Связавшие судьбу...

В мире
№25 (583)

Исламистский переворот, произошедший в секторе Газы, высветил не только политические, но и гуманитарные проблемы.
Главный вопрос, который, если еще не задали себе, то скоро зададут руководители переворота: «Что мы, ляжем, будем делать?» (как любили когда-то говаривать в бывшем СССР). Действительно, что можно делать на отрезанном от всего мира куске суши длиной не более 50 километров, с одной стороны граничащем с Израилем, а с другой - омываемом водами Средиземного моря, которое бороздят израильские же корабли? Иран далеко, а наличие микроскопического участка, на котором Газа граничит с Египтом, ничего не значит – египтяне еще со времен покушения на своего президента Анвара Садата очень неодобрительно относятся к организации «братьев-мусульман», из недр которой вышел ХАМАС.
Гуманитарные же проблемы сводятся к примитивному «есть нечего». Если на Западном берегу палестинцы занимаются земледелием и скотоводством, то в Газе, которая до оккупации Израилем принадлежала Египту и где, кроме каменоломен, ничего и не было, построенные евреями многокилометровые теплицы были разграблены арабами после размежевания. Сейчас практически вся Газа там, где нет «лагерей беженцев», представляет собой пустыню. Электричество, вода и бензин до сих пор, даже после переворота, поставляются сюда «сионистским врагом».
Есть, правда, еще одна гуманитарная проблема, которая появляется всякий раз, когда исламисты начинают пробовать Израиль на прочность и получают адекватный, с точки зрения Израиля, но не пропорциональный, по мнению просвещенной Европы, ответ. Это проблема «русских жен».
В русском языке есть множество эвфемизмов, позволяющих выражать отношение к чему-либо, используя внешне нейтральные слова. Гиляровский, к примеру, писал, что купцы в трактир «шли», в амбар - «ехали», а к «Яру» - «попадали».
О российских женщинах, живущих за границей, тоже пишут по-разному. Те, кто выходит замуж за американцев и европейцев, делают это «из материальных соображений». Работающие в секс-индустрии – «попадают в сексуальное рабство». О женах граждан исламских стран в России говорят, что они «связали свою судьбу».
Впервые мировая общественность столкнулась с проблемой русских жен в прошлом году, когда под пропагандистский шум о разрушении Ливана российские власти вывозили из этой страны, ставшей заложником исламистов, гражданок России, проживающих там. Во второй раз – совсем недавно, после того как ХАМАС совершил в секторе Газы военный переворот. Как сообщают информационные агентства, на пограничном переходе между Израилем и сектором Газы «Эрез» уже несколько дней около ста российских гражданок ждут возможности покинуть Газу. Как ожидается, скоро они смогут отправиться в Иорданию, откуда самолеты российского МЧС доставят их в Москву.
Как россиянки оказываются на Ближнем Востоке? Тысячи русских девушек «связали свою судьбу» с веселыми и красивыми арабами в то время, когда те учились в советских, а затем в российских институтах. Для многих из этих девушек увлечение закончилось брачными узами и переездом на родину мужей. Здесь их жизнь складывалась по-разному: одни не выдерживали чуждого окружения и уезжали, другие полностью ассимилировались.
На хамасовском сайте уже два года висит статья о мужественной россиянке, не покидающей родину мужа – Палестину: «Ирина вышла замуж за Ибрахима Сарахина во время его учебы в России. Приняла ислам. Шесть лет назад они вместе приехали в лагерь беженцев ад-Духейша. У Ирины родилась дочь. Молодая русская женщина всей душой восприняла трагедию и боль палестинского народа. Стала выполнять отдельные поручения Сопротивления. В конце 2003 года сионистские власти арестовали несгибаемой воли россиянку и поместили в тюрьму «Рамла». Ей предъявили традиционный набор обвинений. Но волю ее не сломить. «Палестинцы борются за правое дело – освобождение своей земли от оккупации. Против немецко-фашистских оккупантов сражались наши отцы и деды. А потому победа тех, за кем правда, - неминуема!» - говорит Ирина Сарахина».
Конечно, таких тяжелых случаев немного. В основном русских девушек, как хочется думать, влечет на Ближний Восток искренняя любовь. Однако и это не всегда так.
В прошлом году, во время Второй Ливанской войны, совпавшей по времени с подготовкой интернет-конференции президента России, Владимиру Путину было задано множество вопросов по данной теме. Вот один из них: «Здравствуйте, Владимир Владимирович! У меня два вопроса! Я и моя семья сейчас находимся в Палестине. Приехали сюда, когда было мирно, сейчас здесь военная обстановка и никого не пускают через границу. Почему мы должны терпеть все это и почему нет в секторе Газа российского посольства? И еще вопрос. Мы уехали в Палестину, так как здесь, работая врачом, получаешь приличную зарплату. В России нам не выжить - у нас многодетная семья (трое детей ) и муж врач, нет нормального жилья. Все граждане РФ. Помогите.
Анастасия, 24 года, Санкт-Петербург, 01.07.2006».
Что тут скажешь... Здесь видна и причина переезда из России в Палестину, и недоумение по поводу того, что, несмотря на все заверения, судьба россиян за рубежом, а тем более в горячих точках планеты, не очень-то волнует консульские службы России. Иначе не звучало бы столько отчаяния в заданном вопросе.
Очень не хочется поднимать следующую тему - слишком уж она неоднозначна. Но что поделаешь...
Во время той же подготовки к интернет-интервью Владимира Путина ему было задано еще больше, чем по поводу «русских жен», вопросов, касающихся российских граждан, оказавшихся под огнем «Хезболлы». Если из Ливана во время Второй Ливанской войны их в срочном порядке эвакуировали, то россияне, проживающие на севере Израиля, не только не получили от России какой-либо помощи, но даже не услышали слов сочувствия. А ведь среди них были не только евреи, если речь идет об этом. Среди них были и стопроцентные русские, которые тоже, подобно «русским женам», связали свою судьбу...
Получается, что не с теми связали?


Комментарии (Всего: 1)

Браво

Редактировать комментарий

Ваше имя: Тема: Комментарий: *