Небоскребы ДОКОЛУМБОВОЙ АМЕРИКИ

Досуг
№21 (631)

На территории обоих континентов доколумбовой Америки процветали, как известно, уникальные древние и средневековые цивилизации. Это не только инки, майя, ацтеки, но и куда более древние народы, населявшие те же земли до них. Мы не знаем даже, как они себя называли, но следы их пребывания прослеживаются на территории Мексики, Мезоамерики и на Южно-Американском континенте.
А что было на территории, ныне принадлежащей Соединенным Штатам? Неужели одни только полудикие индейские племена, не возводившие на манер своих южных соседей ни пирамид, ни каменных храмов, ни фундаментальных жилых домов? Чем Штаты хуже Мексики, Перу или Боливии? Почему им достались в наследство одни вигвамы и пышные плюмажи из орлиных перьев? Историческая несправедливость получается.
Движимая подобными, почти патриотическими соображениями, я попыталась слегка углубиться в историю северного континента (увы, не с киркой и лопатой) и, представьте, кое-что накопала – для себя, разумеется, поскольку, кому надо, про это всё давно знают. Вот этим кое-чем и хочу поделиться.

XVIII век. Испанские завоеватели, обосновавшись в городе Санта-Фе де Богота, в Новой Гранаде, вознамерились отыскать торговый путь через Северо-Американский континент к Тихому океану. Посланные ими экспедиции тяжело преодолевали палимые солнцем пустыни, труднопроходимые горные хребты, глубокие каньоны.
Добравшись до юго-запада штата Колорадо, испанцы оказались в широкой долине Монтесума, отороченной по линии горизонта снежными вершинами гор. Они пересекали безжизненные, буро-желтые земли долины, когда их изголодавшийся по зелени взгляд приковало обширное изумрудное пятно. То был низкорослый хвойный лес, пушистым ковром накинутый на ровное, как круглый стол, высокогорное плато. “Прекрасный ориентир для будущих караванов!” – решили обрадованные путники и поспешили нанести его на свою карту, дав оазису название Mesa Verde, что так и переводится с испанского: «зеленый стол».
Экспедиция сделала привал на несколько дней, благо в хвойном лесу было вдоволь непуганого зверья и птицы, и пошла дальше искать тот самый выход к Тихому океану. Обживать вышеописанные окрестности испанцы начали только в конце XIX века.
Зима 1888-го. Европейцы в новых землях уже не только прижились, но и начали разводить скотину. Два ковбоя – Ричард Уэсерилл и Чарльз Мейсон объезжали понизу заснеженное плато Меса-Верде в поисках отбившихся от стада коров и вдруг увидели то ли город, словно парящий в воздухе, то ли средневековый рыцарский замок с круглыми башнями и черными проемами окон. Легкая пурга придавала странному видению оттенок нереальности. Не иначе как мираж - решили озадаченные ковбои. Когда метель стихла, они вернулись туда снова, чтобы узнать, что же все-таки это было. «Видение» стояло, вернее висело, на прежнем месте – высоко над дном долины, в углублении отвесной стены плато, под прикрывавшим его сверху скальным козырьком, прокопченным струями дыма. Вот только подобраться к нему, казалось, не было никакой возможности. Ближе к весне ковбои соорудили длиннющую лестницу, с помощью которой и взобрались на скалу.
 Таинственный город был пуст и необитаем, но всё в нем хранило следы пребывания человека. Ричард Уэсерилл и Чарльз Мейсон стали первыми европейцами, увидевшими и открывшими миру это диво. Более того – первыми людьми за семь веков, ступившими в скальный город с того дня, как он был покинут его обитателями. Воодушевленные уникальной находкой, ковбои принялись обследовать близлежащие каньоны. И снова удача улыбнулась им – они обнаружили в скалах еще две сотни аналогичных сооружений.
После того как «черные археологи» – расхитители археологических ценностей, добравшись до скальных поселений, сожгли в одном месте бревенчатую крышу и пробили дыры в стенах, женские организации Колорадо развернули кампанию по защите уникальных древностей штата. В 1906 году Меса-Верде стало первым национальным археологическим парком доколумбовой Америки. В том же году президентом Теодором Рузвельтом был принят Закон о древностях, ставящий под защиту государства исторические объекты страны, подобные Меса-Верде. В 1978 году этот едва ли не единственный в США археологический заповедник был включен в список всемирного наследия ЮНЕСКО.
Расположен парк, как упоминалось, в штате Колорадо, милях в ста от места, получившего название Four Corners – «Четыре угла» за то, что там в одной точке сходятся границы четырех штатов: Юты, Нью-Мексико, Колорадо и Аризоны. Кстати, парк включен в туристический 11-дневный маршрут: Лос-Анджелес– Лас-Вегас–Зайон Каньон– Брайс Каньон– Кэпитол Риф – Арочный Парк– Каньонлэндс– Долина Монументов– Меса-Верде– Гранд Каньон– Лас-Вегас.
Таинственный народ, обитавший в скальных городах, выкидывал прямо в окна весь мусор, все отходы своей жизнедеятельности, всю ненужную утварь, отслужившие своё орудия труда и т.д. В результате на дне каньона под отвесной стеной образовался внушительный «культурный слой», проще говоря – свалка. Она-то и позволила археологам худо-бедно разобраться, кем были те люди, какой образ жизни вели и на какой ступеньке развития цивилизации стояли.
Письменности у них, судя по всему, не было, и сами они никаких сообщений о себе не оставили, если не считать многочисленных петроглифов, которые ученые до сих пор не знают, к чему причислить – к наскальным рисункам или географическим картам. Так что называть их стали условно анасази (Anasazi), что на языке индейцев навахо в одной трактовке означает «предки», а в другой – «древние чужеземцы». А еще их называют «пуэбло» – по-испански это и народ, и селение, т.е. применительно к людям – «селяне».  Но, вне сомнения, больше всего им подходит имя, данное американцами, – cliff dwellers (горцы, дословно – жители скал).
Уже сам по себе этот разнобой свидетельствует о том, что никто толком не знает, кем были те скальные люди, откуда взялись и куда ушли. Существует по меньшей мере 24 племенные группы индейцев Америки, которые настаивают на своей наследственной связи с Национальным парком Меса-Верде, что имеет свою положительную сторону, так как эти племена в содружестве с учеными и археологами   пытаются восстановить образ жизни и культурно-социальный уровень анасази-пуэбло-клифф двеллэрс.
Люди, впервые появившиеся здесь в VI веке н.э., были скорее всего кочевниками. Зеленое плато, видимо, прельстило их своей богатой флорой и фауной, и они решили на нем осесть. Древние предки анасази начали строить врытые в землю семейные дома-вигвамы, перекрытые конусообразной крышей из ветвей, и выращивать кукурузу. Считается, что анасази одни из первых освоили этот вид сельского хозяйства.
Они искусно плели удивительные, необычайно прочные и красивые корзины – из коры, травы и волокон юкки (кактусовидного кустарника), за что их наградили еще одним именем – basketmakers («корзинщики»). Корзины получались настолько прочными и плотными, что в них можно было наливать воду и готовить еду! Причем последнее делалось довольно своеобразно: в корзину с водой бросали раскаленные камни, и уже в кипяток опускали бобы, кукурузу.
Где-то к ХI веку анасази начали строить свои скальные «города», которые и сегодня считаются явлением уникальным, не имеющим аналогов, прежде всего – благодаря их неприступности. Они выбирали потаенные места – в глубоких каньонах рек, на отвесных скалах и непосредственно в скале, где имелись естественные углубления, а еще лучше пещеры, и чтобы нависающая верхняя часть скалы служила готовой крышей и прикрытием.
Поскольку скалы, в которых они селились, состоят из мягкого песчаника или туфа, то и обрабатывать его – расширить, к примеру, нишу или выровнять пол - не так сложно. Правда, следует учитывать, что этот таинственный народ жил как бы в каменном веке, не зная металла, а следовательно, орудия труда у него были либо деревянные, либо каменные.
Выбранная под жилье часть скалы обносилась стенами, сложенными из заранее заготовленных блоков из желтого песчаника размером с буханку, или из адоб – обожженных одним лишь солнцем сырцовых кирпичей, а в качестве скрепляющего раствора использовалась кашица из глины. Стены – прямые или округлые, огораживали жилые помещения и внутренние дворики от внешнего мира. Иногда их оштукатуривали изнутри и украшали геометрическим орнаментом. Плоские деревянные перекрытия нижнего этажа служили полом и террасой для следующего.
Скальные поселения таинственных горцев городами в общепринятом смысле не назовешь. Да и устроены они более чем странно. Они больше похожи на многоэтажные многоквартирные жилые комплексы. Причем этажей может быть и два, и три, и пять. В условиях отвесной скалы это уже диво.
Комплексы состоят из жилых комнат; складских помещений, где в керамических горшках хранились впрок продукты – кукуруза, бобы, копченое мясо, ягоды, орехи, желуди, пряности; площадок-террас и святилищ – kiva (кива – название, данное современными индейцами, по аналогии с их собственными церемониальными помещениями). На террасах, огороженных невысокими бортиками, видимо, протекала основная жизнь общины-семьи. Здесь мужчины мастерили из камня и кости различные орудия труда, играли дети, а женщины плели корзины и обувь, делали гончарную посуду – характерную белую керамику с черной росписью, шили узорные одеяла и одежду, широко используя индюшачьи перья, пряли.
Это был во всех отношениях очень странный, непохожий на других народ. Во-первых, они были, судя по всему, очень маленького роста, поскольку в иные комнаты можно пролезть только на четвереньках и внутри невозможно выпрямиться в полный рост. Во-вторых, сама тенденция жить на отвесных скалах для человека, можно сказать, противоестественна. Ведь они занимались сельским хозяйством и охотой на вершине плато, а внизу, в долине, у них были водоемы. Следовательно, как минимум несколько раз в день каждый житель должен был покидать свое жилище, карабкаясь вверх и вниз по вертикальной стене – по подвесным лестницам и выдолбленным в скале лункам для ног.
Но и это еще не все. Взбираться-то им приходилось не с пустыми руками. Они приносили в свои дома собранный урожай, убитых на охоте птиц и животных, наконец, для возведения стен им нужны были камни, глина, вода, да и мало что еще. Быть может они пользовались веревочными ручными подъемниками?
Период с XI по XIII век считается расцветом цивилизации анасази, численность которой в Меса-Верде составляла порядка 5 000 человек. Они освоили сельское хозяйство, создав примитивную оросительную систему для своих полей, выращивали кукурузу и тыкву. Не удовлетворяясь одной охотой, приручили индюшек. Маис они перемалывали в муку (о чем свидетельствуют сохранившиеся небольшие жернова).
 Самым известным и значительным из всех cliff-dwellings в Меса-Верде остается Cliff Palace (Скальный дворец) – тот самый, на который в 1888 году случайно натолкнулись ковбои Уэсерилл и Мейсон. Он состоит из 225 жилых комнат и 75 двориков, а также нескольких складов и кив.
Неподалеку от Скального дворца на отвесной стене горного плато Чапин Меса есть трехэтажный город-дом Spruce Tree House, укрывшийся под выступом могучей скалы, и Balcony House, в котором более ста помещений прямоугольной, круглой и даже треугольной формы. Такое нестандартное даже для анасази архитектурное решение было продиктовано особенностями рельефа скалы, с которой сооружение составило гармоничный симбиоз.
«Дом с балконом» – самое экзотичное из всех и самое труднодоступное скальное поселение. В него пускают туристов, но как! Чтобы добраться до места, не обойтись без альпинистского снаряжения. «Дом» полностью скрыт в скальной нише  на высоте 180 метров над дном каньона. Сначала по подвесной лестнице нужно спуститься с плато на 30 метров вглубь каньона, затем подняться по приставной лестнице, проползти на четвереньках 4 метра по каменному тоннелю и взобраться еще на 20 метров по приставным лестницам и выдолбленным в скале ступенькам. Нередки случаи, когда туристы ломают там руки или ноги.
Начиная с VI века анасази-пуэбло-горцы прожили здесь почти семь веков. Летом 1276 года наступила жестокая засуха, длившаяся 23 года, что могло стать причиной голода и мора. Впрочем, это всего лишь одна из версий. Доподлинно известно лишь, что к 1300 году жители скал таинственным образом внезапно покинули насиженные места и навсегда исчезли в неизвестном направлении.
Меса-Верде отнюдь не единственное место на территории США, где обитали таинственные древние люди, названные анасази. Аналогичные сооружения были обнаружены южнее долины Монтесума, уже в штате Нью-Мексико – на горных плато или в ущельях речных долин. Они были сложены из точно таких же хорошо обработанных блоков желтого песчаника и адоб. Помещения-квартиры в них точно так же лепились друг к другу и друг на друга, выстраиваясь этажами и образуя многоквартирные коммуны.
В каньоне Чака, например, несколько таких человеческих термитников – Пуэбло-Бонито, Пуэбло-Пеньяска-Бланка, Пуэбло-Пинтадо, Каса-Гранде. Самыми удивительными среди них, можно сказать жемчужиной, являются останки Пуэбло-Бонито – самой крупной обители древних горцев во всей доколумбовой Северной Америке. Пуэбло-Бонито отнюдь не хаотическое нагромождение льнущих друг к другу построек. Этот дом-цитадель, построенный под отвесной стеной высокого плато, имел четкую и весьма своеобразную архитектуру. Полукруглый в плане, он благодаря 20  круглым, утопленным в землю кивам похож на кружевную салфетку. Все его 650 жилых помещений - прямоугольной формы. Полностью изолированный глухими стенами от внешнего мира, он имел внутри просторные открытые площадки и террасы. Около 1100 года, в пору расцвета цивилизации анасази, здесь одновременно проживало около 5000 человек.
Вот как описывает испанский летописец один такой шедевр древнего зодчества – Кикуйе (ныне Пекос), обнаруженный в XVI веке экспедицией Коронадо Кастанеды в Нью-Мексико:
«Кикуйе представляет собой город. В нем насчитывается около 500 воинов, которые держат в страхе всю страну. Он стоит на скале и имеет форму четырехугольника. В центре расположен большой двор или площадь, где содержатся «печи» (кивы). Все дома одинаковы и имеют по четыре этажа. По крышам домов можно обежать весь город. Существуют коридоры, которые опоясывают первые два этажа. По ним можно также пройти в любую часть города. Коридоры выступают вперед ярусами, и за ними могут укрываться воины. Внизу дома не имеют дверей. Широко используются лестницы, которые можно втягивать наверх. Таким путем они добираются до коридоров, расположенных с внутренней стороны города. Двери домов открываются напротив коридоров соответствующих этажей, и эти коридоры, как было сказано, служат улицами. Дома, имеющие выходы в сторону долины, расположены как раз за теми, выходы которых ведут во внутренний двор, и во время войны жители пользуются этими внутренними дверями. Город опоясан невысокой каменной стеной. Внутри города имеется родник, из которого можно делать отводы. Жители очень гордятся тем, что никто не в состоянии овладеть городом, тогда как сами они могут по своему усмотрению покорить любую деревню».
Территориально все места обитания загадочных анасази располагались относительно недалеко друг от друга – в радиусе наскольких сот миль. Разветвленная сеть дорог, вытянувшаяся почти на 400 км, связывала Пуэбло-Бонито с сотней таких же селений. Если учесть, что анасази не имели никаких видов транспорта, такую сеть дорог для пешего человека можно без преувеличения назвать гигантской.
По непонятной причине это процветающее и идеально отлаженное сообщество вдруг неожиданно распалось и бесследно исчезло, как исчезли древние ольмеки на Юкотане, предварительно закопав огромные каменные головы, изваянные ими, как исчезла таинственная еще более древняя цивилизация в Перу и Боливии, оставив после себя гигинтские рисунки на плато Наска и многотысячную «каменную библиотеку». Сколько ни пытались исследователи докопаться до истины, ни к какому заключению прийти так и не смогли. Жители домов-городов уходили быстро, но организованно и без спешки, забрав с собой все ценное, все необходимое. О том, что это не было следствием вооруженного нападения или внезапно разразившейся эпидемии, говорит полное отсутствие в домах останков людей. Не повинны в их исходе ни пожар, ни наводнение, ни землетрясение. Люди просто собрались в один прекрасный день и ушли.
В 1893 году вышел первый научный труд, посвященный cliff-dwellings, – «Скальные жилища Меса-Верде», написанный шведским исследователем Густавом Норденшельдом (сыном знаменитого полярника Нильса Норденшельда). Вызывает интерес версия, предложенная известным американским астрономом Эдвином Краппом в его книге, посвященной этому удивительному народу: Skywatchers, Shamanas and Kings («Боги с небес»), кстати, переведенной на русский язык. С примера пуэбло в каньоне Чако Эдвин Крапп начинает первую главу, названную им «Центр мира». А затем дает схему дорог и селений в каньоне Чако, наложив на нее графическое изображение созвездия Рака, и приводит такое пояснение:
«Древние пуэбло, жившие в каньоне Чако, не имели колесного транспорта и вьючных животных, но проложили сеть дорог, соединявших «столицу» с окрестными поселениями и святилищами. Истинное предназначение этих дорог остается не вполне ясным, но возможно, что они использовались в ритуальных целях. Большая Северная Дорога, по-видимому, играла роль прямой космографической «магистрали в нижний мир», доставлявшей души людей в царство мертвых на крайнем севере района. В некоторых мифах индейцев пуэбло северная часть их владений ассоциировалась с Cunany, местом их первоначального появления в этом мире. Эта идея связана с концепцией рождения из утробы Матери-Земли».
Археологический мир был взбудоражен этой сенсационной гипотезой. Развивая ее, ученые обнаружили, что Пуэбло-Бонито ориентировано на небесные тела. Предположив, что петроглифы анасази в виде спирали могли быть календарями, они проверили и эту версию и убедились, что солнечный луч, проходя сквозь щель между камнями, действительно достигает центра спирали в день летнего солнцестояния. Так что загадки таинственных cliff dwellers, оставивших после себя уникальные скальные сооружения, которые вошли в историю американской архитектуры как первые многоквартирные «небоскребы» Америки, еще ждут своих исследователей.


Комментарии (Всего: 1)

САЖЕНЦЫ ПОЧТОЙ!!!
Хозяйство И.П. Миролеевой А.Н. « Сады Урала»

28 лет безупречной работы по выращиванию и высылке
посадочного материала почтой!
Имеем широчайший, уникальный ассортимент плодово-ягодных, декоративных и луковичных культур, подобранных для наших суровых условий.
В своем питомнике выращиваем:
-абрикосы сибирской, уральской, дальневосточной селекции – 44 сорта;
-кустовые, карликовые, сибирские колоновидные, штамбовые, декоративные
яблони – более 200 сортов;
-45 сортов груш; 70 сортов слив; актинидия ; ежевика; виноград; ассортимент сада лечебных культур – крупноплодные боярышники, барбарисы и другие
-новейшие сорта смородины, крыжовника, жимолости, облепихи, земляники, а также более 150 сортов роз;
-хвойные, клематисы, жасмины, сирени, спиреи и многие другие декоративные культуры;
-более 300 сортов лилий новейшей селекции, уникальная коллекция флоксов, травянистые растения и большой ассортимент лечебных культур - испытанных на биоактивные вещества по методике Л.И.Вигорова.
Наши цены Вас приятно удивят. Например роза парковая Прайти Джой
один саженец стоит – 60 рублей, а жимолость Каприфоль – 50 рублей и т.д.
Ассортимент питомника ежегодно обновляется.
Посадочный материал садоводам-любителям высылаем только почтой.
Для получения бесплатного каталога вышлите Ваш конверт, или можете скачать на нашем сайте
http://WWW.sadural.ru.
А также приглашаем работать с нами оптовиков из всех регионов России.
Для получения информации вышлите письменную заявку на наш адрес.

Наш адрес: 623780 Свердловская обл., г.Артемовский, ул. Лесопитомник д-6 о-2
«Сады Урала» Миролеева Александра Николаевна
E-mail: MiraleevaAN@rambler.ru
E-mail: sadural@ya.ru

Тел.8(343-63)203-27
Тел.с. - 89126831854

Редактировать комментарий

Ваше имя: Тема: Комментарий: *