Сирия: в небе - Россия, на земле - Иран

В мире
№49 (1024)
Прямое российское вмешательство в сирийскую войну, безусловно, открыло в ней новую веху. При этом в информационном плане оно оставило в тени не менее серьезное, пожалуй, событие - резкую военную активизацию Ирана, еще одного ключевого игрока на сирийской арене. 
 
Значимость прямого участия бойцов “Корпуса стражей исламской революции” (КСИР), а также разного рода их подопечных, о которых речь пойдет ниже, невозможно переоценить. В некоторых аспектах оно даже важнее авиационной поддержки со стороны России. Ведь сколько ни бомби, а без взятия под контроль территории ни о каких серьезных победах в конфликтах, подобных сирийскому, не может идти и речи. 
 
После того как сирийская правительственная армия и местные лоялистские милиции, за редким исключением, показали свою несостоятельность, союзники Асада в Москве и Тегеране пришли к выводу, что ситуация должна быть изменена. И если Россия взяла на себя воздух, а также массированные поставки самого разнообразного оружия, боеприпасов и амуниции, то на долю Ирана, наряду с поставками оружия, пришлась гораздо более опасная нагрузка - сухопутные действия. 
 
Такое разделение “труда” стало отчетливо проявляться в сентябре, когда обе страны начали активный переброс своих воинских контингентов. Ну а 7 октября, после первой недели российских бомбежек, на нескольких участках началось наступление проправительственных сил. 
 
Особенность сирийской гражданской войны такова, что во многих ключевых пунктах, особенно если речь не идет о крупных городах, друг другу противостоят относительно небольшие по численности силы. Более того, эти отряды неоднократно добивались весьма серьезных успехов, сказывавшихся на ходе боевых действий в целом. Поэтому боеспособные группировки даже в считанные тысячи бойцов могут иметь немалое значение. Так, в 2013 году такое произошло с решительным вмешательством в войну “Хизбаллы”.
 
Если до последних событий осведомленные источники оценивали постоянную численность бойцов и офицеров КСИР в Сирии в несколько сот человек, в основном помогавших лоялистам в качестве советников, инструкторов и специалистов в узких областях, то с начала осени произошел резкий количественный скачок. 
 
На данный момент можно говорить о 3-4 тысячах иранцев, а также нанятых и экипированных ими шиитов родом из Афганистана и Пакистана, которые проживали в Иране в качестве беженцев.
 
 В придачу к ним КСИР, а точнее, его подразделение “Кодс”, ответственное за операции вне Ирана, привлекает для войны в Сирии многочисленных боевиков разного рода шиитских милиций и террористических группировок из соседнего Ирака. 
Схема, касающаяся иракцев, уже отрабатывалась в прошлом, когда Тегеран завозил их в Сирию под предлогом защиты святых для шиитов мест. 
 
Когда ИГ одержал летом 2014-го серию оглушительных побед, в Багдаде и Тегеране запаниковали и вернули большинство шиитских бойцов домой. После того как во многом благодаря усилиям коалиции, ведомой США, экспансия ИГ в Ираке была остановлена, и площадь “халифата” стала существенно ужиматься, в Тегеране решили, что Ирак может подождать, зато самое время спасать главного союзника. По воздушному мосту из Багдада началось второе пришествие иракских шиитских милиций в Сирию.
 
Забавно то, что значительная часть их оружия и амуниции - американские. Изначально все это “добро” передавалось иракской армии для борьбы с ИГ, а в итоге значительная часть плавно перетекла к проиранским боевикам, защищающим в Сирии режим Башара Асада, к которому американцы не испытывают теплых чувств. 
В последние недели можно было неоднократно наблюдать захват сирийскими повстанцами бронированных американских внедорожников “хамви”. В одном случае на видео был заснят даже расстрел в бою такой машины при помощи полученного повстанцами от США противотанкового ракетного комплекса (ПТРК) “Тау”. Такие вот курьезы американской политики и поставок вооружений на Ближнем Востоке...
 
Как показали события, иранские и проиранские силы взяли на себя фронт юго-западнее разделенного противоборствующими сторонами города Алеппо. Именно здесь, с привлечением в качестве важнейшей ударной силы бойцов ливанской “Хизбаллы”, а также при поддержке российских и сирийских ВВС, началось их наступление. 
 
Действия эти показательны тем, что здесь со стороны лоялистов в них практически не участвуют сирийцы, а также тем, что это единственное направление, где сторонникам Асада с начала наступления на повстанцев (боевые действия против ИГ - отдельная тема) удалось добиться довольно ощутимого территориального успеха. 
 
Сотни квадратных километров пустынно-равнинной местности, включая два небольших городка эль-Хадер и эль-Ис, это, безусловно, какой-никакой, но все же результат. Причем два последних населенных пункта были взяты фактически без сопротивления, когда оборона повстанцев после упорных боев фактически посыпалась. 
Правда, позднее оппозиционеры перешли в контратаку, так что в течение последних дней им удалось вернуть часть потерянных территорий.
 
Видео- и фотоматериалы с мест событий, комментарии иранских СМИ и различных официальных лиц, многочисленные потери, понесенные иранцами в ходе этих боев, дают довольно ясную картину участия этого государства в войне, а также красноречиво демонстрируют выбранную Тегераном стратегию. 
 
Организацией всей операции, координацией с россиянами и правительственными силами, вербовкой афганцев с пакистанцами, а также агитацией иракских шиитов занимается подразделение “Кодс” под командованием архитеррориста и по совместительству генерал-майора КСИР Касема Сулеймани. 
По не стопроцентно подтвержденным данным, после ранения, полученного юго-западнее Алеппо, он находится на излечении в тегеранском госпитале. Вес этой информации придает то, что исходит она, в частности, и из иранских источников. 
С другой стороны, ходят слухи, что это не так, и Сулеймани то ли был ранен очень легко, то ли вообще жив-здоров. 
Надо сказать, в мужестве этому убийце (среди прочего, на совести “Кодс” теракты и попытки терактов против израильских граждан по всему миру) не откажешь. Он неоднократно появлялся на передовой как в Ираке, так и в Сирии. 
 
Кстати, в последние месяцы, Сулеймани превратился в своего рода антиталисман: многие шиитские боевики из разных стран, а также бойцы КСИР, сфотографировавшиеся с ним, погибли в боях. Эти снимки, как правило, публиковались уже после их смерти в иранских, иракских и ливанских СМИ, а также в социальных сетях. 
 
Принятая иранцами в Сирии схема во многом напоминает схему России во время ведения боевых действий против Украины на Донбассе. 
 
Сходство, в первую очередь, в том, что участие вооруженных сил в конфликте отрицается вопреки всем очевидным фактам. 
 
Похоже на донбасские события и то, что в Сирии, помимо кадровых КСИРовцев, массово задействуются волонтеры, действующие в первую очередь из идеологических соображений (многие из иракцев), а также те, для кого идеология вторична, зато первично жалование (в основном, афганцы). При этом марионеточные милиции плотно насыщаются иранскими офицерами и младшими командирами. 
 
В большинстве случаев иранцы отвечают и за использование тяжелого оружия. 
 
Зато, в отличие от россиян, в Иране погибших бойцов КСИР не объявляют отпускниками или недавно уволившимися из армии, и не хоронят тайком от СМИ, оказывая давление на родственников, чтобы те помалкивали. 
На данный момент с начала иранского наступления в местных СМИ и соцсетях была опубликована информация о порядка 70 погибших в боях КСИРовцах. 
 
В большинстве случаев назывались и воинское звание “шахида”, и место службы. Это позволяет сделать однозначный вывод о широком участии в войне регулярных частей КСИР, а не только малочисленного подразделения “Кодс”, в заметной степени являющегося спецслужбой. Кодсовцев среди убитых очень мало. 
 
Как правило, погибали бойцы и офицеры бригады специального назначения “Саберин”, 33-й специальной аэромобильной бригады, подразделения, ответственного за охрану высокопоставленных персон, танковой бригады и т.д., и т. п. 
Не факт, что данные о потерях, озвученные иранцами, верны, но, думаю, они недалеки от истины. 
 
Общее число убитых за время войны в Сирии афганцев из бригады “Фатемейун”, вместе с пакистанцами, исчисляется уже сотнями. Первые, как правило, хазарейцы, национальное и религиозное меньшинство в Афганистане, большое количество которых за последние десятилетия оказались в Иране в качестве беженцев. 
 
Если судить по видеокадрам допросов хазарейцев, взятых повстанцами в плен, они получают жалование, эквивалентное 600-700 долларов - сумма для этих людей очень и очень внушительная. 
 
Несмотря на открытое признание потерь, озвучивание званий и воинских частей погибших, а также отдельные видеорепортажи с мест, позволяющие сделать однозначный вывод, что в Сирии действуют части КСИР, официальный Тегеран продолжает отрицать факт участия своих войск в этой войне. Погибших называют исключительно “инструкторами в рядах правительственных войск, местных ополченцев и иностранных добровольцев”. 
Ну а столь ощутимое количество убитых объясняется расширением масштаба военных действий. 
 
Среди погибших иранцев велик процент офицеров (как минимум, более 20), причем часть из них - высокого ранга (не менее восьми - в звании от подполковника до бригадного генерала). Это говорит о том, что они, как и Касем Сулеймани, предпочитают в тылу не отсиживаться. Самый высокопоставленный из них на данный момент, бригадный генерал Хосейн Хамедани, погиб 8 октября, в самом начале наступления. По должности он был главным представителем КСИР в Сирии, а затем, видимо, командовал иранско-шиитской группировкой под Алеппо. 
 
О роли Хамедани в войне можно судить из высказывания командующего КСИР генерала Мохаммеда Али-Джафари во время церемонии памяти покойного на 40-й день после смерти. По словам Джафари, если бы не Хамедани, Дамаск в течение двух-трех последних лет уже пал бы... 
 
В первую очередь, из внешнеполитических соображений (и в меньшей степени из-за внутриполитических) Иран предпочитает не афишировать свое открытое военное вмешательство, а также по возможности особо не увеличивать контингент. События в Алеппо показали, что относительно малочисленные, но боеспособные, по местным меркам, части КСИР, а также непосредственно подчиненное иранцам менее боеспособное “пушечное мясо” из числа иностранных шиитов, могут вместе приносить определенный результат на земле. 
 
После того, как инициативу в районе, расположенном юго-западнее Алеппо, в последние дни перехватила оппозиция, появляется все больше информации о перебрасываемых сюда шиитских подкреплениях и готовящемся очередном витке их наступления. 
 
Вроде как в этом районе попали в кадр и несколько перебрасываемых на семитрейлерах танков Т-90 российского производства. Вероятно, данные машины принадлежат не российскому контингенту в Сирии, а переданы сирийцам или иранцам. 
 
Соответствующий прозрачный намек на это сделал президент Путин во время недавнего посещения “Уралвагонзавода”, где эти машины производятся. 
 
Как сказал российский лидер: “Совсем недавно я имел удовольствие общаться и с вашими потребителями, которые говорили и просили как раз Т-90. В условиях, в которых они сейчас, они им очень нужны. Уже поставили”. 
Так что интригующей долгожданной встречи американских “Тау” с новейшими российскими танками, судя по всему, стоит ждать уже в самое ближайшее время...
 
“Новости недели”