Шедевр ювелирного искусства

Будни Большого Яблока
№50 (346)

можно увидеть до 5 января 2003 г.

Еврей – это символ вечности.
Лев Толстой


Уже становится традицией в Метрополитен, крупнейшем музее изобразительных и прикладных искусств Америки и мира, в канун светлого праздника Хануки в одном из красивейших музейных залов устанавливать девятисвечную менору, светильник, который зовется Ханукия.
Ханукия – светильник особый, потому что зажигают его в особый праздник, знаменуемый победу Макавеев – тогда, в древности, и твердую веру в то, что еврейское государство выстоит и победит врагов так, как победили недругов Макавеи.
Во все века, на всех дорогах изгнания, Ханукия была важным символом непобедимости иудейской веры, а та Ханукия, что украшает сейчас Главный музей Америки, - еще и шедевр ювелирного искусства, свидетельство неиссякаемого таланта еврейских мастеров.
Перед нами изделие неизвестного златокузнеца начала XVIII века, жившего, повидимому, в Польше: менора принадлежала одной из старейших польских синагог. Искусно выполненный бронзовый ритуальный канделябр великолепно орнаментирован. Его основание покоится на трех львах, а венчает Ханукию расправивший могучие крылья гордый орел, ибо написал три тысячелетия тому назад великий царь-псалмопевец Давид о Сауле и сыне его Ионафане: «Были они быстрее, чем орлы, сильнее, чем львы».
Драгоценная эта менора пришла в музей из коллекции Майкла и Джуди Штейнхардтов, ее так и зовут – Ханукией Штейнхардтов. Она по-настоящему величественна, да и маленькой ее не назовешь: 150x102x46 см. Каждый ее подсвечник подобен стеблю, вырастающему из лилии, и все они выстроились в ряд, как воины, и только шамащ, помощник, отдающий живой огонь каждой свече, - впереди. Как полководец.
«Веди нас в бой!» - обратились иудеи к Иегуде Макавею. И он повел. И привел к победе.
«О, Ханука»! – Звучат слова одной из 30 прекрасных ханукальных песен, исполняемых знаменитым ансамблем Hight Spirit – Дух возвышенный, Дух горний – под руководством Давида. А поет сам кантор Барух Коон. И мы слышим песни – на идиш, на иврите, на английском и даже на умершем ладино, языке евреев, живших в Испании, Франции, Италии. Торжественные и веселые, шутливые и трогательные – их напевы иногда знакомы, но чаще мелодии нам неведомы, но волнуют они необычайно, делают встречу со старинной Ханукией еще более впечатляющей.
Волны удивительной, напряженно эмоциональной музыки плывут над гордым девятисвечником, заполняют высокий, в два этажа поражающий редкой красотой зал – Патио (дворик) из Велез Бланко. По камушку был он перевезен из полуразрушенного испанского замка в Америку Джорджем Блюменталем и подарен музею, где и открыт после сложнейшей реставрации.