни “водного” происхождения. Одноклеточные паразиты сryptosporidium, или коротко crypto, просочились через фильтрующие и дезинфицирующие устройства двух водоподготовительных заводов и, достигнув кранов в городах и поселках, стали причиной массового заболевания. Из 800 тысяч потребителей пострадало более половины, нескольких десятков человек погибло. Откуда пришла беда, санитарные службы так никогда и не узнали. Возможно, источником заразы было ближайшее канализационное предприятие, поскольку злосчастные микроорганизмы часто развиваются в экскрементах млекопитающих животных.
В Соединенных Штатах работает около 168 тысяч систем водоснабжения, при этом некоторые из них обслуживают от 8 до 25 миллионов человек. Чтобы предотвратить повторение отравления, подобного милуокскому, вокруг всех питьевых водоемов страны была введена охрана. Однако патрулировать зону озера Мичиган, откуда питается водой такой мегаполис, как Чикаго, местная береговая охрана начала лишь с 11 сентября этого года.
Трагедия заставила шевелиться и санитарные службы Нью-Йорка. В городе стали брать на анализ больше образцов питьевой воды, которые ежедневно отбирают почти в половине предназначенных для этого двух с лишним тысячах точек, блокировали некоторые проходящие вблизи водоемов дороги и установили вооруженные посты в “критических местах”, которые власти из соображений безопасности предпочитают не называть. Как говорит Чарльз Старкен из городского управления защиты окружающей среды, на площади в две тысячи квадратных миль в зоне водозабора Нью-Йорка ведется постоянное наблюдение с вертолетов с использованием приборов ночного видения, а охота и рыбалка в этих местах возможны теперь только с разрешения соответствующих городских служб.
В случае, когда охрана все же не сможет удержать террористов, в дело вступит следующая линия обороны. На этот раз обойдутся без хитрых приборов и установок - зараженную воду просто разбавят чистой. “Чтобы создать в водохранилище емкостью миллион галлонов летальную концентрацию отравляющего вещества, - говорит Джеффри Дэннилс из Национальной лаборатории Сандия, - потребовалось бы до четырех самосвалов цианида натрия. Большие системы водоснабжения, как правило, содержат от 3 до 30 миллионов галлонов, поэтому эффективная химическая атака на них представляется весьма сомнительной”.
Если зараженная вода все же достигнет обрабатывающего завода, ее подвергнут здесь дезинфекции. Хлорирование, используемое в большинстве городских систем, убивает или инактивирует вирусы, кишечную палочку и сальмонеллу. К сожалению, оно не действует на споры антракса. Некоторые заводы также обрабатывают воду озоном, который более эффективен для уничтожения таких одноклеточных организмов как crypto. Применяют и ультрафиолетовые лучи, которые при достаточной интенсивности разрушают ДНК живых организмов, включая споры антракса. Однако лишь очень немногие системы водоснабжения используют эти дорогие облучатели. В большинстве случаев воду фильтруют. Фильтры способны задерживать частицы размером порядка одного микрона, они улавливают также споры антракса и бактерии ботулизма. Однако эти фильтры дороги и некоторые из самых больших систем в стране не имеют таких фильтров.
Сразу после окончания процесса обработки вода заливается в огромные резервуары.
“Этот этап я считаю наиболее рискованным в отношении возможных терактов, - говорит суперинтендант Кэрри Льюис. - Ведь некоторые резервуары охраняются совсем недостаточно. И первая причина этого - нехватка средств”.
Можно, конечно, еще раз хлорировать содержимое, но сначала необходимо определить, какой вид микроорганизмов использовали террористы. В настоящее время на такой анализ уходят целые дни, мониторинг же в реальном масштабе времени, по мнению специалистов, при существующих затратах будет организован еще очень нескоро.
Ну а если “впрыснуть” заразу прямо в водопроводные трубы, спросите вы?
К счастью, сделать это оказывается совсем непросто. “Диверсант должен не только проникнуть под землю, чтобы добраться до труб, ему также понадобится достаточно серьезное оборудование, - говорит Джек Хоффбур, исполнительный директор Американской ассоциации работников водоснабжения. - Чтобы закачать что бы-то ни было в трубы, нужно преодолеть существующее там высокое давление, достигающее величины 120 фунтов на квадратный дюйм. С этим справится далеко не всякий”.

Когда несколько дней назад мы с гостями из Москвы решили посетить Метрополитен-музей, на входе нас неожиданно встретила… очередь. День был будний, никаких сенсационных выставок на сей раз Мет не устраивал, и тем не менее цепочка людей тянулась от самых дверей. Через несколько минут все стало ясно - охрана музея тщательно проверяла у любителей искусства содержимое ручных и “заплечных” сумок. Новая ситуация, возникшая в городе после нападения на него террористов, заставила администрацию принять строгие правила. Аналогичные меры предпринимаются сейчас в Линкольн-центре и других общественных местах Нью-Йорка. И столица мира не исключение. В Далласе, например, грузовики не могут теперь без предварительного разрешения приблизиться к складским помещениям местного Художественного музея, а на рок-концерты любители музыки в этом городе могут попасть только пройдя через металлодетекторы на входе. Собственно говоря, усилением безопасности посетителей музеев, зрителей в театрах и концертных залах, болельщиков на стадионах озабочены после 11 сентября практически во всей стране. Вот разве что в многозальных кинотеатрах пока не заметно особых перемен. Хотя, как говорит Террел Фолк из Cinemark USA, второй по размерам национальной сети кинотеатров, “в наиболее посещаемые часы в большинстве наших кинотеатров всегда имеется охрана”.
Год назад полицейские Финикса с помощью одной из наблюдательных телекамер обнаружили на местном стадионе, где недавно начались игры World Series 2002 - чемпионата страны по бейсболу, трех террористов. В считанные минуты окружающий парк был наводнен полицейскими, пожарниками и подчиненными шерифа графства, вооруженными крупнокалиберным оружием. Снайпер «нейтрализовал” одного террориста, а билетеры тем временем начали эвакуацию болельщиков. Срочно прибывшие на место медицинские работники оказывали помощь наиболее нервным любителям бейсбола, которые только потом узнали, что присутствовали на тренировке сил безопасности. И хотя после ее успешного окончания вице-президент стадиона Джордж Бивенс объявил, что абсолютно уверен в охране, полицейские инспектора и агенты Федерального бюро расследования и сейчас дежурят на трибунах во время матчей, воздушное пространство над стадионом на это время закрывается для полетов и контролируется барражирующими здесь же истребителями Ф-16.
Главная бейсбольная лига запретила проносить на стадионы рюкзаки и коробки-холодильники, все сумки обязательно проверяются, болельщики пропускаются через металлодетекторы. Не подъедешь теперь к стадиону и на автомобиле. Придется запарковать его не ближе чем в ста футах от входов в окружающие трибуны парки. Таким образом исключается возможность подогнать к месту скопления тысяч людей машину со взрывчаткой. Следующей весной перед каждой игрой все помещения и оборудование стадионов будут обследоваться собаками, натренированными на поиск взрывчатых материалов. И впервые в истории американского бейсбола строго ограничили доступ членов семей и друзей игроков в раздевалки. “Я уверен, что мы обеспечиваем самую высокую безопасность в Соединенных Штатах”, - говорит Кевин Хеллинен из Главной бейсбольной лиги.
Национальная футбольная лига также усилила охрану своих стадионов. В частности, на стадионах Giants в Нью-Джерси и Brown в Кливленде начали работать собаки, чующие взрывчатку. На время игр Федеральная авиационная администрация ограничивает здесь полеты гражданских авиалайнеров.
Не остались в стороне от всеобщего движения за повышение безопасности и парки развлечений, эта икона американской культуры. На входе в “Диснейлэнд” проверяются сумки всех гостей, а служащие обязательно предъявляют пропуска и удостоверения личности. Кроме собственной охраны, в парке несут дежурство полицейские в форме и в штатском.
Намного труднее приходится в это время крупным торговым центрам. Состоящие из множества крупных и мелких магазинов, они, как говорит Майкл Хершман из Decision Strategies, фирмы, специализирующейся на разработке стратегии безопасности, весьма уязвимы для атак террористов. Поэтому гигантский торговый комплекс Mall of America в Миннеаполисе, например, после 11 сентября вывесил на своих стенах инструкцию по эвакуации, возвел вокруг своих зданий бетонные барьеры и организовал инспекцию всех прибывающих грузов. Другие торговые центры убрали со своей территории мусорные контейнеры, в которые злоумышленники могут подбросить бомбу. Если ее все же внесут в помещение, число жертв будет весьма ограниченным.
Не забывают службы охраны мест массового скопления людей и о возможности бактериологического нападения. На стадионах применять это оружие вряд ли станут: воздушные потоки скорее всего без особого вреда рассеют большинство микробов. “Если кто-то и проникнет на трибуны со спорами антракса, он, конечно, сможет заразить окружающих его людей, - говорит Хершман. - Но риск, скорее всего, должен быть минимальным”. Закрытые помещения в этом случае более опасны. “Правда, - говорит Уильям Коад из Американского общества инженеров по отоплению, холодильникам и воздушным кондиционерам, - большинство торговых центров оборудовано мощными вентиляционными системами с фильтрами, способными задержать до 90 процентов спор антракса или патогенных микроорганизмов”. Даже химическая атака не вызвала бы здесь массовой гибели людей. Чтобы получить смертельную концентрацию ядовитых газов даже в непроветриваемом 10-этажном здании, считает В.Дж. Ковальски из штата Пенсильвания, террористам пришлось бы разбрызгать в нем восемь галлонов зарина, а такое количество, понятное дело, в кармане не пронесешь. Тем более что вскоре преодолеть заслоны на входе станет еще труднее, поскольку уже сейчас службы безопасности начинают оснащать свои объекты особыми видеокамерами. Они не просто фиксируют лица проходящих мимо людей, но и сравнивают их со снимками ставших известными террористов и уголовников. Правда, пока еще эта техника плохо работает при слабом освещении и не способна узнавать лица с фотографий, сделанных более года назад. К тому же, как выяснил Newsweek, сделанные ФБР фото самых опасных 22 террористов в базе данных таких камер почему-то отсутствуют.

Небоскребы

В 1997 году агенты разбрызгали граммов 50 аэрозоля с имитирующими антракс безвредными микрочастицами в системе вентиляции и кондиционирования воздуха здания с большим залом, где могло собраться большое число людей. В течение четырех часов споры насытили воздух в такой концентрации, что их вполне хватило бы для “заражения” тысяч людей смертельной легочной формой болезни. Через четыре дня “споры” осели. “Но когда кто-то проходил через это помещение, воздух возмущался, и они снова поднимались”, - говорит вышедший в отставку майор американской армии Дон Пониквер из консалтинговой фирмы Defense Group Inc. Однако настоящее бедствие такая атака вызвала бы только в тех местах, где одна вентиляционная система обслуживает все здание. К счастью, многие из них разделены на отдельные вентиляционные зоны. “В этих случаях споры попали бы лишь в одну (обычно многоэтажную) зону”, - говорит Билл Блюитт из Биологического и химического центра Edgewood, главного подразделения американской армии, занимающегося обороной от биологического и химического оружия. - Простые инженерные изменения могут уменьшить и этот риск”. Фильтр НЕРА (high-efficiency particulate air), отвечающий требованиям Министерства энергетики, задерживает 99,97 процента частиц размером всего в третью часть микрона. Споры антракса в его самой страшной аэрозольной форме имеют размеры от одного до пяти микрон. Большинство биологических агентов также относятся к этим размерам. “При наличии на входе ультрафиолетового облучателя споры антракса и некоторые другие болезнетворные микроорганизмы также будут убиты или удалены, - говорит В. Д. Ковальски из университета штата Пенсильвания, который работает над созданием защиты таких “иммунных зданий”. - Эта техника включает вентиляторы, компрессоры и эффективные воздушные фильтры”.
Более серьезную опасность представляют собой отравляющие вещества. Ядовитые газы, например, распространяются по зданию очень быстро, потому что скорость их в трубопроводах составляет от 1000 до 1500 футов в минуту. Поэтому газ может разнестись через вентиляционную зону за считанные минуты. Фильтры НЕРА не могут противостоять химическому нападению, но это могут делать другие устройства, наполненные активированным углем.
“Отдавая должное” опасности биологической атаки, ФБР все же считает, что большие общественные строения больше всего подвержены риску “традиционных” взрывов. Взрыв может вызвать и наибольшие жертвы. “Самая крупная бомба, которую могут изготовить террористы, - говорит Пониквер, - может весить от 500 до 1000 фунтов. Она содержит достаточно энергии, чтобы разрушить фасад среднего делового здания и привести его на грань полного разрушения. А первое средство против такого оружия очень простое: не позволяйте транспорту оставаться рядом со зданием. Особенно в плотно застроенных городских центрах”. Следуя этой рекомендации, менеджеры знаменитого чикагского 110-этажного небоскреба Sears Tower, еще недавно бывшего самым высоким зданием в мире, установили вокруг него бетонные заграждения.
Однако поскольку даже самая лучшая охрана может дать маху, стоило бы, по мнению служб безопасности, заменить в окнах таких зданий обычное стекло ламинированным, как это делается в ветровых стеклах автомобилей. Простое стекло, как известно, разбивается на бесчисленные осколки, которые, упав с высоты, могут убить или нанести людям самые серьезные увечья. С ламинированным стеклом этого не происходит, поскольку оно при повреждении только трескается. Конечно, подобный совет годится лишь для новостроек. Для них же придумано и еще одно новшество - встроенные в стены датчики давления и температуры. Если вследствие взрыва или пожара балки в здании деформируются или нагреются чересчур сильно, как это произошло в башнях рухнувших “близнецов”, датчики не только предупредят об угрозе разрушения, но и автоматически дадут сигнал к эвакуации.
Сразу после террористической атаки на Нью-Йорк во многих странах, строящих небоскребы, возникла и “естественная” мысль об установке на их крышах средств противовоздушной обороны. Так, главнокомандующий Военно-воздушными силами России предложил установить на московских “высотках” переносные зенитно-ракетные комплексы. Нечто подобное предлагалось и в Соединенных Штатах. Пойдут ли власти на подобные меры или ограничатся наведением строгого порядка в авиадиспетчерской службе, чтобы она немедленно реагировала на отклонение гражданских самолетов от предписанного маршрута, покажет время.

Общественный транспорт

Почти за три десятилетия до теракта в японском метро, когда члены религиозной секты с помощью отравляющего вещества нервно-паралитического действия убили 12 и искалечили жизнь 5500 пассажиров, исследователи из американской армии провели в нью-йоркском сабвее эксперимент. На нескольких линиях в Манхэттене в часы «пик» в воздух были выпущены в большом количестве безвредные для человека бактерии. Результаты эксперимента были неутешительными: если бы в подобной “биологической атаке” использовались опасные микроорганизмы, ее результатом, по мнению ученых, были бы весьма большие людские потери.
К счастью, не все виды массового транспорта столь же уязвимы. “Рейсовые автобусы, например, - говорит доктор Тара О’Тул, заместитель директора исследовательского Центра Джона Гопкинса по биообороне, - в этом отношении менее опасны. Объясняется это тем, что они передвигаются по открытому пространству и через каждую пару кварталов открывают двери для входа и выхода пассажиров. Происходящая при этом вентиляция салона значительно уменьшает возможное число жертв нападения биотеррористов. Примерно то же самое можно сказать и о пассажирском железнодорожном транспорте”.
Совсем другое дело - метро. Из-за того, что его пути проложены под землей, смертельно опасная для многих микроорганизмов солнечная ультрафиолетовая радиация не достигает поездов. “К тому же в метро невидимые убийцы попадают в весьма благоприятную для них среду, - говорит Джейсон Пэт, эксперт по терроризму в Центре исследований по нераспространению оружия массового поражения в городе Монтерей, штат Калифорния. - Здесь не бывает ни ветров, ни сильной жары и морозов, температура в основном сохраняется постоянной. И еще нужно учитывать воздушную тягу, создаваемую движущимися поездами. С ее помощью невидимое облако спор антракса, выпущенное в одном месте, уже через считанные минуты охватило бы многие другие станции”.
Последствия биологической атаки зависят от многих факторов. Очень важно знать, может ли использованная инфекция передаваться от человека к человеку. Мы уже знаем, что злополучный антракс этим свойством не обладает. Конечно, имеют значение способ доставки патогенного агента на “место действия” и срочность принимаемых против него мер. “Судить об истинной опасности, - говорит Майкл Муди, президент Института контроля над биологическим и химическим оружием в столице страны Вашингтоне, - вы сможете только тогда, когда рассмотрите все эти факторы в совокупности. Чтобы нанести противнику максимальные потери, террористу нужно разбрызгать яд или бактериальную жидкость с помощью аэрозольного баллона. Вряд ли это останется незамеченным даже весьма занятыми жителями Нью-Йорка”.
Что же может произойти в худшем случае? Десяток-другой пассажиров незаметно для них инфицируется во время поездки в сабвее. Потом они выйдут из-под земли, разъедутся по разным местам, и через несколько дней в нескольких районах города неожиданно заболеют целые группы людей. “Когда заражение происходит в общественном транспорте, - говорит О’Тул, - очень трудно, почти невозможно разгадать, откуда пришла беда и где еще следует ждать этой напасти. А если заболевание развивается не сразу, теряется драгоценное время, которое можно было бы употребить на принятие соответствующих мер по недопущению его распространения”.
После того как в 1995 году секта Аум Синрикё отравила зарином пассажиров токийского метро, руководители транспортных ведомств в Соединенных Штатах серьезно задумались. “Нужно было как-то реагировать на это трагическое событие, - говорит Май Хили, представитель транспортной системы Bay Area Rapid (BART) в Сан-Франциско, - ведь наши люди никогда не сталкивались с чем-либо подобным”. На следующий год BART послало своих специалистов на стажировку в город Форт МакКлеллан в Алабаме в армейское подразделение, разрабатывающее средства борьбы с биологическим и химическим оружием. После этого BART разработала план подготовки к возможным террористическим актам, включающий способы быстрого определения инфекционных агентов по первым же симптомам пассажиров, а также регулярные тренировки по эвакуации населения. В настоящее время аналогичные планы имеют и многие другие города.
В течение следующих нескольких лет системы общественного транспорта потратят на совершенствование мер безопасности сотни миллионов долларов. Примером тому служит транспортная система Вашингтона, округ Колумбия. Уже сейчас на некоторых станциях столичного сабвея функционируют датчики для обнаружения в воздухе химических отравляющих веществ. На расширение сети таких приборов город запросил у федерального правительства еще 81 миллион долларов. Внедряемые датчики достаточно надежны, но до их появления в подземках всех крупных американских городов может пройти еще несколько лет.

После первого шока вид горящих “близнецов” непроизвольно вызвал у многих одну и ту же мысль: “А если бы на их месте были атомные электростанции?” Естественно, задумались над этим вопросом и соответствующие государственные ведомства. Сразу после атаки террористов представитель Комиссии ядерного надзора заявил, что защищающие реакторы железобетонные колпаки толщиной до пяти футов “способны выстоять во время ураганов, землетрясений и при попадании в них авиалайнеров размерами в “Боинг-747”. Однако вскоре выяснилось, что с последним утверждением чиновник несколько поспешил. Уже через десять дней в Комиссии пояснили, что “атомные станции не строились с расчетом выстоять при таких катастрофах”. И чтобы хоть как-то успокоить общественность, добавили, что подавляющее большинство американских атомных станций расположено вдали от коммерческих авиатрасс. Утешение слабое, особенно если вспомнить, что печально известная станция “Три-Майл-Айленд” построена всего в трех милях от аэропорта Харрисбурга.
Ну а если террористы все же сумеют направить “летающую бомбу” в один из реакторов? Последует ли за этим ядерный взрыв? Как считают специалисты,
это физически невозможно. Дело в том, что используемое в реакторах топливо содержит лишь 5 процентов урана, в отличие от ядерных бомб, где этот показатель достигает 90 процентов. Поэтому реальную опасность при авиакатастрофе на станции представляет не взрыв, а радиоактивное заражение. Хотя массовая гибель людей от лучевой болезни в этом случае вряд ли возможна.
Как известно, во время наиболее тяжелой аварии в истории атомной энергетики - взрыве реактора в Чернобыле в 1986 году - непосредственно по этой причине погибло только 30 человек. Конечно, впоследствии радиация стала причиной почти двух тысяч случаев рака щитовидной железы, и забывать об этом не следует. Неоднозначно установлены причины гибели людей и в результате происшедшей в 1979 году аварии на станции “Три-Майл-Айленд”. Проведенная эвакуация могла облегчить последствия облучения, а лучевая болезнь в наиболее легких формах считается излечимой. Существует, однако, и другая сторона этой проблемы: эвакуация в подобных ситуациях может охватывать сотни квадратных миль плотно населенных пригородов и городов Соединенных Штатов и к тому же быть весьма долговременной. После Чернобыля, как мы знаем, лет на сто обезлюдело более тысячи квадратных миль прекрасных земель.
Так может ли случайное или намеренное попадание самолета в атомную станцию вызвать аналогичные последствия? Испытаний, дающих однозначный ответ на этот вопрос, не проводилось. Комиссия же ядерного надзора “не исключает при этом возможности радиоактивного выброса, который может повлиять на безопасность людей”.
Своей целью террористы могут выбрать не только сами станции, но и имеющиеся при них и лишенные бетонной защиты хранилища радиоактивных отходов. Отработанное ядерное топливо чаще всего содержится в специальных бассейнах под водой, которая поглощает радиацию и удерживает топливо от перегрева. Катастрофическое столкновение с крупным самолетом может выбросить или испарить из бассейна столько воды, что топливо останется открытым. При этом его неконтролируемый разогрев вызовет значительное повышение уровня радиации.
После 11 сентября Федеральное агентство гражданской авиации (FAA) строго-настрого запретило частным самолетам появляться над атомными станциями (впрочем, как и над обычными электростанциями, дамбами и водоочистительными заводами). И уже были случаи, когда истребители военно-воздушных сил отгоняли такие машины, казалось бы, не представлявшие какой-либо угрозы для охраняемых объектов.
К сожалению, диверсантам не обязательно понадобится захватывать самолеты. Проникший через заградительные кордоны грузовик со взрывчаткой (даже меньше того, что использовал Тимоти Маквей для подрыва федерального здания в Оклахоме) может разрушить герметичный корпус реактора или стены хранилища. А можно поступить и еще проще. Если террористы, обладающие нужными знаниями, сумеют добраться до устройств, контролирующих работу реактора, они могут спустить из него охладитель и таким образом заставить ядерное топливо перегреться. Достигнув температуры 2000 градусов по Фаренгейту, циркониевая оболочка на урановых тепловыделяющих элементах взорвется. Вот почему президент так называемой Ядерной наблюдательной группы Comittee to Bridge the Gap Дэниел Хирч настоятельно требует, чтобы все атомные электростанции были надежно защищены и от наземных атак.
После 11 сентября в реакторных зонах некоторых штатов были развернуты войска Национальной гвардии, а в близлежащих водах стали патрулировать вооруженные суда Береговой охраны. И тем не менее президент Института ядерного контроля Пол Ливенталь призывает окружить станции зенитными батареями и увеличить постоянное военное присутствие здесь до таких сил, которые смогли бы отбить нападение до 200 хорошо вооруженных бандитов. Пойдут ли на это власти нашей страны, еще не ясно, но её союзник по антитеррористической коалиции - Франция только что объявила, что две из ее многочисленных атомных станций уже охраняются ракетными установками “Земля-воздух”.

В 1999 году федеральное правительство провело исследование возможностей террористических атак с помощью отравляющих веществ. При этом учитывалось, что, в отличие от вирусов и бактерий, с которыми у злоумышленников обычно бывает немало хлопот, многие химические продукты не требуют специальной переработки, являясь, по сути дела, готовым и весьма эффективным оружием массового поражения. В ходе проверки выяснилось, что система безопасности на химических предприятиях имеет зияющие прорехи. В частности, подготовка основных работников к кризисным ситуациям является недостаточной, погрузочно-разгрузочные площадки не охраняются или охраняются плохо, а железнодорожные вагоны с ядовитыми, огнеопасными веществами, сжиженным газом, кислотами нередко ставятся вблизи от густонаселенных мест. Кончилось же дело тем, что составившее этот отчет Агентство по токсическим веществам и регистрации заболеваний на всякий случай удалило его из собственного вебсайта.
То, что химические предприятия служат для террористов привлекательной целью, было известно задолго до 11 сентября. Еще в конце 90-х годов ФБР раскрыло заговор доморощенных террористов из Ку-Клукс-Клана, намеревавшихся взорвать хранилища на нефтеочистительных заводах Техаса. Еще тогда в штате были введены новые нагрудные знаки для охраны и увеличена ее численность, сейчас же организовано постоянное наблюдение за нефтеочистительными и химическими заводами средствами воздушных подразделений Техасской национальной гвардии.
…В прошлом месяце люди с аквалангами проскользнули в судоходный канал на территории завода компании Sterling Chemicals, Inc. в Техасе и вынырнули незамеченными рядом с промышленными установками. “Диверсанты” были переодетыми полицейскими, проверяющими охрану предприятия, которое производит большой набор опасных химических соединений. Среди них стирен, который может раздражать верхние дыхательные пути и вызывать в организме мутации; акрилонитрил, вызывающий головную боль, тошноту и злокачественное перерождение тканей; уксусная кислота, угрожающая легочными расстройствами; ядовитейший цианид натрия и еще одно вещество, вызывающее конвульсии. К сожалению, вторжению “террористов” не сумели помешать ни дополнительные охранники на недавно построенных наблюдательных вышках, ни самые современные видеокамеры, ни бетонные заграждения на всех входах и выходах. “Нам предстоит еще основательно поработать”, - подвел итог тренировки представитель компании Марк Кэхил. Утешить его попытался Джим Уайт, отвечающий за подготовку к чрезвычайным ситуациям в техасском графстве Харрис. “Это, конечно, прокол, - сказал он, - но я думаю, что наши компании подготовлены сейчас ко всяким неожиданностям достаточно хорошо. Понятно, это вовсе не исключает того, что они и в дальнейшем будут совершенствовать свою охрану и тратить дополнительные средства в этом направлении”.
Уже много лет все американские производства, производящие или хранящие токсические вещества, регистрируются Агентством охраны окружающей среды (ЕРА) с указанием того, что может случиться с ними при “худшем сценарии”. Последствия химического нападения зависят от токсичности освобожденного в результате взрыва вещества, его летучести и направления, в котором ветер понесет ядовитое облако. По данным Newsweek, отравленный воздух может распространяться на расстояние до 14 миль от его источника. При этом в зоне поражения может оказаться более чем сто тысяч человек. Необходимо также учитывать, что немало производств, связанных с высокотоксичными веществами, расположено вблизи школ и жилых домов. И это не только химические предприятия. Например, многие водоочистительные заводы имеют на своей территории большие запасы хлора.
Всего на американской земле, по данным ЕРА, в настоящее время действует до 15 тысяч химических предприятий. Однако кроме них, в Соединенных Штатах построено еще множество трубопроводов, по которым перегоняют разные опасные жидкости и природный газ. Общая протяженность их составляет почти 500 тысяч миль. Джо Колдвелл, который в 1970 году основал Офис безопасности трубопроводов (OPS) в Министерстве транспорта, говорит, что осуществить атаку на эту сеть достаточно легко. Трубы закапывают обычно на глубину всего три-четыре метра. При этом их размещение известно, хотя сейчас OPS тоже удалило эту информацию из своего вебсайта.
Перекрыть для террористов доступ к производству опасных продуктов, конечно, нужно. Но Тимоти Маквей, как известно, начинил свою бомбу-грузовик химикалиями, запросто купленными в магазинах. Поэтому правительство обратилось к торговым предприятиям и оптовым фирмам с просьбой ввести жесткий контроль за продажей товаров бытовой химии, которыми могли бы воспользоваться террористы. Сейчас и магазины, и их поставщики будут извещать власти о подозрительных закупках больших количеств веществ, которые можно использовать в преступных целях.


Комментарии (Всего: 1)

У ваших статей оформление дерьмовое, их читать не удобно.

Редактировать комментарий

Ваше имя: Тема: Комментарий: *