Неравенство - для всех?

Кинозал
№17 (940)
Снятый американским режиссером Джекобом Корнблютом фильм “Неравенство для всех” завоевал на национальном кинофестивале в прошлом году приз среди документальных лент. Примечательная награда, если учесть, что речь идет о такой скучной, на первый взгляд, теме, как экономика. 
 
Между тем, и этот фильм, и один из главных разделов госбанковского отчета посвящен одной теме: неуклонному увеличению количества бедных, росту неравенства между супербогатыми людьми и людьми среднего достатка, небывалой концентрации производства в руках нескольких семейных кланов и безудержного сращивания власти и капитала.
 
Казалось бы, какие параллели можно провести между экономикой сверхдержавы, каковой являются Соединенные Штаты Америки, и экономикой маленького Израиля? Однако автор фильма, один из известных в мире экономистов Роберт Райх, подробно рассказывая о социально-экономической жизни своей страны в последние десятилетия, приводит до боли знакомые факты из нашего израильского бытия. А факты эти не только подтверждают выводы отчета Госбанка, но и внушают тревогу за ближайшее будущее еврейского государства.
 
Две экономики в одной стране
Начинается фильм довольно весело...
Профессор Райх беседует во время поездки... со своей машиной “мини-купер”, которая выглядит смешно по сравнению с большими престижными автомобилями, которые предпочитают большинство американцев. (Кто не знает, что представляет собой миникуперовская малолитражка, скажу, что она производится со второй половины прошлого века в Великобритании и размеры ее весьма скромны. При этом она считается одной из самых экономичных машин в мире, а по международному опросу “Машина ХХ века” заняла второе место, уступив только “Форду”).
 
Но Райха габариты его автомобиля не смущают. Человек с юмором, он сообщает с экрана зрителям, что его “мини” лучше всех остальных машин подходит ему по личным физическим данным и что она с ним равно пропорциональна. Без стеснения называя себя маленьким человеком, профессор сообщает, что его рост - 1 метр 48 сантиметров, и оба они, водитель и “мини-купер”, чувствуют себя единым целым, противостоящим всему большому миру.
 
Что касается противостояния, то по отношению к самому Райху это абсолютно справедливое замечание. Ибо 67-летний профессор уже почти полвека, с юношеского возраста, выступает против неравенства в американском обществе.
 
Поначалу это выражалось в участии в акциях протеста против дискриминации женщин и афроамериканцев, а затем стало профессиональным занятием. Обладатель первой академической степени Дортмундского университета по экономике, политологии и философии, второй степени Оксфорда по экономике и степени по юриспруденции Йельского университета, Роберт Райх занимал должности профессора в Гарварде, члена Федеральной торговой комиссии, главы экономической группы предвыборного штаба кандидата в президенты Билла Клинтона, а затем министра труда в его администрации. На этом посту он многое сделал для экономического расцвета своей страны и ослабления социального неравенства. В его каденцию в Америке была увеличена минимальная заработная плата, сокращен бюджетный дефицит. Журнал “Тайм” включил Роберта Райха в десятку самых успешных американских министров ХХ века. 
 
Сегодня он - профессор политологии Университета Беркли в Нью-Йорке, один из самых компетентных в мире специалистов по проблемам социально-экономического неравенства и, по его собственному признанию, - “заноза” для тех, кто не хочет прислушаться к ропоту общества и принять элементарные законы экономики. 
 
Фильм основан на лекциях, которые Райх читал своим студентам на инициированном им самим курсе “Богатство и нищета”.
 
“Вопрос, на самом деле, не в неравенстве как таковом, - обращается он к слушателям на первой с ними встрече. - Неравенство само по себе существует с зарождения человечества и вряд ли оставит нас когда-нибудь. В конце концов, ведь не все равны в своих способностях, образовании, трудовых навыках. Но неравенство начинает беспокоить нас, когда оно становится проблемой большинства граждан. Я обратил внимание на то, что в Америке существуют две экономики: экономика успешная и процветающая, которую можно проследить по экономическим газетам: рынок акций, доходы предприятий хай-тека, финансовые отчеты концернов и банков, - и экономика, которую ощущают на себе рядовые американцы и которая знает за собой только одни “достижения” - рост цен на потребительские товары и рост числа безработных, не способных в течение длительного времени найти себе рабочие места”. 
 
Профессор отмечает: заработная плата средней американской семьи падает в последние годы с незавидным постоянством и составляет сегодня в реальном исчислении 95 процентов от средней зарплаты 2009 года. Но те, чей трудовой стаж достигает нескольких десятков лет, не могут не заметить, что их доходы сократились более значительно. Если в 1978 году средняя зарплата американского работника составляла 48 тысяч долларов в год, то в 2010-м она упала, с учетом инфляционных процессов, до 33 тысяч долларов. Значит, за 30 лет доходы семей не только не увеличились или остались на прежнем уровне, но даже понизились.
 
Но это средние показатели. А что произошло за это же время с людьми, находящимися в верхней строчке шкалы доходов? Если в 1978 году их годовой заработок составлял 390 тысяч долларов, то сегодня он превысил 1 миллион 100 тысяч долларов. То есть у одной группы населения доходы упали на одну треть, а у другой за тот же период возросли в 3 раза!
 
А деньги где? 
Роберт Райх называет несколько причин, благодаря которым многие семьи, несмотря на снижение доходов главного кормильца - мужчины, не ощутили заметного ухудшения качества жизни.
 
Одна из этих причин - включение в рынок труда большого количества женщин (произошло это в 70-80-е годы, причем не от большого желания потрудиться на благо общества или ради собственного удовольствия, а как раз вследствие необходимости поддержать на должной высоте уровень жизни, ведь зарплаты мужчин не росли, а жизнь дорожала).
 
Другая причина - увеличение многими американцами своих рабочих часов, когда они стали с 90-х годов прошлого века брать себе вторую и третью работу (не правда ли, знакомая нам, репатриантам, ситуация?). А третья причина превратила значительную часть американского общества в должников: когда обе первые причины исчерпали себя и уже не оказывали существенную помощь в условиях удорожания жизни, прежде всего медицинского обслуживания, образования и жилья, - семьи обратились к услугам банков и оформили под залог своих домов долгосрочные ссуды. В течение 5 лет, с 2001-го по 2005 год, американцы набрали ссуд под залог недвижимости на 500 миллиардов долларов! Эти далеко не всегда подкрепленные материальными возможностями заемщиков ссуды и привели, в конце концов, по мнению профессора, к финансовому кризису 2008 года. Мыльный пузырь лопнул.
 
“Многие не понимают, почему они стали жить хуже, почему, работая больше, не могут сохранить прежний уровень жизни, - говорит Роберт Райх в фильме. - Они обвиняют банки и правительство, но не понимают, что происходит на самом деле. А происходит то, что доходы богатых людей, тех самых, что находятся в верхней строчке шкалы благосостояния, составляют свыше половины всех доходов страны. 400 олигархов держат в своих руках больше капитала, чем 150 миллионов человек, находящихся на нижних ступенях этой шкалы. Например, одни только братья Кох, Чарльз и Дэвид, владеют капиталом в 50 миллиардов долларов. Это больше, чем имеется на руках у 45 процентов американцев, вместе взятых. Такой концентрации богатства Америка не знала с 20-х годов прошлого века.
 
Профессор не случайно вспомнил о 20-х годах. Именно в то время в США вызревала будущая Великая депрессия 1929-1939 годов. Ей способствовало множество факторов, среди них - падение покупательной способности населения, недостаток у них денежной массы, высокая концентрация капитала, которая позволяла его владельцам диктовать низкую заработную плату. 
 
Райх напоминает, что в 1920 году 25% всей денежной массы страны находилось в руках нескольких десятков крупных капиталистов. Да, они привели Америку к экономическому расцвету, но не смогли обеспечить справедливое распределение доходов. И сегодня наблюдается подобная картина: несколько сотен олигархов владеют 23% денежной массы США.
Причем такое положение присуще не только сверхдержаве. Состояние 5 самых богатых людей Англии равно состоянию всех британцев, находящихся на пятой строчке шкалы доходов. 85 самых богатых людей мира богаче, чем половина населения всего земного шара.
 
Израиль немногим отличается в этом отношении от мира: средний доход богатеньких буратин из верхней строки школы в 23 раза (!) превышает доходы людей, находящихся на самой нижней ступеньке. 
 
Больше работать не значит лучше жить
Фильм не ограничивается одними лекциями. Мы видим профессора на встречах с рабочими, в гостях у семей простых американцев, в телевизионных студиях, где он объясняет зрителям причины неравенства, в своем кабинете министра труда. Он вспоминает, как, получив престижную стипендию Родса, выехал с другими стипендиатами на учебу в Лондон. Тогда на самолетах мало кто летал, и он воспользовался теплоходом. Морская качка не лучшим образом отразилась на его приподнятом состоянии, и он слег в каюте. Однажды к нему постучали, и парень-сверстник, зайдя к Райху, предложил ему миску горячего супа и крекеры. С тех пор они стали друзьями - молодой Билл Клинтон и будущий министр в его правительстве Роберт Райх. 
 
Профессор утверждает, что 1947-1977 годы можно назвать годами великого расцвета Америки. Но что же произошло в конце 70-х? После чего неравенство в обществе стало ощущаться все острее и острее?
 
Оказывается, до этого “акулам капитализма” не давали широко разинуть пасть: после Великой депрессии 30-х годов планка подоходного налога на доходы крупных корпораций не опускалась ниже 70%. И куда шла основная прибыль? Работодатель вынужден был распределять ее между своими работниками.
 
Но приход к власти президента Рейгана открыл сдерживающие заслонки, и налоговая политика стала меняться в пользу богатых. Билл Клинтон, не без влияния своего друга-профессора, утвердил высшую планку заработной платы руководящих лиц компаний: не более 1 миллиона долларов в год. Однако министерство финансов тут же нашло лазейку и заявило, что эти лица могут получать так называемые опционы - дополнительные доходы в виде премии пропорционально прибыли компании. Благое намерение Клинтона практически утратило свою силу. 
 
“Сегодня я плачу 17 процентов налога, - признается в кадре фильма один из владельцев крупной компании, - а у моих работников налоги составляют 33 процента. Наше налогообложение перекошено в пользу богатых”.
 
Официального определения среднего класса в США не существует, говорит Райх, но принято считать, что к нему относятся американцы, зарабатывающие около 50 тысяч долларов в год. 30 лет назад к этому классу относились многие профессиональные работники: кассиры торговых сетей, продавцы мясных отделов, социальные служащие, высококвалифицированные рабочие. Сегодня их ежегодные заработки упали до 22-27 тысяч долларов. А те, кто хочет получать прежние доходы, трудятся по 70 часов в неделю - или сверхурочно, или на второй-третьей работе. Американцы работают сейчас на 300 часов в год больше, чем европейцы, и даже больше, чем трудолюбивые японцы. 
 
Америка, утверждает профессор, превратилась из демократии в плутократию и скатывается к олигархии, власти капитала. Глобализация не дала американскому народу благополучия. Перевод рынков на Восток, к дешевой рабочей силе, позволил работодателям снизить заработную плату и на своем, внутреннем рынке. Новые технологии, роботизация производственных процессов опять-таки приносят баснословные прибыли лишь владельцам предприятий, но они не делятся своей прибылью с коллективом, создающим эти блага, и с обществом - через справедливую систему налогообложения, а вкладывают ее во всевозможные финансовые фонды, недвижимость и другие непроизводственные сферы, чтобы получить новую прибыль. Понятно, что жизнь рабочих не становится от этого лучше. 
 
Но когда у работников недостает средств, они, соответственно, меньше покупают, и это бумерангом ударяет по экономике в целом. Государственная казна худеет из-за недобора налогов, правительство вынуждено сокращать расходы на медицину, образование, общественный транспорт, сокращается производство и увеличивается количество безработных... Райх напоминает, что еще полвека назад учеба в Университете Беркли была бесплатной, потом она составляла около тысячи долларов год, а сегодня поднялась до 15 тысяч долларов. 
 
Правда, Райх, несмотря на серьезную критику сложившегося положения, полон оптимизма. С присущим ему юмором он прощается со студентами завершившегося курса лекций.
 
“Я видел, что после нашей первой встречи вы впали в депрессию. Действительно, трудно примириться с проблемами, которые породило наше общество. Но отрицательная динамика неравенства - не неизбежное зло. Все зависит от вас. Вам совсем не обязательно становиться президентами или министрами труда. Я веду этот курс потому, что верю: часть из вас сможет изменить общество и даже мир. В конце концов, и вы, и общество в целом заставите правительство начать реформы в социально-экономической сфере. За последние 100 лет наша страна успешно осуществила три реформы по деконцентрации капитала, и на этот раз мы тоже сумеем сдержать его наступление”. 
 
Но можем ли мы, израильтяне, быть столь же оптимистичными?
 
Болезни нашего общества мало чем отличаются от болезней “большого брата”. В своем стремлении копировать модель американской экономики мы без всякой фильтрации допустили у себя не самые лучшие правила игры “волчьего капитализма”.
 
К сожалению, социальный протест на улице Ротшильд оказался чахлой копией того накала страстей, который мы наблюдаем с 2011 года по сей день на нью-йоркской Уолл-стрит. Но на волне этой копии в кнессет пришли новые люди, обещающие изменить социальную политику. Сумеют ли они противостоять власти капитала в борьбе с неравенством в еврейской стране? Может быть, им тоже стоит посмотреть фильм Джекоба Корнблюта и Роберта Райха? Не только же дурным примерам заокеанского друга нам следовать…
 
Яков Зубарев
“Новости недели”