ЧАСТО ЛИ МЫ ВСПОМИНАЕМ О 4-Й ПОПРАВКЕ?

Из штата в штат
№3 (403)

Месяца два назад в подборке материалов под общим названием «Проверки на дорогах» этому вопросу была посвящена тема номера, мы рассказали о деле Maryland v. Pringle. Не так давно Верховный суд вынес в отношении его свой вердикт. К какому решению пришли верховные - мы и поговорим, а пока вспомним вкратце суть дела.
В августе 1999 года полицейский графства Балтимор остановил в три часа ночи автомобиль, в котором находились три подростка. В ходе осмотра салона машины им были обнаружены пакет с крэком и наличные на сумму 763 доллара. Так как никто из молодых людей не признался, кто из них является хозяином найденных наркотиков и денег, всех троих арестовали. Спустя какое-то время один из задержанных, Джозеф Прингл, решил во всем сознаться. Потом был суд и парня осудили на 10 лет. Однако его адвокаты с вердиктом не согласились, добившись рассмотрения дела в Апелляционном суде штата Мэриленд. И неожиданно для многих победили! Судьи согласились с ними, что обвинения в адрес Прингла слишком зыбки. Да, он признал свою вину, а если парень просто решил взять вину на себя? Конкретных доказательств, что наркотики принадлежали именно ему, ни полиция, ни прокуратура предъявить не смогли, записали в своем решении апелляционные судьи. Но главное состояло в другом - в конституционности самого обыска автомобиля, в котором находились подростки. Суд согласился с адвокатами в том, что полицейский, остановивший машину и арестовавший ребят, нарушил 4-ю Поправку к Биллю о правах, которая, напомним, запрещает произвольные обыски и аресты. С Прингла были сняты все обвинения. Было очевидно, что прокуратура с таким решением не согласится. Рассмотрение дела было перенесено в Верховный суд.
Верховные же в этом деле оказались на редкость единодушны: все 9 судей признали действия полицейского легитимными. По словам председателя Верховного суда Вильяма Ренквиста, сотрудники правоохранительных органов, в случае обнаружения во время обыска запрещенных законом вещей, имеют право арестовать всех находящихся в салоне людей, если никто из них не захотел признать, что они принадлежат именно ему.
«Мы считаем, - сказал Ренквист, - что полицейский поступил в соответствии с законом. Он исходил из того, что подростки знали друг друга, что кокаин, вне всякого сомнения, принадлежит одному из них. А если один из арестованных сознался в преступлении, не верить его словам не было оснований. Обоснованным можно было считать и задержание всех троих подростков как возможных соучастников».
Понятное дело, что мэрилендские прокуроры после этих слов были на седьмом небе от счастья.
«Нам удалось доказать свою правоту, - заявил один из них, Гэри Бэир. - Нельзя бороться с преступностью, связывая руки полиции. Что же касается конкретно этого дела, то двое подростков, после признания Прингла, были сразу же освобождены.
Да, это так. А если бы Прингл не сознался, ведь находившиеся с ним в машине ребята могли и не подозревать, чем занимается их приятель? Разве мы не просим наших знакомых или друзей подвести нас к дому или на работу, понятия не имея, что находится в их машине? А вдруг что-то запрещенное? Выходит, если машину приятеля вдруг остановит полицейский и что-то там найдет, мы окажемся соучастниками и подозреваемыми?
«Увы, да, - говорит Бэир, - надо быть очень осторожным и знать, к кому в машину садиться. Во избежание возможных неприятностей...»
Надо сказать, что балтиморских прокуроров поддержали их коллеги из 20 штатов, направившие в Верховный суд специальный документ - friend-of-the-court brief. Мы надеемся, отметил в интервью «Крисчен сайнс монитор» Марк Гриббен, пресс-секретарь генеральной прокуратуры Огайо, что расширение властных полномочий полиции не приведет к тому, что людям, оказавшимся случайно рядом с преступником, придется доказывать свою невиновность. Верит ли г-н Гриббен в то, что говорит?
А что же нам останется делать, если знакомый или приятель заявит, что наркотики, оружие или груз контрабандных сигарет в его багажнике принадлежат ни ему? Поступят они, конечно, подло, но разве нам от этого будет легче?
Между тем прецедент, который теперь существует после вердикта Верховного суда по делу Maryland v. Pringle, оказывается, вовсе не предоставляет полиции карт-бланш на произвольные обыски и аресты. Как отметил в той же «Крисчен сайнс монитор» Стивен Сильверман, исполнительный директор организации Flex Your Rights Foundation, «дела Прингла» вообще могло не быть, если бы он отказал полицейскому осмотреть машину. Как так?
«А вот так, - говорит Сильверман, - мы постоянно забываем о наличии 4-й Поправки. Большинство американцев просто не знают своих прав, не знают, что Конституция на их стороне. Они имеют полное право отказать полиции в осмотре своей машины...»
Так ли это на самом деле? Может быть, среди наших читателей есть смельчаки, которые воспользовались 4-й Поправкой, не разрешив полицейским обыскать свою машину? Поделитесь своим житейским опытом, господа...