CЛЕДСТВИЕ после смерти

В мире
№9 (619)

Нечасто бывает, чтобы военные органы юстиции разных округов не только опровергали друг друга, а более того - фактически объявляли войну друг другу.
Военная прокуратура Ленинградского военного округа сообщила, что не будет проводить дополнительного расследования в связи со смертью рядового Российской армии Романа Рудакова. На следующий же день Военно-следственное управление по Москве приняло решение возбудить уголовное дело по части 2 статьи 109 Уголовного кодекса – “причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей”. Но формулировка такова и обстоятельства дела таковы, что еще неизвестно, против кого обернутся результаты расследования.
Против командования войсковой части 32087 Ленинградского военного округа? Против гарнизонного госпиталя и госпиталя Ленинградского военного округа? Против военного госпиталя имени Бурденко? Или против всех вместе?
Рядовой Роман Рудаков скончался в главном военном госпитале после долгого и трудного лечения, после недолгой, но мучительной жизни.
Его призвали в армию в 2004 году. Несмотря на редкое заболевание – плохую свертываемость крови. Что дало повод командующему Ленинградским военным округом генералу Игорю Пузанову представить зверское избиение Романа рецидивом старой болезни: мол, обострение, которое могло быть вызвано “как стаканом кока-колы, так и насморком”. И тогдашний министр обороны Сергей Иванов настаивал на том, что “случай с Романом Рудаковым не имеет отношения к нарушению воинской дисциплины, дедовщины тут нет”.
Суд и следствие установили, что во время вечерней поверки ефрейтор Максим Ломонин ударил Рудакова ногой в живот. Однако экспертиза не нашла связи между избиениями и болезнью Рудакова. И потому суд ограничился условной мерой наказания.
Узнав о приговоре, Роман, находившийся между жизнью и смертью, сказал: “Пускай живет, у него - жена, ребенок”. Ему возразили: “Он будет жить, а ты?” Роман не ответил.
Создается ощущение, что суд и приговор ефрейтору Ломонину – нечто вроде прикрытия чего-то большего, что творилось в части. Друг Романа Рудакова говорил что его систематически избивал командир роты. В том числе и за жалобы на сильные боли в животе - бравый капитан считал, что солдат симулирует. И в местный госпиталь, по некоторым сведениям, Роман отправился пешком, самоходом. Там ему поставили диагноз – непроходимость кишечника – и перенаправили в Санкт-Петербург, в госпиталь ЛенВО. Обследование показало, что у Романа отбиты внутренние органы, разрушена печень. Предположительно, от ударов в живот повреждены сосуды тонкого кишечника и начался некроз тканей. В Петербурге ему сделали 12 операций, вырезав тонкий кишечник. Требовалась трансплантация органов, и его перевезли в Москву, в главный военный госпиталь. Здесь обнаружилось, что у него отказывает печень, – и солдата положили в отделение реанимации. Где он пролежал-промучился год. В ожидании операции по пересадке кишечника и печени. Донора Роман Рудаков не дождался.
“Он – мученик призывной армии. Врачи в части и офицеры – вот кто виновен в его смерти. Сколько таких ребят у нас по частям: их не лечат до тех пор, пока они не начинают умирать, а призывают с астмой, пороком сердца и еще множеством болезней”, - говорит ответственный секретарь Союза комитетов солдатских матерей Валентина Мельникова.
Но почему в течение всего 2007 года руководство госпиталя имени Бурденко держало в секрете информацию о состоянии здоровья Романа Рудакова?
“Мне сложно говорить, что было с Романом в больнице, мальчика изолировали. Даже родственников не всегда пускали к нему, - рассказала журналистам председатель Комитета Солдатских матерей Петербурга Элла Полякова. - Сомнений у меня не вызывает одно: Роман стал жертвой армейской дедовщины. На следствии он называл фамилии всех, кто его избивал, но суд решил сделать крайним только ефрейтора Ломонина”.
Может, поэтому и не пускали? Одно дело “дедовщина” и козел отпущения Ломонин. И совсем другое – суд над офицером. Еще не забылась гибель рядового Сергея Синконена на космодроме Плесецк. Его забили до смерти пьяные командир роты капитан Баль и командир взвода прапорщик Калинин. Еще один процесс и факт измывательства “отца-командира” над солдатом, очевидно, пугал военное командование.
“Делать операцию Роману не спешили, ссылаясь на то, что он стоит в очереди, - сообщил петербургский правозащитник Руслан Линьков. - Мы предлагали военным перевести Романа в немецкую клинику. Роман был согласен. Но в итоге военные решили делать операцию сами... Мы пытались связаться с начальником госпиталя Бурденко, но он все время был занят”.
Остается гадать, относится ли формулировка уголовной статьи “причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей” в том числе и к работникам госпиталя имени Бурденко?
Сердце Романа Рудакова остановилось 13 февраля утром. Он умер в палате интенсивной терапии.
А за день до его смерти Ростовский гарнизонный военный суд огласил приговор по уголовному делу о гибели в армии Павла Чуйкова. Он покончил жизнь самоубийством 23 августа 2006 года – выстрелил себе в голову. Следствие выяснило, что его регулярно бил и унижал его сослуживец Роман Дидечко. И Павел Чуйков покончил с собой, не вынеся издевательств. Роману Дидечко предъявили обвинение по статье “неуставные отношения, повлекшие тяжкие последствия”.
Но как только дело дошло до суда, все свидетели отказались от своих показаний. Уже в ходе судебного разбирательства выяснилось, что Дидечко, находясь под следствием, запугал всех участников процесса, угрожая им по телефону.
В конце концов солдаты все же рассказали, что происходило в казарме, и Дидечко приговорили к 5 годам лишения свободы в исправительной колонии общего режима.
Если находящийся под следствием и уже под судом рядовой отморозок способен держать в страхе свидетелей, то можно представить, какое давление испытывают солдаты со стороны командования частей, препятствующих правосудию.
Но в данном случае, похоже, даже смерть Романа Рудакова не закрыла дело. Военно-следственное управление Москвы намерено выяснить истину.
Москва