Мавры: факты и легенды

Интересные встречи
№40 (336)

Вот уже несколько лет я знаком с одним афроамериканцем, который приятно выделяется из типичной толпы американских работяг. В отличие от большинства ньюйоркцев, которые «для связки» щедро пересыпают бытовую речь ругательствами, от Дэни я ни разу не слыхал матерного слова даже в минуты гнева. Начинает он свой день с приветствий каждому встречному на работе, редко подключается к типичным здесь разговорам о вчерашнем матче бейсбола или достоинствах новой «Мисс Америки» и никогда не вступает в спор. Может лишь ободряюще поддакнуть либо вежливо промолчит в случае несогласия. В минуты отдыха сторонится местных газет, а больше проводит время за чтением книг и каких-то брошюр.[!]
Менеджмент ценит Дэни как дисциплинированного и добросовестного работника, а коллеги уважают его за уравновешенный характер и привычку говорить только приятное. Даже в атмосфере общего веселья после чьей-либо остроумной байки или розыгрыша Дэни не гогочет развязно наравне с остальными рабочими, а лишь белозубо улыбается и обязательно выдает комплимент зачинщику удачной шутки.
У Дэни типичная американская фамилия, но с окончанием через черточку – Бей. Кроме всегда опрятной рабочей одежды и пары золотых цепочек, которые так популярны среди афроамериканцев, на пальце правой руки он всегда носит массивный перстень с зеленой звездой на красной эмали. А номерной знак его личной машины представляет собой слово «СЕМЬ». Вот с этого и начался наш разговор:
– Цифра 7 считается магической, - объяснил Дэни. - Очень многое в нашей жизни измеряется этим числом. В неделе, как известно, семь дней. А в году? Тоже семь – ведь годовой календарь представляет собой череду одних и тех же семи дней.
– А что означает пятиконечная звезда на твоем перстне?
– Любовь, Правда, Вера, Свобода и Справедливость. Мы, мавры, узнаем друг друга по этому перстню. Ну еще, конечно, в торжественной обстановке мы соответственно наряжаемся или хотя бы надеваем на голову феску – такая конусообразная шапочка с кисточкой на шнурке. Мы исповедуем ислам, но посещаем только свои молитвенные дома. Но мавры – это не секта, а народ. Мы имеем богатую и хорошо документированную историю, но каждый раз, когда наша община пытается заполучить статус народности, правительство США отвечает отказом. Так что в различных анкетах на вопрос о расовой принадлежности мы отмечаем «афроамериканцы» или «прочие».
– Я уверен, что ты собрал немало материала о своих предках, - подбросил я дровишек в огонь откровения.
– Разумеется, - кивнул Дэни и извлек альбом, с гордостью открыл первую страницу с фотографией облаченного во френч темнокожего старика с феской на голове. - Этому фото более 100 лет, один из моих прямых предков.
– Он наверняка пережил рабство, - сочувственно кивнул я.
– О нет! – мягко прервал меня Дэни и снисходительно улыбнулся так, как знающие большую тайну люди разговаривают с несведущими. - Мавры никогда не были рабами. Каким же образом мы оказались в Америке? В штате Юта археологами обнаружен наскальный рисунок человека в феске. Эти ли не доказательство, что мы открыли Америку задолго до Христофора Колумба!
Затевать беспредметный спор не хотелось, тем более что мои знания об этом загадочном народе ограничивались (как, подозреваю, у многих читателей) легендой о ревнивце Отелло, задушившем Дездемону. Поэтому пришлось пуститься на розыски источников фактов о маврах, которые за давностью времен нередко представляются красивыми легендами.
Итак, немного истории. Когда победоносная армия Александра Великого покоряла один народ за другим, арабские племена южной части Аравийского полуострова продолжали жить независимо от эпохальных изменений на Ближнем Востоке, отрезанные от других цивилизаций бескрайней пустыней. Зарождение и распад великих империй, нашествие чужих племен, возникновение городов, первых технологий производства орудий труда и войны, новые методы ирригации и земледелия и, наконец, распространение христианства никак не коснулись южных кочевников.
И только в начале VII века разрозненные племена Аравийского полуострова объединила общая религиозная идея единого божества, страстно проповедуемая пророком по имени Мухаммед. Так родился ислам, с энтузиазмом воспринятый большинством кочевников Аравии и Северной Африки. Была бы идея, а повод найдется, и вот уже воины ислама захватывают ослабленные междоусобицами мелкие цивилизации вокруг Средиземного моря во имя Аллаха, положив начало столь же мелким и враждующим между собой халифатам.
К началу VIII столетия исламские войска уже стояли у Гибралтара. Через узкий пролив заманчиво маячил скалистый берег загадочной Испании, которой правила, больше проводя время в утехах и роскоши, аристократия готов – потомки тех самых диких племен, которые когда-то разрушили Рим только потому, чтобы точно так же погрязнуть в системе рабовладения и деградации. Принц Родерик, больше любивший услаждения, чем военное искусство, срочно подтянул к южной части Пиренейского полуострова 100-тысячную армию для отражения невесть откуда возникшей опасности под названием мавры (moors).
Здесь уместно внести разъяснение в трактовку одного из первых исследователей этого загадочного народа историка S.Lane-Poole, который в книге «История мавров в Испании», изданной в 1886 году, пишет: «Слово «мавр» используется для удобства при обозначении арабов и других нашественников в Испании, но правильнее маврами следует называть берберов, которые составляли ударные отряды исламской армии».
Бесстрашный полководец берберов Мур первым высадился на испанский берег в 711 году и всего лишь с 700 отчаянных воинов начал захват прибережья, обеспечив переправу остальных войск.
– За нами вода, впереди враг, и по воле Аллаха нет у нас иного выхода, как драться насмерть! – так, согласно преданию, напутствовал Мур своих воинов.
В решающей битве 12-тысячная армия исламистов наголову разбила войска Родерика и начала покорять одну провинцию за другой. Опять же согласно легенде принц Родерик позорно бежал с поля боя и навсегда укрылся на необитаемом острове.
Началось освоение благодатных земель Испании пришельцами с юга. Вслед за маврами туда потянулись евреи и другие народы. Как утверждает историк, установившийся мир и взаимная терпимость разных народов и вероисповеданий способствовали быстрому расцвету античной Испании. Процветали торговля и примитивная промышленность, сельское хозяйство. В одних и тех же городах строились мечети, молебные дома евреев и соборы быстро наводнявших Испанию католиков. Говорят, в делопроизводстве тогда использовался арабский язык, которому обучались дети новой аристократии. Происходил интенсивный обмен товаров посредством Великого шелкового пути и морскими судами генуэзских купцов.
Однако война – непременный спутник человечества. Даже в столь идиллической, по свидетельству историков, жизни мавров в Испании мечи ковались наряду с плугами. Нескончаемые стычки с северянами в конце концов ослабили страну мавров. Напрасно отправлялись гонцы за помощью в далекие халифаты. И наконец 25 ноября 1491 года мавры окончательно капитулировали перед натиском христианских отрядов с севера.
Пришедшие к власти католики вначале продолжали традицию взаимотерпимости разномастного населения. В истории даже сохранилось имя легендарного архиепископа Талавера, известного своим либерализмом и знанием арабского языка. Но последующие правители провинций и церкви все настойчивее требовали христианизации мавров. В 1610 году произошло массовое изгнание 0,5 миллиона непокорных мавров. И странное дело – их с готовностью приняли по другую сторону Пиренеев северяне, их кровные враги. Это Франция решила прибрать себе козырную карту в политической игре с Испанией.
Вслед за маврами потянулись в Европу евреи и другие малые народы. Над всей Испанией широко распахнула свои черные крылья инквизиция.
В Германии и некоторых других странах Западной Европы до сих пор существуют общества-братства потомков испанских мавров. А в самой Испании (в Валенсии) ежегодно в апреле устраивают шумный фестиваль под названием «Битва мавров и христиан». На полные 4 дня город Алькоя оккупируют ярко наряженные «войска» воинов ислама с кривыми бутафорскими саблями и отряды христиан с круглыми щитами в немыслимо пестрых одеждах. «Сражения» происходят ежедневно с переменным успехом, и над главной площадью то взвивается зеленый флаг с полумесяцем, то красный с крестом. В последний день решающую «победу» одерживают, разумеется, христиане.
Но главная добыча, ради которой участники готовятся целый год, достается победителю конкурса за самый лучший костюм, а, разумеется, - доход местным бизнесам, которые за 4 дня «баталий» получают львиную долю прибыли за счет наплыва туристов. Фантазии модельеров нет предела, поэтому шикарные наряды бойцов обеих «армий» лишь отдаленно напоминают облачение далеких предков. И наверняка многочисленные свидетели бутафорской битвы исламистов и христиан в этот год в конце фестиваля тихо вздыхали при виде веселящихся вместе «врагов»: когда же наступит конец кровавого конфликта этих двух разных миров в реальной жизни?


Комментарии (Всего: 3)

Куда уж без пристрастий? Мусульман принято считать врагами в христианском мире. Хотя все знают когда закончилась война с крестоносцами, и кто возобновил конфликт и для чего.

Редактировать комментарий

Ваше имя: Тема: Комментарий: *
Почему же военный размах римлян или греков в истории воспевается, а арабские завоевания, принесшие больше мира и развития, воспринимаются как грубое насилие над цивилизацией?

Редактировать комментарий

Ваше имя: Тема: Комментарий: *
Инквизиция, увы, "распахнула свои чёрные крылья" гораздо раньше - во 2й половине 15 в., перед полным изгнаниеь евреев в 1492г. (к слову, после почти полуторатысячелетнего там процветания)

Редактировать комментарий

Ваше имя: Тема: Комментарий: *