Без вины виноватые

Из штата в штат
№53 (453)

Многие из наших читателей благодаря телеканалу RTVi - а я несколько раньше, являясь постоянным читателем московской «Новой газеты», - имели возможность познакомиться с проблемой, связанной с применением российскими ветеринарами наркосодержащего препарата кетамин. Это обезболивающее лекарство используется во время операций, спасая от гибели тысячи кошек и собак. Между тем российские правоохранительные органы продолжали и продолжают преследовать местных Айболитов за обращение к кетамину. Основание? Опасения, что этот препарат попадет в руки наркоманов. Такие случаи действительно были, однако власти решили занести в черные списки подозреваемых всех ветеринаров скопом, конфискуя у них препарат (который те вынуждены были приобретать на черном рынке - легальные возможности начисто отсутствуют) и подвергая спасителей братьев наших младших уголовному преследованию.
Показательные процессы шли один за другим с одной лишь целью: запугать ветеринаров, заставить их отказаться от кетамина. Жизнь животных правоохранительные органы в грош не ставили. Существа бессловесные жаловаться не смогут, а их хозяевам быстро можно заткнуть рот, пригрозив привлечь за соучастие. Сколько этих Бимов Черное Ухо бегает по России, от них не убудет...
Признаться, я даже не подозревал, что нечто подобное может иметь место в нашей свободной стране – бастионе демократии. Но оказывается, и в США врачи рискуют своим благополучием и даже свободой, используя в своей медицинской практике наркосодержащие обезболивающие средства. Правда, речь в данном случае идет не о кетамине, а о лекарствах, избавляющих от страданий людей - таких, например, как OxyContin.
В прошлом номере «Русского базара» со ссылкой на флоридское издание Sun-Sentinel была опубликована заметка «Драгдилеры в белых халатах». В ней шла речь об аресте в Майами врача и его помощника - Армандо Солиса и Гарольда Фокса. Первому инкриминируют выписку по рецептам препарата OxyContin в особо крупных размерах. Фокса обвиняют в преступном сговоре со своим боссом. Я не берусь судить, на самом ли деле в действиях врача из Майами имелся состав преступления, - его вину должен доказать суд. Однако этот случай меня очень заинтересовал. Как оказалось, сегодня в США десятки, если не сотни медиков, использующих OxyContin и другие обезболивающие, содержащие морфин, кодеин, оксикодон, могут попасть в поле зрения сотрудников федерального ведомства по борьбе с распространением наркотиков – Drug Enforcement Administration (DEA). Со всеми вытекающими отсюда последствиями.
Имя врача из Аризоны Джери Хассман большинству наших читателей не знакомо. Хотя могу допустить, что представители русскоязычной медицинской общины кое-что слышали. Между тем случай с Хассман приобрел общенациональную известность, о ее злоключениях обстоятельно рассказала столичная «Вашингтон пост».
Доктор попала под колпак DEA вовсе не случайно.
Она считала и продолжает считать, несмотря на свои «хождения по мукам», совершенно обоснованным обращение к препаратам типа OxyContin для оказания помощи больным. Если они облегчают людям жизнь, позволяют забыть о мучительных болях - этично ли отказывать им в поддержке? Зачем использовать другие методы лечения, пусть и более дешевые, если от них нет никакого толка?
Как известно, точка зрения врача далеко не всегда совпадает с мнением менеджеров страховых компаний. HMO-планы, как коммерческие предприятия, заинтересованы в главном – в получении прибыли при наименьших затратах. Я не «открываю Америку», об этом уже писано- переписано: не эскулапы, а администрация HMO решает, какое лечение врачи, работающие в их системе, должны использовать, или какие препараты им следует выписывать своим пациентам.
Уже в ходе расследования, затеянного против Хассман, ей станет известно, что именно страховые компании, покрывающие расходы посетителей ее офиса, просигнализировали в Arizona Medical Board о том, что она слишком уж часто выписывает довольно дорогие обезболивающие.
Хассман вызвали “на ковер”. Барри Кассиди, исполнительный директор Arizona Medical Board, сообщил ей о поступившей жалобе (читай – доносе) и предупредил: наша с вами беседа будет записываться на пленку. А вот что мистер Кассиди не сказал врачу, так это о негласном присутствии в его кабинете сотрудников DEA. Они, оказывается, видели и слышали беседу Хассман и Кассиди, используя специальное оборудование.
Заметим, что медицинские комитеты штатов и агентство по борьбе с наркотиками обмениваются время от времени интересующей обе стороны информацией. Однако случай с Хассман оказался из ряда вон выходящим.
Впоследствии Кассиди заявит, что агенты DEA не поставили его в известность о своем присутствии - он, дескать, даже не догадывался об участии в беседе с Хассман третьей стороны.
Вы верите в подобное, господа? Я - нет. Дейл Остин, один из вице-президентов Federation of State Medical Boards, окажется куда более откровенным. Он признается, что кооперация его коллег с правоохранительными органами с некоторых пор носит довольно тесный характер, хотя ее формы разнятся от штата к штату.
Получив необходимую для себя информацию, сотрудники DEA взяли под контроль как саму Хассман, так и часть ее пациентов, которые пользовались обезболивающими. Были задействованы и тайные агенты, которые являлись в офис врача с жалобами на сильные боли.
Итог этой операции легко было предвидеть: врач была арестована. Ее обвинительное заключение содержало 362 пункта – сразу виден американский размах! В общей сложности Хассман грозил 28-летний срок.
«Я никогда не думала, что подобное возможно, - заявила она. - Когда сотрудники DEA ворвались в мой офис, мне казалось, что я участвую в каком-то страшном кино, которое никогда не закончится».
Нельзя не сказать, хотя бы вкратце, о том, как попытались заткнуть рты тем, кто попытался взять свою коллегу под защиту. А таковые нашлись (честь им и хвала!), тут же, по словам адвоката Хассман, Бейтса Батлера, оказавшись под «колпаком» DEA и Arizona Medical Board. Теперь уже их пытались уличить в злоупотреблениях с обезболивающими препаратами . Одна из врачей, Сюзан Флеминг, заявила: “Все это не случайно, мы, выразившие солидарность с коллегой, – следующие на очереди”.
О том, какой приговор получила Хассман, я узнал, выйдя на веб-сайт Association of American Physician and Surgeons – одной из немногих организаций американских медиков, открыто выступающей против произвола по отношению к врачам и необоснованных их преследований.
В информации из зала суда (информация на веб-сайте AAPS датирована 16 августа сего года) говорилось о том, что в обмен на сделку со следствием Хассман грозило уже не 28 лет, а всего до полугода, которые заменили условным сроком и отработкой в общественном секторе. Спасибо судье, вошел в положение.
Как пишет «Вашингтон пост», за последние годы все больше и больше врачей оказываются в таком же положении, что и Хассман. Их арестовывают, обвиняя в злоупотреблении служебным положением, преступном заговоре и даже убийствах. Известно, что два медика уже отбывают срок по обвинению в слишком частом выписывании сильнодействующих обезболивающих препаратов. Один покончил с собой до суда, десятки врачей ждут начала процессов над ними. Трудно сказать, сколько медиков отделались «легким испугом», потеряв раз и навсегда возможность заниматься медицинской практикой.
По мнению экспертов, ситуация для врачей, использующих OxyContin в своей повседневной практике, обещает еще более ухудшиться в ближайшие годы. Свой вывод они делают, анализируя заявления представителей силовых структур, которые уже отрыто ставят медиков, обвиненных в нарушениях при обращении с болеутоляющими средствами, в один ряд с уголовниками- драгдилерами.
Так, бывший министр юстиции Джон Эшкрофт, не скрывавший своего желания как можно сильней «закрутить гайки» внутри страны, радостно приветствовал приговор, вынесенный в сентябре прошлого года одному из известнейших в стране специалистов в области применения обезболивающих препаратов Уильяму Гурвитцу.
Лейтмотивом речи экс-генпрокурора стали слова о том, что власти будут и впредь безжалостно наказывать таких, как этот врач.
«Следует признать, что почти 15 лет успешной работы по созданию эффективных препаратов могут пойти коту под хвост, - заявил с возмущением Рассел Портеноу, крупнейший в США специалист в области обезболивающих лекарств. - Лечение людей от хронической боли - сложный процесс, его нельзя рассматривать в черно-белых тонах. Да, мои коллеги могут совершать ошибки, им не следует увлекаться слишком частым выписыванием сильнодействующих лекарств. Однако в их действиях нет ничего такого, чтобы огульно зачислять их в ряды драгдилеров. Если не будет найдена золотая середина, миллионы людей лишатся шанса избавиться от страданий».
По данным American Medical Association, сегодня в Соединенных Штатах более 50 млн. человек мучаются от хронической боли. А в течение своей жизни половине жителей нашей страны придется обратиться за решением этой проблемы в медицинские учреждения.
Это – реальные факты, тем печальнее узнавать о том, что после судебных процессов над своими коллегами, в атмосфере усиления преследования медиков за слишком частое обращение к наркосодержащим препаратам, все больше и больше врачей просто отказываются выписывать OxyContin или Lortab – магические пилюли для страждущих.
Для того, чтобы привлечь эскулапа к ответственности, сотрудникам DEA даже не требуются серьезные улики. Достаточно одного подозрения в том, что врач действовал вопреки «общепринятой медицинской практике». А что это такое - никто конкретно не знает. Инструкции штатных Board of Medicine настолько противоречивы, что даже скрупулезно следуя им, медик не застрахован от малоприятного общения с правоохранителями.
Согласно статистике, с конца 1999-го по 2003 год сотрудниками DEA было заведено 406 дел по фактам нарушений, связанных с медикаментом OxyContin, арестовано в общей сложности 464 человека. Хотя представители этого силового ведомства убеждают нас, что число арестов и уголовных дел против врачей начало сокращаться, сами медики с этим утверждением категорически не согласны.
В конце прошлого года часть врачей, которым по роду своей деятельности приходится частенько выписывать обезболивающие препараты, решила начать действовать, отдавая себе отчет в том, что рано или поздно могут прийти и за ними. Они объединились в организацию под названием Pain Relief Network, чтобы не только защитить самих себя, но и обратить внимание общественности на «войну», объявленную медикам, фармацевтам и миллионам пациентов ведомством по борьбе с наркотиками. Трудно сказать, удастся ли им в нынешних условиях добиться чего-то существенного, однако под лежачий камень, как известно, вода не течет...
Михаил Трипольский

КОКАИН ДЛЯ БЕДНОТЫ
Современная фармакология не обходится без использования наркотиков. Правда, такие лекарства врачи стараются выписывать своим больным в случае крайней необходимости. Чаще всего - при острых или хронических болях.
Между тем часть лекарств содержит вещества, не относящиеся к наркотикам, однако если их извлечь и сочетать с другими химикатами, можно получить новый сильнодействующий наркотический препарат, например, methamphetamine (meth), приобретший весьма характерное название – «кокаин для бедноты». На сленге торговцев и потребителей этого синтетического зелья он звучит и как speed, crystal, ice, glass и так далее. По мнению специалистов, «кокаин для бедноты» – один из самых опасных, если не самый опасный наркотик наших дней, сродни крэку в 80-е, а может быть, и посерьезней.
По данным организации Quets Diagnostics, которая производит тестирование на содержание наркотиков в крови сотрудников американских предприятий, с 1997 по 2002 год употребление meth в нашей стране увеличилось на 70 процентов. Врачи считают, что к нему люди привыкают намного быстрее, чем к героину.
Вести борьбу с распространением meth очень и очень сложно, так как «полуфабрикаты» для его производства можно свободно приобрести в любой аптеке. Для этого даже не нужно обращаться к врачу за рецептом, ведь содержащие так называемый «псевдоэфедрин» лекарства реализуются в свободной продаже. С их помощью мы избавляемся от насморка, кашля, простуды, аллергии.
Легкий доступ к содержащемуся в лекарственных препаратах «псевдоэфедрину», а также к химикатам, используемым в быту, привел к тому, что сегодня лаборатории по производству meth можно встретить практически в любом уголке страны. По данным Drug Enforcement Administration, если в 1995 году его производили более 300 подпольных лабораторий, то в 2001 году свыше 13 тысяч. Особенно много их расположено в штатах западного побережья: Калифорнии, Орегоне, Вашингтоне. В Орегоне, например, по данным местных правоохранительных органов, не менее 500 лабораторий. До недавнего времени «кокаин для бедноты» поступал на Средний Запад с территории западных штатов. Но теперь скорее всего необходимость в этом отпала, так как собственные лаборатории здесь начали расти как грибы.

«Масштабы, которые приняло производство этого наркотика в нашем штате, - говорит губернатор Орегона Тед Кулонгоски, - заставляют нас искать эффективные способы противодействия злу. Трудности борьбы с ним обусловлены тем, что мини-лаборатории оборудуют сегодня в домах, в квартирах, даже в автомобилях, используются также отели и мотели. Производство meth все сильнее вовлекает в свою орбиту сельскую местность, позволяя экспертам говорить о первой наркотической эпидемии в одноэтажной Америке».
«Кокаин для бедноты» – очень мощный наркотик, который можно вдыхать, курить, глотать, вводить в организм с помощью внутривенных инъекций. Кайф напоминает эйфорию, человек ощущает небывалый прилив сил. Не случайно к нему обращаются те, кто считает свои сексуальные возможности ограниченными или хотел бы поразить свою избранницу гиперсексуальностью. На первых порах половое влечение действительно возрастает, как и «мужская сила». Однако попринимав наркотик с полгода, можно доиграться до полной импотенции, став при этом хроническим наркоманом. Так что игра явно не стоит свеч.
Meth особенно опасен довольно быстрым привыканием и постоянным желанием принимать наркотик вновь и вновь, а это вызывает у человека агрессивность. Преступления, виновниками которых стал «кокаин для бедноты», возрастают в геометрической прогрессии. Кроме того, это очень токсичный препарат, методично подтачивающий здоровье.
Так что же делать? Как пресечь производство и распространение наркотика, который победоносно шагает по стране?
Многие эксперты в Орегоне, а также в Индиане считают, что сегодня лучшим способом связать руки драгдилерам является жесткий контроль за продажей лекарств с содержанием «псевдоэфедрина». Первыми к этой мере прибегли власти Оклахомы. Они приняли закон (он начал действовать с января нынешнего года), согласно которому приобретать таблетки от простуды или аллергии с содержанием «псевдоэфедрина» можно лишь в количестве 9 граммов в месяц. При этом покупатели должны предъявить ID с фотографией и расписаться за приобретение лекарства. Таким образом удается не только не допустить попадания в руки потенциальных производителей необходимого сырья, но и проследить, кто обращается за таблетками, содержащими «псевдоэфедрин», подозрительно часто. По данным правоохранительных органов Оклахомы, в результате принятых мер число подпольных лабораторий в их штате значительно сократилось.
Между тем подобные шаги уже вызвали критику тех, кто полагает, что эти меры, вопреки утверждениям властей Оклахомы, никак не повлияют на ситуацию с meth. По их мнению, пострадают обычные покупатели, которые не смогут приобретать нужное им лекарство в достаточном количестве, и, естественно, аптекари, потеряв возможность быстро реализовывать свой товар.
Производители наркотиков, предупреждают они, станут просто наведываться в аптеки соседних штатов, где нет ограничительных законов. Например, из Орегона в Калифорнию, которая, по словам сенатора от этого штата Дианы Фейнстайн, является основным поставщиком «кокаина для бедноты».
Напомню, что в ходе избирательной кампании бывший кандидат в вице-президенты от демпартии Джон Эдвардс предлагал принять федеральный закон, аналогичный оклахомскому. Критики, однако, тут же указали на Мексику как на еще один крупный источник meth для США. Дескать, какой же резон ограничивать американцев в приобретении медикаментов, если огромные партии наркотика переправляются в нашу страну из-за Рио-Гранде?! Мексиканские драгдилеры никакими ограничениями на приобретение лекарств с «псевдоэфедрином» у себя на родине не связаны.
Нельзя не привести мнение и тех специалистов, кто вообще считает бесполезной кампанию против «псевдоэфедрина». Они напоминают, что в 80-е годы для производства meth использовался phenyl-2-propanone. Когда доступ к нему был серьезно ограничен, производители стали использовать эфедрин, который также был взят под жесткий контроль в 90-е. Настала очередь «псевдоэфедрина».
Если станет невозможным использовать его, отмечает журнал Reason, на очереди новые ингредиенты: methylamine или aminoacidphenylalamine. То есть “голь на выдумку хитра” и обязательно вывернется.
Так что же получается? успехи властей Оклахомы – это временное явление, а их опыт, который собираются использовать в Орегоне и Индиане, – эфемерная попытка спасти нацию от эпидемии «кокаина для бедноты»?
Не хочется заканчивать статью на пессимистической ноте, однако лично у меня оснований для оптимизма, увы, нет...
Дмитрий Фастовский

РЫНОК ТРУДА: БАРОМЕТР ПОКАЗЫВАЕТ «ЯСНО»
Ситуации с занятостью во Флориде могли бы позавидовать многие штаты. Пронесшиеся над ней ураганы лишь на время приостановили процесс непрерывного прироста новых рабочих мест, наблюдаемый последние несколько лет.
Уровень безработицы в этом штате опустился в прошлом месяце до самой низкой отметки за последние 3,5 года, составив 4,3 процента.
Эта же картина наблюдается и на местном уровне. Так, в графстве Палм-Бич безработица уменьшилась в ноябре до 4,7 процента, в это же время в 2003 г. она составляла 5,2 процента.
В графстве Бровард показатели еще лучше – уровень безработицы опустился до отметки 4,2 процента. Таких цифр здесь не было с марта 2001 года.
В графстве Майами-Дейд число незанятого населения выше – 5,7 процента, но такой низкий показатель здесь не отмечался с декабря 2000 года.
Интересно отметить, что пронесшиеся ураганы значительно увеличили занятость в государственном секторе. Благодаря выделенному федеральным правительством гранту в размере 75 миллионов долларов, предоставленному для ликвидации последствий стихии, удалось создать 4 тысячи временных рабочих мест. 10 процентов из них досталось графству Палм-Бич.
В целом, в ноябре нынешнего года по сравнению с этим же периодом в прошлом году флоридский рынок труда пополнился 160 тысячами новых рабочих мест. Это самый высокий прирост среди 10 наиболее густонаселенных штатов страны. Большинство рабочих мест было создано в сфере бизнеса, образования, здравоохранения, индустрии развлечений и гостиничного хозяйства.
Позитивная информация о ситуации на рынке труда способствует оптимистическим настроениям среди рабочих и служащих. Согласно опросу, проведенному исследовательской фирмой Spherion Corp., 84 процента респондентов уверены, что им можно не бояться увольнения в ближайшем будущем.

А СТРАДАЮТ ДЕТИ...
Как и в Нью-Йорке, во Флориде школы, расположенные в бедных районах тамошних графств, страдают от острой нехватки квалифицированных педагогов. Подтверждением этому может служить журналистское расследование, проведенное репортерами газеты Sarasota Herald-Tribune.
После тщательного изучения результатов сдачи профессиональных тестов (минимум необходимых знаний для работы с детьми в школах Флориды) учителями и их помощниками (в общей сложности журналистской проверке подверглись тесты 100 тысяч человек) выяснилось: более трети педагогов хотя бы один раз свой экзамен проваливали. Это означает, что как минимум полмиллиона ребят приходят в классы, где уроки ведут преподаватели, не имеющие лицензии или сертификата.
Как правило, нелицензированные педагоги в основном работают в школах, относящихся к категории «бедных». Бедные школы – это учебные заведения, в которых более половины учащихся получают субсидируемые государством обеды. В богатых школах этот показатель не должен превышать 15 процентов.
Журналистское расследование ставит под сомнение эффективность и справедливость проводимой во Флориде школьной реформы. Напомним ее главное требование: ни один ученик не должен быть переведен в следующий класс, если он не сдал годовых итоговых экзаменов. Между тем преподаватели могут проваливать раз за разом свои тесты, продолжая работать без опасения быть уволенными. Вот и спрашивается: справедливо ли оставлять на второй год школьников, которых обучают учителя-«двоечники»?
Проведенное не так давно флоридским Министерством образования исследование подтвердило еще раз хорошо известный факт: низкая квалификация учителей самым непосредственным образом сказывается на успеваемости их подопечных. Какие оценки могут получить на контрольных и переводных экзаменах учащиеся, если 9 процентов флоридских учителей как минимум четыре раза плохо справлялись с проверочными тестами?!
К сожалению, быстро решить эту проблему вряд ли удастся. Как и в других штатах, во Флориде, хорошие учителя стараются обходить стороной бедные школы - ведь там условия работы тяжелее, а зарплата ненамного выше. Вот и приходится заменять их людьми, не имеющими к педагогике непосредственного отношения. Отсюда и результат...
Михаил Трипольский