"Замри!" или остановленное мгновение

Лицом к лицу
№24 (477)

Этого мужчину, голосующего на довольно оживленном манхэттенском перекрестке, я заметил издалека. Среднего возраста, худощавый, невысокий, аккуратно причесанный, в хорошем костюме, белой рубашке и темном галстуке, этот человек держал в левой руке папку и плащ, а правая была вскинута в характерном жесте, с помощью которого мы обычно пытаемся остановить проходящую мимо машину. Вряд ли он был банкиром, хотя стоял недалеко от здания, в котором находится Morgan Chase Bank. Те обычно разъезжают на лимузинах, которые ожидают их где-нибудь на дорогом платном паркинге. Этот же явно принадлежал к классу «белых воротничков», к числу тех служащих среднего звена, которые не могут себе этого позволить, потому и ловил такси на углу Парк авеню и Ист 47 улицы.
Человек показался мне несколько странным: стоял он совершенно неподвижно, не меняя позы с поднятой рукой. Будто кто-то дал ему команду «Замри!», и он ее беспрекословно выполнил. Когда-то в детстве мы увлекались такой игрой. На команду «Замри!» нужно было немедленно застыть в той позе, в которой ты оказался в момент, когда она была отдана. После того как окружающие вдоволь насмеются над твоей нелепой позой, следовала команда «Отомри!», после которой можно было вновь бегать, прыгать и строить ужимки, чтобы потом вышло посмешнее.
В ситуации же на манхэттенском перекрестке вроде бы получалось, что солидному мужчине какой-то шутник-гипнотизер дал команду «Замри!», а сказать «Отомри!» забыл. Однако я недолго пребывал в заблуждении. Приблизившись еще на несколько шагов к застывшему в неподвижности, но в то же время куда-то спешащему клерку, я понял, что вижу мастерски сделанную в натуральную величину и очень правдоподобно раскрашенную скульптуру. Внешне человек почти ничем не выделялся из толпы, таких людей в Манхэттене можно встретить на каждом шагу.
Из бронзовой таблички, уложенной в асфальт, я узнал, что мужчина ловит такси с 1983 года. Шансов поймать машину в ближайшее время у него было не очень много, так как он стоял далековато от проезжей части, а подойти ближе самостоятельно, естественно, не мог. Думаю, совершенно правильно сделали, что поставили его на приличном расстоянии от края дороги, иначе все проезжающие мимо таксисты жали бы на тормоза: очень уж натурально он выглядел. А так, затерявшись в толпе, он еще долгие годы может простоять под жаркими лучами солнца, под дождеммлм снегом с поднятой рукой. А потом, через полвека например, вдруг окажется, что его жест непонятен проходящим мимо людям, а его костюм станут принимать за наряд времен Джорджа Вашингтона. Он начнет выделяться из толпы, и тогда его поставят на пьедестал.
Но сегодня, спустя 22 года после того, как он «вышел» на улицу, чтобы поймать машину, этот «белый воротничок» кажется очень современным и деловым. И, вероятно, не одного меня он сбил с толку, прежде чем я понял, что передо мною всего лишь бронзовая скульптура. Называется она «Такси!», и ее создателем является всемирно известный скульптор Сьюард Джонсон.
Путь к славе Джонсона начался с того, что художник создал скульптуру мужчины, сидящего на скамейке и читающего газету. В самом начале 70-х годов прошлого века она была установлена в одном из парков Принстона, куда заходило довольно мало людей из-за опасения подвергнуться нападению. «Я подумал, - писал потом скульптор, - что размещение в парке фигур, которые могут быть как бы свидетелями происходящих там событий или показывающих всем своим видом, что они ничего не опасаются, может способствовать тому, что люди станут чаще посещать эти места. И так как я знал, что посещать парки даже в дневное время больше всего опасаются женщины, то следующей моей скульптурой стала молодая женщина, копающаяся в своей сумочке».
Работы получили положительные отзывы, и окрыленный успехом художник практически целиком посвятил себя скульптуре.
Сьюард Джонсон младший родился в 1930 году в богатой семье. Он является внуком и наследником знаменитого основателя всемирно известной компании Johnson & Johnson, производящей различные медикаменты, средства личной гигиены и многое другое. С течением времени он стал широко известен среди коллекционеров всего мира благодаря своим скульптурам, сделанным в натуральную величину, запечатлевшим обычных людей в различных ситуациях повседневной жизни.
Сюард Джонсон был президентом Международного центра скульптуры в Вашингтоне и внес большой вклад в повышение качества обучения молодых скульпторов. Он единственный, кто был избран представлять США на Всемирной выставке в Севилье 1992 года. Его произведения выставлены в американском павильоне и в резиденции американского консулата.
Помимо прочего, Джонсон является президентом крупного института океанографических исследований во Флориде, издателем научного журнала, а также основателем одного из Оff-Broadway театров в Нью-Йорке.
Есть у Джонсона и свои слабости. Он любит анонимно ходить около своих скульптур и делать о них разносные замечания, чтобы узнать мнение окружающих. Ему нравится слушать, как люди защищают его работы от нападок незваного критика. Прямо как багдадский халиф Гарун аль-Рашид, который, согласно преданиям, нередко переодевался в бедного дервиша и бродил в таком виде по улицам города, выведывая, что думают о нем простые люди.
Сейчас работы Сьюарда Джонсона можно увидеть не только на улицах многих американских городов, но и рубежами Соединенных Штатов.
Одну из них я сфотографировал в городке Санкт-Петербург, находящемся на западном побережье Флориды, когда был там в туристической поездке. Скульптура установлена напротив городского исторического музея и называется «Get the News!». Кстати, имя этому американскому городу было дано одним из его основателей Питером Деменсом, который родился в российской Северной Пальмире, на берегах холодного и туманного Балтийского моря. Во флоридском же Санкт-Петербурге 360 дней в году солнечных, поэтому его называют еще The Sunshine City. Городская газета под названием «St.Petersburg Times» издается там с 1892 года. Произведение, созданное Джонсоном, фактически является скульптурной композицией, состоящей из трех отдельных частей: скамейки, на которой написано St. Petersburg The Sunshine City, пачки газет и мальчика, продающего эти газеты. Этот мальчишка-продавец похож на местного Тома Сойера.
С моей точки зрения, произведения Сьюарда Джонсона по своему виду и внутренней сути чем-то очень напоминают картины одного из любимейших американцами художников Нормана Рокуэлла, который изображал сентиментальные, идиллические сценки из американской жизни. Его герои были глубоко национальны по своему характеру и облику. То же самое можно сказать и о персонажах С.Джонсона.
Один из них, бизнесмен, перебирающий что-то в своем портфеле, раньше сидел на скамеечке на Liberty Street в Нью-Йорке, недалеко от Всемирного Торгового центра. В результате теракта 11 сентября 2001 года скульптура, которая называется «Double Check», была опрокинута, но не пострадала, и ее временно убрали с улицы. Джонсон отлил новую ее версию, где в качестве напоминания о случившемся добавлены цветы.
Создание скульптуры по методике, которой пользуется Джонсон, - длительный и трудоемкий процесс, занимающий много времени. Объясняется это тщательной проработкой деталей, придающих персонажам совершенно натуральный вид, начиная от особенностей человеческой кожи до текстуры тканей – вельвета, твида, трикотажа, - из которых сделаны их костюмы.
Моделями Джонсону служат реальные люди той профессии, представителя которой он запечатлевает в бронзе. Он стремится максимально точно вылепить мельчайшие детали, которые помогают передать особенности внешнего облика человека, несущего на себе отпечаток того или иного вида трудовой деятельности.
Для придания естественного цвета открытым участкам кожи и одежде своих бронзовых героев Джонсон пользуется специальными, особо стойкими красками, применяемыми в авиации. Чтобы дольше сохранились натуральные цвета вся скульптура окутывается пленкой из синтетических смол, поверх которой наносится восковое покрытие.
Обычно он отливает семь копий одной скульптуры. Его работы стоят от 70 до 300 тысяч долларов. Когда все семь оказываются проданными, автор приглашает владельцев своих творений к себе в мастерскую и в их присутствии торжественно разбивает изложницу, в которой они были отлиты.
Вот так Джонсон-младший по сей день играет в детскую игру «Замри!», ловя своих героев на улицах, в парках, за работой, едой, за другими обычными, повседневными делами. И останавливает мгновенье.