ЗАМЕТКИ НА ПАМЯТЬЧЕМПИОНАТ США «МЕМОРИАД»: РЕПОРТАЖ С ПОСЛЕСЛОВИЕМ

Уникальное - рядом
№28 (376)


Нет никаких сомнений – из всех существ, живущих на Земле, человек – самое конкурентное и состязательное. Потому что ни лошадям, ни охотничьим собакам не пришло бы в голову бегать наперегонки, если бы не жокей, сидящий на спине, или несущийся впереди фальшивый механический заяц; об оленях и гепардах и говорить нечего.
Мы же с детства спорили не только о том, кто быстрее добежит до ближайшего столба, но и кто быстрее решит кроссворд или задачу. И все же я почти уверен, ни вам, ни мне в голову не приходило принять участие соревновании «Чья память крепче?». А вот в Соединенных Штатах такие состязания проводятся, и не первый год.
«Иногда кажется, легче найти людей, способных выйти на сцену голыми, чем готовых в соревновании испытать свою память, - говорит Тони Доттино, один из основателей американского чемпионата Памяти Мемориад как составной части “Олимпийских умственных игр”. - Я объясняю это тем, что многие люди боятся проиграть и, если это случается, склонны расстраиваться и обвинять себя в ослаблении умственных способностей и памяти».
Последний раз соревнования состоялись в этом году в Нью-Йорке, в здании “ConEdison билдинг”. Участники, возраст которых колебался от 15 до 44 лет, должны были пройти через пять этапов соревнований.
Конкурсы назывались «Имена и лица», « Случайные слова», «Быстрые числа», « Поэзия», «Быстрые карты».
Конечно, и зрители, и жюри конкурса сознавали, что участники находятся под прессом публичного умственного стриптиза и жестких временных рамок; ключ к победе лежал в психологической устойчивости “ атлетов мысли”.
«Вы не поверите, насколько легче решать подобные задачи наедине с собой», - признался Честер Сантоc, студент последнего курса университета Голден Гейт из Сан-Франциско, занявший третье место.
Отцы конкурса Т. Доттино и Т. Бузан, автор бестселлера “Используй своё совершенство” и основатель Всемирного чемпионата памяти, провели первый такой конкурс в США в 1997 году. С тех пор каждый год пятеро лучших отбираются в сборную страны.
Финал же мирового чемпионата сложнее; он состоит из 10 конкурсов и обычно проводится в два дня.
Но вернемся на нью-йоркское ристалище. Как же проходили соревнования?
В первом конкурсе – “Имена и Лица “ - участникам было предложено 99 цветных фотографий, на каждой из которых крупным планом были сняты два человека с подписанными внизу именем и фамилией каждого. На запоминание имен и лиц каждый участник получал 15 минут. После этого фотографии тех же людей, но уже без подписей перетасовывались и участники должны были вспомнить их имена и фамилии. За каждое имя и фамилию, правильно названные, шли зачетные очки.
Соревнование «Случайные слова» заключалось в том, что в течение тех же 15 минут участники должны были запомнить несколько сотен случайных слов с листа бумаги и тут же восстановить их по памяти, на что им давалось 20 минут.
После перерыва началось соревнование “Поэзия”. За то же 15 -минутное контрольное время, 15 минут, необходимо было запомнить наизусть не публиковавшееся нигде стихотворение, состоящее из 50 строк, все знаки препинания в нем, все слова, написанные с большой буквы, и написание каждого слова. Трехкратный победитель последних конкурсов C. Хагвуд, 40-летний инженер-химик из города Фейтвилл в Северной Каролине, считает что «Поэзия» – самый сложный конкурс. «Ты можешь как-то натаскать себя и подготовиться к любому из них, но лично мне здесь нужно начинать с нуля». Впрочем, у Скотта Хагвуда, как и у любого многоборца, есть свои предпочтения, свои слабые и сильные стороны.
Его путь к этому виду «спорта» был необычным. В 1999 году, когда врачи поставили ему диагноз “рак щитовидной железы”, он испугался и за свою жизнь, и за свою память и, купив литературу и найдя методики, начал её, память, тренировать.
Потом купил одну из книг Тони Бузана, потом увидел соревнования Мемориад по каналу АВС. После долгой работы над собой стал и дебютантом соревнований, и их победителем.
Cкотт рассказывает, что на тренировку памяти тратит обычно один час ежедневно и по 4 часа в день при подготовке к чемпионату. «Ты как бы ходишь в спортивный зал, только “качаешь” другие мышцы», - шутит он. Существуют специальные методики для запоминания предметов и групп цифр, и эта традиция уходит корнями в историю. Еще в Древней Греции существовала школа риторики, а искусство запоминать почиталось наукой; тогда же была написана история о том, как Cимонидис, поэт с выдающейся памятью, был приглашен в дом богатых людей услаждать их стихами. В стихах он благодарил и славил и богов, и хозяев дома, после чего высокомерный хозяин дал ему только половину денег, сказав: «А вторую половину пусть тебе заплатят боги, которых ты воспел». Вскоре после этого в зал вошел человек и сказал поэту, что его вызывает в сад неизвестный, только что подъехавший в богатой колеснице. Когда же он вышел в сад, там никого не было, и в эту самую минуту разгневанные боги, вступившись за поэта, обрушили дом на головы хозяев.
Отзываясь с восхищением о предках, не знавших письменности и передающих культуру и традицию из уст в уста, и Аристотель, и Фома Аквинский, и Цицерон пытались понять, что же есть память, можно ли её улучшить, расширить способности человека.
И хотя эпоха Возрождения от нас очень далека, говорит победитель, но я до сих пор пользуюсь методиками, тогда изобретенными. Например, в соревновании “Быстрые числа” я использую методику Римской комнаты, которая является частью теории строительства Дворцов памяти, созданную членом ордена иезуитов отцом Маттео Рисси.
В 1583 году Рисси отправился в Китай, где прожил 32 года. Там он не только распространял христианство, но и изучил китайский язык и проповедовал свою теорию памяти, которая увлекала слушателей, живущих под влиянием идей Конфуция. В его трудах речь тоже идет об искусственном создании образов, связанных с запоминаемыми предметами. И в своем воображении я строю дом из множества комнат, где на разных стенах расположены разные группы цифр, и как бы иду по дому переходя из зала в гостиную и дальше, и “припоминаю” – комнату за комнатой, стену за стеной и, соответственно им, цифры. Если же хочешь раздвинуть пределы памяти, пристрой еще комнату или еще один дом.
На нынешнем первенстве США главным соперником Хагвуда стал 22-летний Рам Прасад Колли, свежеиспеченный выпускник Вирджиния Тех из Блэкбурга. Особенно удался Колли конкурс «Быстрые числа», в котором нужно было за 5 минут запомнить случайные, выбрасываемые компьютером тысячу цифр – 25 рядов по 40 цифр в каждом. Справедливости ради надо сказать, что мировой рекорд в этом конкурсе, установленный Домиником О’Брайеном в 2000 году и равный 316 числам, идущим подряд, остался недосягаемым.
Вплоть до последнего раунда, «Быстрые карты», оставшиеся участники шли, что называется, корпус в корпус. Главный смысл заключительного конкурса был в том, что испытуемый получал колоду из 52 игральных карт, сложенную в произвольном порядке, и получал 5 минут на их запоминание. Далее, он получал другую колоду, сложенную, ” как в магазине”. Кто быстрее по сумме двух попыток с двумя колодами соберет карты в исходном порядке совершив минимум ошибок, тот и победит.
И если Хагвуд без ошибок сложил первую колоду за 3 минуты 27 секунд, то во второй попытке, с другой колодой, он установил новый рекорд США, уложившись в 2 минуты 17 секунд.
Уступивший ему пальму первенства Колли высоко отзывается об интересных работах, написанных еще в 1581 - 1591 гг. выдающимся астрономом и еретиком, сожженным инквизицией, Джордано Бруно. Будучи сам одаренным необычайной памятью, ученый доминиканский монах много путешествовал по Европе, выступая с лекциями и показом возможностей человека перед публикой, встречаясь с оккультистами, фокусниками и первыми алхимиками и пытаясь разобраться в её природе.
В известной книге “Тени идей” Д. Бруно пишет о существовании рядом с нами мистического теневого мира, неподвластного людским законам, где и хранятся все тайные знания, и никто, говоря всерьёз, ещё не доказал обратного.
Что до игроков, то, опираясь на прошлый опыт, можно сказать, что во время соревнований они пользуются так называемой “немедленной” памятью, позволяющей запоминать и удерживать информацию недолгое время. Эта память подобна той, которую вы включаете, когда считываете телефон из записной книжки, набирая номер, или слушаете речь с трибуны. Что же касается долгосрочного запоминания, то человеческий мозг потенциально способен хранить в 1000 раз больший объём информации, чем 20-томная энциклопедия.
Любопытно, что победители турнира на первенство США не награждаются денежными призами, разве что лучшие игроки получают право на бесплатную поездку для участия в чемпионате мира, который в этом году состоится в августе в Лондоне. Но для участников и организаторов турнира важно не самоутверждение, на наглядные свидетельства того, что, даже старея, мы способны улучшать свою память и делать её незаурядной. Для этого не надо обладать суперспособностями либо быть слегка не в своём уме, как считают некоторые. И слава Богу, в мире не становится меньше людей, желающих испытать себя – в скалолазании и в гонках на мотоциклах, в решении не решенных доселе задач и доказательстве теорем.
Еще одно первенство США Мемориад закончилось. И отвлекаясь от многообразия окружающего нас мира, вглядываясь в себя, мы понимаем, какой глубокий, непознанный космос находится внутри нас самих.
Конечно, мы не задумываемся и потому не удивляемся тому, что, когда беседуем с кем-то, или читаем, или смотрим кино, в нашем мозгу происходят невидимые перемены; возникает запоминание и одновременно забывание чего-то.
А как происходит, что единственный разговор или фраза могут не только запомниться навсегда, но изменить нашу судьбу и многие оценки?
Как случается, что незначительные вещи, о которых и думать не стоит, помнятся нам всю жизнь, а те, что казались важными, исчезают из памяти? Почему обида, нанесенная нам однажды, физической болью отдается внутри нас в течение всей жизни, словно осколок шрапнели, оставшийся в теле? Что и как ставит в нашем мозгу (или в душе?) эти вечные метки? Как возникают структуры памяти, руководящие нами в огромном мире, помогающие нам запоминать дорогу, водить машины, предсказывать типичные ситуации?
Психологи и нейробиологи, биохимики, лингвисты и философы долгие годы делили поле знания о мозге и памяти на независимые владения, пытаясь увидеть и понять предмет со своей точки зрения. И хотя, как и много лет назад, вечные полемические вопросы: ”Откуда мы знаем, что мы знаем?”и “Как опыт становится знанием?” - остаются открытыми, ученые, наконец, решили строить общую башню знания памяти, которая, как все надеются, не станет Вавилонской.
И пока компьютерные гении вместе с биологами моделируют отдельные участки мозга, нейробиологи находят прямые подтверждения участия в работе памяти нейронов и синапсов - областей контакта нервных клеток, через которые идет импульс; изучают, как ветки нейронов формируют так называемую ментальную карту, приложимую к новым философским идеям. Некоторые из них считают, что уже определили химические процессы, которые трансформируют опыт человека, в его память, и этот результат может быть даже чем-то физически ощутимым; но сегодня еще рано считать это твердо доказанным.
Когда же рядовой читатель узнает, что с нормальной работой мозга и памяти связаны и кальций, и сода, и серотонин, и ацетилхолин, и норпинефрин, он немедленно отбросит статью в сторону и пойдет искать эликсир, укрепляющий память. И правильно сделает. Что же до автора, то он давно собирался поставить чайник на плиту, да забыл.
В своё время Ларошфуко не без иронии заметил, что никто не жалуется на свой ум, но все – на свою память. И я его понимаю - cам такой.

Семен Бурда