КОМУ ЭТО НАДО?

Парадоксы Владимира Соловьева
№49 (502)

Ну и угораздило меня! Писал тут спокойно, предварительно ловя кайф от телезрелища, об исторических постановках паблик ТВ, да всё про коронованных особ – Елену Троянскую, Царицу Савскую, королеву Елизавету 1, а тут меня занесло в одну манхэттенскую квартиру глянуть на нашумевший телесериал «Есенин», который – показанный по1-му каналу - вызвал такой скандал в Москве, что отголоски докатились аж до Нью-Йорка. Зрелище, прямо скажу, тошнотворное даже в контексте того «смутного ТВ», о котором – мягко говоря - пишут московские рецензенты. Я бы даже назвал этот сериал хитом сезона, потому что он как нельзя более соответствует тому развлекательно-официозному направлению, которое приняло государственное ТВ, и даже забегает «вперед батьки», как те же «Наши», новые «молодогвардейцы» и им подобные кремлевские политобразования.
По принципу мухи – отдельно, котлеты – отдельно я бы тоже хотел отделить претензии к этому антиисторическому сериалу субъективного и объективного порядка, эстетического и политического. К примеру, «Известия» напечатали подборку претензий родственников Есенина и внучки Каменева: «Пора оставить в покое моего деда!» Справедливо и нет возмущение родственников, но оно в порядке вещей. Да я и сам с ним не раз сталкивался как писатель-мемуарист, и две московские вдовы так и не простили мне, что я написал про их мужей, которых любил искренне и нежно. Со здешней, правда, вдовой – Леной Довлатовой – у меня отличные отношения, несмотря на то, что она далеко не всегда одобряет, что я пишу о Сереже.
Конечно, этот сериал о Есенине – чистая попса, как и эстрадные шлягеры Александра Буйнова на слова того же поэта («Я московский озорной гуляка», например), и на него не стоило тратить ни сил, ни времени – ни смотреть, ни писать. Если бы!.. Вот в этом «если бы» всё дело.
Несмотря на то, что главный герой – поэт («озорного гуляку» играет актер Сергей Безруков), несмотря на то, что в фильме задействованы и другие художники, включая, само собой, его жену Айседору Дункан (американка Шон Янг), которая зовет мужа «зольетая гольева», фильм этот по преимуществу политический – о том, как по заданию Льва Давыдовича Троцкого был убит в гостинице «Англетер» (позже «Интернационал») на Исаакиевской площади Сергей Есенин. Помимо Троцкого, в заговоре на жизнь поэта участвуют и другие евреи – председатель Моссовета Лев Борисович Каменев, жены и любовницы Есенина, сплошь с крючковатыми носами, эсер, троцкист и, похоже, провокатор Яков Блюмкин, которому Мандельштам, вырвав у него расстрельные списки, подпрыгнув, влепил пощечину, но как раз имажинисты Есенин, Мариенгоф, Шершеневич с ним дружили и посвящали ему стихи. Вполне возможно – если верить Мариенгофу - есенинское «не расстреливал несчастных по темницам» связано с посещением одного из подвалов ГПУ по протекции Блюмкина. Тот был темная личность, хотя менее всего его можно заподозрить в убийстве Есенина, да еще по заданию Троцкого, к которому он был скорее всего приставлен Сталиным как стукач. Что до самого Троцкого, то навесить на него заговор на жизнь Есенина – инсинуация и кощунство. Потому хотя бы, что никто лучше Троцкого о Есенине не писал – особенно в некрологе-реквиеме «Памяти поэта», зачитанном на траурном митинге в Художественном театре под рыдание зала и напечатанном в «Правде», «Известиях» и «Огоньке»:
«Мы потеряли Есенина – такого прекрасного поэта, такого свежего, такого настоящего. И так трагически потеряли, он ушел сам, кровью попрощавшись. Под полунапускной грубостью Есенин прикрывался от сурового времени, в какое родился, - прикрывался, но не прикрылся... Эпоха же наша – не лирическая. В этом главная причина того, почему самовольно и так рано ушел от нас и своей эпохи Есенин... Из старого его вырвало с корнем, а в новом – корень не принялся. Город не укрепил, а расшатал и изранил его... Есенин интимен, нежен, лиричен – революция публична, эпична, катастрофична. Оттого-то короткая жизнь оборвалась катастрофой... И в нашем сознании скорбь, острая и совсем еще свежая, умеряется мыслью, что этот израненный и неподражаемый поэт по-своему отразил эпоху и обогатил ее песнями, по-своему сказавшими о любви, о синем небе, упавшем в реку, о месяце, который ягненком пасется в небесах, и о цветке неповторимом – о самом себе.»
Как сказано, однако! Как литературный критик оцениваю этот текст по высшему разряду. Не хочу говорить, каким Троцкий был государственным деятелем, но писатель он – блестящий. А как государственныму деятелю ему и не по чину заниматься убийством Троцкого (как и Каменеву) – даже если бы им пришла в голову эта вздорная мысль. Что любопытно: даже те, кто придерживается версии о насильственной смерти Есенина (скажем, его внук Сергей Владимирович Есенин), не навешивает это убийство на Троцкого, с которым поэта связывали добрые отношения. Есенин писал о нем в стихах и считал «идеальным законченным типом человека». Даже Эдуард Хлысталов, по чьим детективным и тоже достаточно попсовым книгам о тайне смерти Есенина (ни судебной экспертизы, ни научной редактуры) поставлен телесериал, предлагая читателю гипотезу о заговоре против Есенина, не ставит во главе Троцкого – это уже отсебятина авторов фильма. Больше того, Хлысталов пишет именно о своей гипотезе, тогда как фильм выдает гипотезу за истину, а ответственность за убийство великого русского поэта возлагает на группу евреев – вождей, чекистов, писателей, женщин.
О чем говорить, Есенин – один из самых сложных поэтов прошлого века. Я о нем сужу прежде всего по его стихам – один из тончайших русских лириков. Плюс, конечно, по прекрасным мемуарным книгам его ближайшего друга, тоже имажиниста Анатолия Мариенгофа. Березофилы обвиняют Мариенгофа в клевете на их кумира – Есенин-де не был гулякой и забулдыгой, а тем более не использовал деревню в качестве литературной маски. На самом деле он редко туда наезжал, был скуп и скареден, когда в Москву приезжала его ближайшая родня и просила помощи. Есенин даже подыскивал аргументы для своего патологического скупердяйства: если сестер выписать из деревни, они в городе пойдут по рукам. Да и отношения с женами – от Зинаиды Райх, матери двух его детей, до Айседоры Дункан – оставляют желать лучшего. Подробно пишет Мариенгоф и о загулах Есенина – вплоть до белой горячки и лечения (увы, безуспешного). Есенин был поэтом, а не святым.
Несомненно, жизнь такого крупного поэта, как Есенин, с его трагической судьбой, с огромным количеством мемуарной и биографической литературы о нем, заслуживает воспроизведения в театре, в кино, на ТВ. На этом пути могут быть удачи и неудачи, что естественно. Но уже сама гипотеза о том, что Есенина замочили в «Англетере», в высшей степени сомнительна, учитывая его предсмертные стихи, написанные кровью, и прочие (включая психологические и медицинские) показания. Я знаю, что теория заговоров в России сейчас модна и не только Есенин, но и Маяковский, Горький и прочие, согласно этой теории, пали жертвой заговора. Помимо недомыслия, есть здесь и погоня за сенсацией. Однако в данном конкретном случае – с телефильмом «Есенин» - я грешным делом подозреваю, что он сделан вовсе не ради великого поэта, но ради тех, на кого навешано его убийство и кто никак не мог в нем участвовать, даже если это было убийство, а не самоубийство (что почти бесспорно). А так как все убийцы и заговорщики – сплошь евреи, то у меня и возникает законный детективный вопрос: кому это было нужно?
Кому было нужно показывать по 1-му каналу этот попсовый, клеветнический, откровенно антисемитский фильм?