Загадка странной игральной кости

Путеводитель
№41 (441)

Улицы Нью-Йорка украшены многочисленными скульптурными памятниками. Помимо традиционных, выполненных в реалистической манере монументов, установленных в позапрошлом и прошлом веках, здесь можно найти много скульптурных произведений, отражающих совсем другие направления в искусстве. Одним из них является “Красный Куб” известнейшего скульптора американо-японского происхождения Исаму Ногучи.
Оранжево-красный, с круглой полостью внутри, пронзающей насквозь две его грани, Куб был установлен в 1967 году около зеркально-черного фасада 52-этажного HSBC Bank Building, известного также под названиями Marine Midland Bank Building, Brown Brothers Harriman. Этот небоскреб, построенный в интернациональном стиле, расположен в финансовом центре Нью-Йорка по адресу 140 Broadway to Nassau street. Его несущие стены, сделанные из матовых, анодированных алюминиевых балок с прямоугольниками окон, в которые вставлены темные, непроницаемые для взгляда снаружи, стекла, создают вместе со скульптурой необычную абстрактную композицию из сочетания контрастных красок и форм.
Почти девятиметровый «Красный Куб» сварен из листовой стали, а внутренняя полость, похожая на трубу большого диаметра, покрыта изнутри алюминиевыми пластинами.
Балансирующий на одной из своих вершин и стоящий с левой стороны фасада здания, на площади, выложенной белым пористым известковым туфом - травертином, необыкновенно яркий Куб выглядит восклицательным знаком на архитектурном фоне здания. Удлиненная по своей вертикальной оси, эта объемная геометрическая фигура точнее может быть определена, как Ромбоэдр, или, иначе говоря, как параллелепипед, все грани которого - ромбы. Некоторая диспропорция композиции усиливает ее воздействие на зрителя. Эту особенность многих произведений искусства Исаму Ногучи однажды прокомментировал следующим образом: “Если вы имеете завершенную гармонию, то ничего не происходит, однако если вы внесете в свое творение элемент дисгармонии, то от него будет исходить энергетический поток, выбивающий из покоя и равновесия”.
И скульптор точно следует этому правилу. Сквозное отверстие, которое он проделал в центре своего не совсем правильного, дисгармоничного Куба, добавляет сложности, запутанности дизайну сооружения. Этот странный темный зрачок на ярко-красной плоскости является магнетически притягательным и загадочным. Я поддался его воздействию, не сдержал любопытства, подошел поближе и заглянул вовнутрь. Впечатление было такое, будто я посмотрел в огромную подзорную трубу, направленную на таинственные прямоугольники окон соседнего здания. Однако даже через эту трубу нельзя было рассмотреть, что же происходит в недрах зеркально-черного небоскреба.
Ногучи сравнивал Куб, словно временно замерший на одной из своих вершин, с вращающейся игральной костью. Действительно, похоже. Вот-вот она ляжет на одну из своих граней, и что же выпадет? В этом ожидании грядущего события кроются загадка и притягательная сила. И в самом деле, что же выпадет? Ведь только на двух гранях кажущегося неустойчивым Куба есть по одному глазку, по одной точке остальные четыре их лишены. Они немы и беззначны. Необычная игральная кость с неполным набором точек, несет в себе интригу. Вот так, используя самые скупые средства, из простейшей объемной фигуры можно сотворить многозначную, завораживающую тайну.
Исаму Ногучи родился в 1904 году в Лос-Анджелесе в семье интеллектуалов. Его отцом был Иан Ногучи - незаурядный переводчик и поэт, одинаково хорошо писавший на английском и японском языках, а матерью - американская писательница Леония Гилмур. Детские годы Исаму прошли в Японии. Однако семейная жизнь у родителей не сложилась, и 14-летний мальчик вернулся с матерью в США. Здесь он после окончания школы поступает в Колумбийский университет. Через год, поощряемый матерью, Исаму начинает заниматься в школе искусств и вскоре бросает университет, чтобы целиком посвятить себя скульптуре.
В 1926 году Ногучи попал на выставку известного скульптора Константина Бранкузи, которая произвела на него очень сильное впечатление. Получив за успехи в школе искусств стипендию Симона Гуггенхайма, он уехал в Европу, где несколько месяцев проработал ассистентом в парижской мастерской этого скульптора. Художественная манера Бранкузи оказала огромное влияние на все последующее творчество Ногучи. Знаменитый скульптор привил способному ученику любовь к простым и чистым формам, «уважение к резцу и материалу», как говорил сам Исаму, и навыки тщательной проработки деталей.
В 1930 году Ногучи предпринял большое путешествие от Москвы до Пекина, а оттуда - в Японию, где немало поработал с керамикой. Осенью 1931 года он вернулся в Нью-Йорк. Здесь он начал с того, что выполнил дизайнерскую работу для директора Музея современного искусства. Это был стол. С этого момента и всю оставшуюся жизнь он периодически занимался моделированием мебели и светильников.
В 1940 году Ногучи создал чрезвычайно оригинальную, весом в девять тонн, панель, которой он дал название «Новости». Она была установлена над центральным входом в здание «Ассошиэйтед Пресс», входящим в комплекс Рокфеллер-центра. Эта совершенно необычная панель по праву считается одним из лучших произведений искусства, во множестве представленных в знаменитом рокфеллеровском комплексе.
Изобразив средства сохранения и передачи информации, существовавшие в то время, начиная от записной книжки и фотоаппарата и кончая телефоном и телетайпом, скульптор смог с замечательной экспрессией выразить силу и влияние масс медиа. Его новаторская панель была первым в мире крупноформатным произведением, отлитым из нержавеющей стали - очень нетрадиционного для скульптурных работ той эпохи материала. Своим появлением эта работа символизировала, помимо прочего, также скорость развития промышленных технологий в современном обществе.
Объясняя использование различных нетрадиционных материалов для своих скульптурных произведений, Исаму Ногучи в статье «О скульптурах из гнутого алюминия” сказал об этом так: «Мне казалось абсурдным работать с горной породой и камнями в Нью-Йорке, где наш родной пейзаж состоит из устремленных высоко в небо коробок, сложенных из стекла и стали».
В предвоенные годы скульптор добился широкой известности в США, однако после Перл-Харбора полуяпонец Ногучи почувствовал себя в Америке иностранцем. В марте 1942 года он добровольно ушел в лагерь интернированных лиц в Аризоне, где продолжил свои эксперименты с новыми материалами и формами.
После войны Ногучи вернулся в Нью-Йорк, где много работал над костюмами к балетным спектаклям, в том числе к тем, которые были поставлены в нью-йоркском городском театре оперы и балета Георгием Баланчивадзе (Джорджем Баланчиным).
С 1952 года он делит свое время между работой в Японии и Нью-Йорке. На этом этапе своего творчества Ногучи уделяет много внимания созданию крупных скульптурных произведений на основе эстетических принципов японских садов, где большеформатные абстрактные скульптуры располагались так, чтобы достичь гармонии между ними, окружающим пространстовом и архитектурой близлежащих сооружений. Примером его работ в этой области может служить «Водный сад» на Chase Manhattan Plaza в Нью-Йорке. По его проектам были созданы «Сад мира» около штаб-квартиры ЮНЕСКО в Париже и «Сад искусств Билли Роуза» в Иерусалиме.
В 1982 году И.Ногучи был награжден президентом Р.Ре- йганом Национальной медалью искусств. Он имел и множество других наград. Ногучи добился международной известности в таких областях, как скульптура, создание «общественных проектов» типа игровых площадок и садов, дизайн и театральные костюмы. Достичь всего этого ему помогла его постоянная борьба с привычным и устоявшимся. Недаром он считал, что «каждая новизна должна подвергать сомнению некоторую ценность, прежде считаемую священной».