Странные вещи

В мире
№27 (637)

Один из периодов Второй мировой войны, когда на германо-французском фронте практически не велись боевые действия, называли «странной войной». Девятнадцатого июня в отношениях между Израилем и сектором Газы наступило странное состояние, к которому с большой натяжкой можно применить слово «перемирие», используемое в прессе. Так и не объяснив широкой публике, на что, собственно говоря, Израиль согласился - на перемирие или же на успокоение, как это называют террористы, правительство приняло предложение ХАМАСа, переданное через посредников – власти Египта. Вообще-то говоря, совершенно неважно, как называть взаимное прекращение огня, главное – чтобы оно выполнялось. Однако за те десять дней, что прошли с момента начала перемирия, стало ясно, что палестинская сторона и не думает придерживаться договоренностей.
На этом странности не закончились. За рамками соглашения оказалась судьба израильского солдата, захваченного террористами два года назад. Несмотря на то, что первоначально считалось вообще невозможным вести какие-либо переговоры без учета освобождения заложника, оказалось, что ничего невозможного нет. Было объявлено, что переговоры, касающиеся обмена израильского военнослужащего на палестинских террористов, ведутся отдельно и независимо от соглашения о прекращении огня.
Какую цель преследовало это соглашение? Об Израиле поговорим чуть позже, а сейчас давайте посмотрим, что оно дало ХАМАСу.
ХАМАС, заключив с сионистским врагом «перемирие» или «успокоение», называйте это как хотите, сделал первый шаг к своему признанию. Неважно, что переговоры велись через третью сторону, главное – велись. И важно, что этот шаг к признанию помогло сделать ХАМАСу не международное сообщество, не «ближневосточный квартет», а то самое государство, которое первым объявило группировку нелегитимной, потребовало от международного сообщества непризнания хамасовского режима в Газе и добилось этого непризнания. Государство Израиль. Не странно ли?
Второе достижение ХАМАСа связано с тем, что руководство этой группировки показало всему миру, кто в автономии хозяин. Оказалось (вернее, в очередной раз было доказано), что председатель автономии Махмуд Аббас выполняет лишь представительские функции, а правительство Салама Фаяда, контролирующее хоть и большую, но все же часть автономии, занимается фактически лишь хозяйственной деятельностью – выбивает у спонсоров деньги для выплаты зарплаты правительственным служащим, коих в автономии непропорционально много. То, что эта администрация ведет мирные переговоры с Израилем, не может, конечно, не радовать, однако те, кто помнит переговоры, которые вел с Израилем Арафат, и то, чем они закончились, скорее, усматривают здесь прямые аналогии, нежели повод для оптимизма. А вот ХАМАС, формально непричастный к власти автономии, за исключением Газы, оказывает реальное влияние на состояние отношений с Израилем, осуществляя на практике то, что вполне можно назвать управляемым конфликтом. Его вооруженные формирования, а в ряде случаев – представители других группировок, а также юные метатели бутылок с зажигательной смесью, молодые люди и девушки с ножами - все эти персонажи появляются на сцене всякий раз, когда внимание зрителей, по мнению режиссера – ХАМАСа, отвлекается от спектакля, который он разыгрывает на ближневосточной сцене. И вновь приковывают к себе взгляды мирового сообщества, внушая ему, что боевики просто мстят за гибель своих соратников, молодые люди забрасывают зажигательными бутылками автомобили, протестуя против жутких условий оккупации, а вооружаются ножами от отчаяния. Таким образом, после любого сближения позиций переговорщиков - действительного или мнимого - инициируется маленький кризис, портящий нервы команде Аббаса и заставляющий Израиль проводить очередную антитеррористическую операцию, которая немедленно осуждается мировым сообществом за непропорциональное применение силы.
Есть и третья позиция в списке выигрышей ХАМАСа, правда, на момент написания статьи (воскресенье, 29 июня) эта позиция была под вопросом. Я имею в виду открытие пограничных терминалов на границе между Израилем и Газой, через которые до блокады осуществлялось снабжение сектора. Это открытие, согласно договоренностям, должно было произойти через десять дней после начала перемирия. Однако регулярные обстрелы территории Израиля поставили этот пункт соглашения под вопрос. Единственное, на что пока пошел Израиль, - это открытие терминала по перекачке в сектор автомобильного топлива. Вопрос открытия пограничных переходов является для ХАМАСа столь чувствительным, что группировка пошла на беспрецедентный шаг – силовые структуры этой организации вынуждены были не только на словах осудить нарушителей перемирия, но и, как сообщили палестинские СМИ, арестовать нескольких боевиков, не подчинившихся требованиям руководства ХАМАСа. Создалась пикантная ситуация: еще несколько дней назад, декларируя намерение придерживаться условий перемирия, представитель группировки заявил, что «ХАМАС не собирается охранять безопасность оккупантов. Они не дождутся такой радости и не увидят полицейского ХАМАСа, направляющего ружье в грудь товарища по сопротивлению». И вот теперь один из лидеров движения, Махмуд Аз-Захар, сообщает о том, что аппарат внутренней безопасности задержал несколько человек, которые обстреливали ракетами пограничный переход на границе с Израилем: «Мы задержали мародеров, которые разворовывали имущество погранперехода, тех, кто открывал огонь по грузовикам и пускал ракеты по погранпереходам. Мы договорились с семьями тех, кого не удалось задержать, что эти люди будут отданы в руки закона, ведь они его нарушили».
В попытках сорвать соглашение о прекращении огня замечены члены не только родственных ХАМАСу группировок, но и боевики «Бригад мучеников Аль-Аксы», подчиняющихся ФАТХу. В ночь с субботы на воскресенье «исполнительные силы ХАМАС» арестовали одного из активистов этих «бригад», который, как было объявлено, участвовал в запусках «кассамов».
Вот посмотрите, как бы говорит мировому сообществу ХАМАС, мы настолько привержены идее мира для несчастного палестинского народа, который задыхается под игом оккупации и блокады, что готовы на все, даже «направить ружье в грудь товарища по сопротивлению». И мировое сообщество, которому предварительно было внушено, как тяжко дается ХАМАСу подобное решение, с уважением наблюдает за комедией «арестов».
Читатель, возможно, помнит, что и Арафат в свое время, и Аббас в недалеком прошлом, оба они пользовались таким приемом, как арест особо одиозных фигур из числа террористов. Террористов даже судили и держали в тюрьмах. Но можно ли долго держать в тюрьме «братьев по сопротивлению»? Ведь у них, у тех, кто арестовывает, и тех, кого арестовывают, один враг – сионистское образование. И осужденные террористы как-то незаметно вновь оказываются на свободе, в своих «бригадах», «командованиях» и «фронтах».
А что же Израиль? В начале статьи мы хотели поговорить и о тех целях, которые он ставил перед собой, заключая соглашение о прекращении огня.
Здесь мы с вами, уважаемые читатели, должны констатировать, что эти цели скрыты от нас. Казалось бы, главной из них должно быть полное прекращение обстрелов и другой террористической деятельности со стороны ХАМАСа, а также освобождение заложника, однако ни одна из этих целей не стала ближе после начала перемирия. Может быть, есть какие-то иные, неизвестные нам цели? Здесь все-таки Ближний Восток, и некоторую региональную специфику учитывать необходимо. Например, тайные переговоры. Непрямые переговоры. Да мало ли что еще.
Но дело, главным образом, в другом. Израильская политическая система такова, что ни одна партия не может осуществлять властные функции вне коалиции, которая зачастую включает в себя партии с чуть ли не противоположными программными положениями. Возможно, это предохраняет страну от резких перемен, которые могли бы быть вызваны сменой власти, но это способствует созданию таких ситуаций, когда общество, в своем большинстве, не одобряет курс, проводимый непопулярным правительством. Именно такую ситуацию мы видим в Израиле в настоящий момент.
Израильское общество не согласно с теми уступками, на которые идет правительство в переговорах с палестинцами. Общество не одобряет возможной отдачи Сирии Голанских высот. Общество не желает раздела Иерусалима. И, наконец, большинство народа Израиля не понимает, как можно сосуществовать с террористическим анклавом Газы, который лишь в краткосрочном плане согласен на сохранение Израиля в границах 1967 года, а в качестве основной цели видит окончательное решение еврейского вопроса на Ближнем Востоке – ликвидацию еврейского государства.
Тем не менее правительство существует и работает так, как если бы оно обладало стопроцентной поддержкой народа. И во всем том, о чем мы сегодня говорили, это самое странное.