Миротворцы бывают разные

В мире
№16 (939)
В последние десятилетия вооруженные (миротворческие) силы ООН, а также те или иные международные воинские контингенты стали, если можно так выразиться, неотъемлемой частью различных конфликтов по всему миру. Эффективность этих частей (или наблюдателей) иногда оказывается очень низкой или даже нулевой, но отнюдь не всегда в этом есть их вина
 
Во многих случаях мандат, данный "голубым каскам" для осуществления некой специфической миссии, изначально не предусматривает какие-либо действия, способные кардинально повлиять на ситуацию или предотвратить какую-то угрозу. Необходимо помнить, что универсального мандата у сил ООН на действия в разных точках мира не существует. Часто условия того или иного мандата могут коренным образом отличаться от подобных ему документов даже в одном и том же регионе. За примером далеко ходить не надо: силы UNIFIL (временный контингент ООН в Ливане) очень не похожи на UNDOF (силы ООН по наблюдению за разъединением войск между Сирией и Израилем). Об отличиях между ними речь пойдет ниже.
 
Еще один важный нюанс: нельзя путать силы ООН с другими международными контингентами. Различия могут быть колоссальными, например, в боеспособности. И здесь, когда речь идет о не относящихся к ООН контингентах, важнейшим фактором является их мандат. По нему и можно строить те или иные ожидания. Пример международных сил, к ООН отношения не имеющих, находится у нас, что называется, под носом, но уже на юге. Это MFO (контингент Межнациональных сил и наблюдателей).
 
Тема миротворцев той или иной принадлежности всегда была очень актуальна для Израиля и продолжит оставаться таковой в обозримом будущем. Так, в эти дни активно дискутируется создание некого контингента, которому, в случае достижения соглашения об окончательном урегулировании между Израилем и ПА, может быть поручена охрана границы между палестинским государством и Иорданией. Причем в данном контексте чаще всего упоминаются вообще силы блока НАТО.
 
На протяжении многих лет Израиль имел немало вполне обоснованных претензий к силам ООН, располагавшимся вдоль его границ или линий прекращения огня, и часть претензий была более чем обоснована, например, скандальные события 1967 года, предшествовавшие Шестидневной войне, когда наблюдатели ООН были выведены из Синая по требованию Египта и вопреки позиции Израиля. Неоднократно имели место и различные проблемы в Ливане, где отсчет соприкосновения ЦАХАЛа с ООНовцами идет с 70-х. Однако часть такого рода разочарований на "израильской улице" неоправданна, т.к. они основываются на незнании деталей данного международным силам мандата. В этом контексте показателен пример UNIFILа, от которого многие наши сограждане почему-то требуют чуть ли не силового разоружения "Хизбаллы" в Южном Ливане, хотя, согласно мандату, этот контингент не действует в населенных пунктах, а именно они на данный момент и являются базами шиитской террористической организации.
 
Различные международные контингенты вообще и миротворческие силы ООН в частности демонстрировали как эффективность в выполнении своих миссий (Восточный Тимор), так и, наоборот, полный (Руанда, Босния) или частичный провал. Очень важны такие факторы как состав сил, а также обстоятельства на месте, где, собственно, все и происходит. Военные, входящие в контингент ООН, представляют некие государства. То есть, в ООН они служат, а на родине у них есть правительство, у которого в данном регионе могут быть свои специфические взгляды на ситуацию со всеми вытекающими последствиями. Кроме того, значительная часть такого рода контингентов часто представляют страны третьего мира, и здесь вполне можно говорить о недостаточно высоких профессионализме и мотивации.
 
Сами "голубые каски" получают жалование от своих правительств, а те, в свою очередь, компенсацию от ООН. Неудивительно, что для многих развивающихся стран, такая "сдача в аренду" своих подразделений - дело весьма доходное. Ярчайшим примером в этом смысле является крохотное тихоокеанское государство Фиджи, для которого участие в миротворческих миссиях - очень важная статья бюджета и эффективный способ борьбы с безработицей. Численность сухопутных сил этой страны превышает 3 тысячи (!) человек - как раз потому, что значительная их часть постоянно задействована в международных миссиях, в частности, на Ближнем Востоке.
 
Обстоятельства на месте - это, например, резкое изменение военно-политической ситуации в зоне действия контингента, когда мандат вроде бы еще позволяет ему выполнять свои функции, а вот желания делать это нет. Отличный пример - те же UNDOF в Сирии. С приходом гражданской войны в район Голанских высот страны, пославшие в этот район своих солдат, начали демонстрировать рьяное желание забрать их отсюда. В какой-то момент вся миссия наблюдателей оказалась под угрозой. Нет никакой уверенности в том, что в случае интенсификации боевых действий между повстанцами и верными Асаду силами UNDOF в итоге полностью не ретируется со своих позиций.
 
Данные силы призваны по мандату СБ ООН (резолюция №350) осуществлять наблюдение за соблюдением соглашения о разделении войск, подписанном между Сирией и Израилем в мае 1974 года. Основные пункты договора включают наличие тянущейся с севера на юг полностью демилитаризованной зоны длиной примерно 80 км. Ее ширина составляет от 500 метров до 10 км., и находится она на сирийской территории. Свои вооруженные силы сирийцы здесь держать не могут, но гражданское управление осуществляется ими. Дабы как-то обойти этот пункт, под видом штатских здесь фактически на постоянной основе находились одетые в гражданское сирийские военные, что ни для кого не являлось секретом.
 
Кроме того, ООНовцы осуществляют инспектирование еще двух территорий по обе стороны границы, обе шириной 25 км. Максимальное количество солдат и разного рода техники здесь оговорено соглашением, причем эти территории как в Израиле, так и в Сирии, в свою очередь, делятся на три "подзоны" - каждая со своими ограничениями по тяжелому вооружению и личному составу. 
 
Инспектирование условий соблюдения договора и ряд других второстепенных функций - дело, конечно, важное, но физическое предотвращение конфликтов в задачи UNDOFа не входит. Как, впрочем, и собственная защита: с вооружением дела у них обстоят весьма символически. То есть чуть более 1200 солдат из Фиджи, Индии, Непала, Филиппин, Ирландии и Нидерландов могут в любую секунду стать заложниками сирийской гражданской войны - заложниками в прямом смысле этого слова. 
 
В отличие от UNDOFа, их ливанские коллеги из UNIFILа гораздо менее "беззубы" и более многочисленны. В своем нынешнем виде эти силы имеют относительно короткую историю: статус UNIFILа серьезно изменился после Второй ливанской войны 2006 года.
 
Данный контингент имеет определенные полномочия на применение силы и является вооруженным. Более того, у ливанских ООНовцев имеются даже танки и артиллерия.
Согласно официальному сайту UNIFILа, численность его военного персонала (но военными здесь дело не ограничивается) на данный момент превышает 10300 человек, а бюджет достигает почти 500 млн. долларов в год. В его составе среди прочих военных несут службу 2 итальянских (командует UNIFILом также итальянец), а также французский и испанский батальоны. Именно против бойцов последнего в июне 2007 года был осуществлен теракт (погибли 3 испанца и 4 колумбийца). Несмотря на ответственность, взятую некой близкой к "Аль-Каиде" суннитской группировкой, достаточно весомыми являются подозрения в адрес "Хизбаллы".
 
Сама шиитская организация нападение осудила, но метод использования взрывного устройства, а также то, что пострадали солдаты самого, пожалуй, недружественного для "Хизбаллы" батальона, наводят на определенные мысли.
 
Силы UNIFILа призваны наблюдать и на практике способствовать претворению в жизнь 1701-й резолюции СБ ООН по Ливану. В какой-то степени они осложняют жизнь "Хизбалле", однако основных проблем здесь две. Первая состоит в том, что действия контингента ограничены открытой местностью и не распространяются на населенные пункты.
 
То есть в деревнях и поселках "Хизбалла" может творить все, что ей заблагорассудится. Суть второй - в ограничении действия зоны сухопутного контингента UNIFILа территорией южнее реки Литани. Таким образом, даже под частичным контролем оказалась отнюдь не вся южноливанская вотчина "Хизбаллы". Для иллюстрации: в некоторых местах от реки до израильской границы всего несколько километров.
 
О влиянии на другие территории "Хизбаллы" в Ливане нечего и говорить. Значение морской составляющей UNIFILа - немецких военных кораблей, призванных предотвращать контрабанду оружия в Ливан, - невелико.
 
Сомнений в профессиональных качествах и намерениях немцев нет, но только в наши дни контрабанда идет "Хизбалле" не по морю, а через ливано-сирийскую границу. Нельзя забывать и проблему сходную с UNDOFской: не захотят ли страны, приславшие в UNIFIL своих солдат, срочно их эвакуировать из Ливана, если та же "Хизбалла" решит, например, что дальнейшее пребывание здесь "голубых касок" излишне.
 
При таком сценарии развития событий случай с испанским батальоном в 2007-м может показаться сущей мелочью, и я не сомневаюсь, что желающих продолжать миротворческую миссию в этих местах сильно поубавится.
 
Если два этих контингента, столь отличных друг от друга, относятся к ООН, то об MFO этого не скажешь, и виноватым в этом оказался… Советский Союз. На фоне реализации мирного соглашения Израиля с Египтом СБ ООН в 1981 году так и не смог принять резолюцию наподобие 350-й, приведшей к созданию UNDOFа.
 
Дело в том, что по просьбе Сирии, весьма негативно воспринявшей израильско-египетский "сепаратный мир", СССР пригрозил использовать право вето в СБ ООН. В итоге пришлось обойтись без ООН, тем более что доминирующее влияние США (более 40% всего контингента численностью 1600 человек и его командующий) в MFO устраивало и Египет, и Израиль. Эта роль Вашингтона, с точки зрения Израиля, является большим преимуществом. 
 
С другой стороны, в плане беззубости и сути миссия MFO сходна с миссией UNDOFа. Данный контингент призван мониторить соблюдение Кэмп-Дэвидских соглашений. Касается это, в первую очередь, дислокации египетских военных на Синае. Полуостров условно разделен на 3 зоны - А, В и С. В первой из них, вдоль канала и восточного побережья Суэцкого залива, Египет имеет право держать механизированную дивизию, во второй, включающей центральную часть Синая, могут находиться 4 пограничных батальона с колесной техникой и полевые укрепления. С - западная часть Синая, вдоль израильской границы, а также широкая полоса вдоль побережья Акабского залива вплоть до Красного моря, является полностью демилитаризованной. Здесь могут находиться только полицейские. 
 
Изменения в описанных схемах дислокации могут происходить лишь с согласия Израиля, что мы и наблюдаем в последнее время, когда египетская армия ведет активную борьбу с террористами. Еще одна зона, D, находится на израильской территории. Это полоска вдоль границы шириной 3 км., где ЦАХАЛ не имеет права держать более 4 пехотных батальонов.
 
Давид Шарп