СМЕНА подконвойных

В мире
№45 (655)

В один день российское правосудие совершило два загадочных поступка – выпустило из тюрьмы Лефортово Сергея Сторчака и объявило о возбуждении уголовного дела на Валерия Драганова.
Год назад, 24 октября 2007 года, заместитель министра финансов Сторчак сказал журналистам, что его ведомство совместно с Центральным банком намерено взять под контроль внешние заимствования крупных государственных компаний. Уже тогда было известно, что долги гигантских концернов равны накоплениям в Стабилизационном фонде и в случае краха платить придется государству. Через три недели, 15 ноября 2007 года, Сторчака арестовали.
За своего заместителя немедленно вступился министр финансов, он же вице-премьер, Алексей Кудрин. Поручился за него и попросил на время следствия освободить из тюрьмы под подписку о невыезде. Кудрин – влиятельнейшая фигура в правительстве, ближайший сподвижник Путина. Однако даже Кудрину отказали. Публично, через прессу.
“Чиновников такого высокого ранга, совершающих преступления с использованием своего служебного положения, оставлять на свободе нельзя, - заявил начальник Главного следственного управления Дмитрий Довгий. - У нас имеются данные, что он собирался скрыться за границей. С его связями и финансовыми возможностями это вполне реально. Поэтому и было принято решение задержать его накануне вылета в ЮАР... В квартире Сторчака были изъяты крупные суммы денег, эквивалентные одному миллиону долларов”.
Через полгода главного следователя страны Довгия уволили. После чего он в интервью утверждал, что состава преступления в действиях Сергея Сторчака не обнаружено, но председатель Следственного комитета Александр Бастрыкин требовал возбуждения уголовного дела “любой ценой”. Сейчас Довгий в тюрьме, арестован по обвинению во взятках, а Сторчак отпущен под подписку о невыезде, и никто не боится, что он улетит в ЮАР. Освобождение свершилось с такой внезапностью, что застало врасплох и следователя, ведущего дело, и защитника Сторчака. Адвокат узнала о произошедшем из сообщения информагентства, а следователь – от адвоката. Вообще-то, по процессуальным нормам, следователь – первое и главное лицо. Он, и только он, подписывает постановления, тем более постановление об изменении меры пресечения. Видимо, времена сильно изменились, и следователям даже не указывают, что надо сделать, а ставят перед фактом. Как заурядных клерков о решении столоначальника.
Так же стремительно произошло превращение депутата Государственной думы Валерия Драганова из неприкасаемого парламентария в подследственного гражданина. Выяснилось, что 10 лет назад, во время финансового кризиса 1998 года, глава Государственного таможенного комитета РФ генерал-полковник Драганов перевел счета таможенной службы из МОСТ-банка Гусинского в Росбанк. На что не имел права, поскольку Росбанк якобы тогда не был уполномочен вести счета государственных организаций. В самом банке возражают, обещают поднять документы десятилетней давности. Но Драганова привлекают еще по нескольким статьям Уголовного кодекса - превышение служебных полномочий, присвоение государственных средств, растрата. Оказалось, в 2000 году дело уже открывалось, но почему-то сразу закрылось. А теперь снова открылось. В Следственном комитете так и пояснили: мол, инспектировали старые папки – и наткнулись. Кстати, перед этим глава Следственного комитета публично ругал подчиненных, что нет дел по коррупции в высших органах. Возможно подчиненные смекнули: чем не разоблачение? С одной стороны, депутат Госдумы, а с другой – уже не грозный генерал-полковник, начальник силового ведомства, который и сам кого хочешь упечет куда надо. Подходящая кандидатура. С третьей стороны, не исключено сведение личных счетов. Начальником Таможенного комитета Драганов был недолго - в 1998-1999 годах. Вскоре Ельцин его снял. За это время кадровый таможенник с 26-летним стажем, знающий все уловки жуликов и дырки на границе, мог кому-то сильно досадить.
“У нас две силы с начала девяностых годов объединились и превратились в жесткий, спаянный кулак порочности и аморальности, - рассказывал Драганов в феврале 2000 года. - Это, с одной стороны, власть, а с другой стороны - преступность... Я доложил премьер-министру Примакову. Попросил его доложить президенту Ельцину, что вскрыт контрабандный канал. Цена вопроса – два миллиарда долларов! Вы знаете, какой бюджет у нас? Двадцать пять миллиардов долларов... Я выполнил свой долг. А дальше начинаются интриги, в результате которых этот канал продолжает действовать”. Вполне возможно, тот самый, вскрытый Драгановым еще в 1998 году. Крупнейшее, скандальное дело о контрабанде мебели фирмой “Три кита”, в котором замешаны высокие чины из ФСБ и администрации президента, уныло тянется с 2000 года. О другом скандальном расследовании - о контрабанде китайских товаров, идущих прямо на подмосковный склад Федеральной службы безопасности, тоже ни слуху ни духу.
Так что в принципе “у них” все хорошо, и какой смысл мстить Драганову по прошествии долгих лет? Даже если его уличат в служебных преступлениях, то вскоре истекает срок давности. Поэтому, возможно, “дело Драганова” – демонстративное, намек и урок тем, кто знает и понимает. Случайностей там не бывает. Происходит лишь смена подконвойных.
Подследственный заместитель министра финансов у ворот Лефортовской тюрьмы, с букетом цветов в руках, заверил журналистов, что готов сейчас же выйти на службу: “В СИЗО я внимательно читал газетные статьи о финансовом кризисе, я представляю себе состояние финансов и готов приступить к работе немедленно. Перед этим я, конечно, должен встретиться с Алексеем Леонидовичем (Кудриным – с.м.) и познакомиться с его пониманием сложившейся ситуации”.
Некоторые комментаторы напрямую связали освобождение Сторчака с финансовым кризисом: мол, квалифицированный заместитель министра по международным делам на работе принесет больше пользы, чем в камере. Делались даже выводы: финансисты победили чекистов. Чекисты-де показали свою несостоятельность в управлении экономикой, особенно в критической ситуации, и потому самый высокий правитель распорядился привлечь профессионала.
Полагаю, положение на рынках и биржах не имеет особого значения. Что бы ни происходило в стране и в мире, вице-премьер Кудрин добивался бы освобождения своего заместителя. А враги Кудрина – стремились бы упрятать Сторчака подальше, возможно, надеясь получить от него компромат на Кудрина.
Происшедшее – более чем яркое свидетельство непрерывной клановой войны на вершине кремлевской власти. Только и всего. Кто кого столкнет с горы в подвал тюрьмы. Возникают циничные вопросы. В квартире Сторчака действительно нашли при обыске миллион долларов? Или же оперативники таскают миллион с собой в портфеле, чтобы подложить кому надо? А может, бывший главный следователь страны просто соврал и правительственная газета ославила человека на всю страну?
Никто не ответит. Ни за миллион, ни за фальсификацию улик, ни за клевету.