Могила длЯ иранской экономики

В мире
№7 (617)

В понедельник, 11 февраля, президент Ирана Махмуд Ахмадинеджад заявил о намерении в ближайшем будущем запустить в космос «еще две ракеты». Одна из них, по-видимому, должна вывести на орбиту первый иранский спутник. По крайней мере, так можно истолковать слова президента: «С помощью Всевышнего ближайшим летом на орбиту отправится первый спутник иранского производства». Остается непонятным, однако, что было запущено первой ракетой, «Кавошгар-I», о которой Ахмадинеджад сказал, что ее «третья ступень, с зондом, осталась на орбите. Зонд передает информацию о ветре и температуре и позволяет послать новые зонды в космос».
Оставим на совести президента Ирана терминологическую путаницу, допущенную им в своих заявлениях. Может быть, тот аппарат, что был запущен, по его мнению, слишком прост для того, чтобы именоваться спутником, потому что «настоящий спутник», который разрабатывается «иранскими учеными совместно с российскими коллегами», будет «одним из самых сложных проектов в мире».
Наука, несомненно, является одним из двигателей прогресса. Столь же несомненным представляется тот факт, что достижения науки, особенно науки прикладной, не всегда способствуют улучшению жизни людей. Это происходит в тех случаях, когда перед наукой ставятся ложные цели.
Думается, что ни ядерная программа Ирана, в которой он уже продвинулся достаточно далеко, ни вновь объявленная программа космическая, ни один из этих «нацпроектов» не принесут Ирану величия, как на то рассчитывает Ахмадинеджад. Даже в том случае, если исключить из рассмотрения гипотетический военный конфликт между Ираном и Западом, победить в котором Ирану просто невозможно, легко представить себе, что дальнейшие усилия Ирана в ракетно-ядерной области в обозримом будущем настолько подорвут его экономику, что само существование нынешнего режима может оказаться под большим вопросом.
Что заставляет меня столь пессимистично оценивать иранские достижения? Ответ прост – Иран не первая страна, ступающая на путь ракетно-ядерной гонки, и до сих пор ни одно государство мира, за исключением США, не вышло из этой гонки без потерь. Но США – это случай особый, экономика этой страны может, как кажется, выдержать все что угодно, зато примеры Советского Союза и Северной Кореи весьма поучительны.
Несмотря на заявление Хрущева о том, что ракеты в СССР «делались как сосиски», все, что было связано с ракетостроением, требовало от страны огромных усилий. И цена этих усилий была заметна. В начале шестидесятых годов прошлого века, в самый разгар советской космической эпопеи, когда каждый запуск означал новый прорыв в освоении космоса, в стране начались перебои с продуктами питания. Стали повышаться цены на хлеб и мясо. На промышленных предприятиях снижались расценки, что приводило к уменьшению заработка. На этом фоне произошли события в Новочеркасске, во время которых была расстреляна демонстрация рабочих, протестовавших против ухудшения условий жизни.
Директивное руководство экономикой позволяло руководству страны финансировать самые амбициозные проекты ценой снижения жизненного уровня народа. Несмотря на то, что СССР удалось добиться паритета с США в области стратегических вооружений, экономика страны надорвалась. СССР сошел с мировой арены. Это означало и крах советской идеологии, приведшей к тому, что труд миллионов рабочих, сотен тысяч ученых, конструкторов и инженеров омертвлялся, как говорил Маркс, не принося народу плодов тех открытий науки и достижений техники, которые были сделаны в течение десятилетий участия СССР в «космической гонке».
Еще трагичнее представляется ситуация в Северной Корее. Эта страна не без помощи СССР начала развивать собственные программы в атомной и космической областях. Однако вскоре она осталась одна против всего мира – психология окруженной крепости вообще присуща коммунистическим режимам, однако после того, как СССР распался на не интересующиеся корейским социализмом республики, ворота крепости захлопнулись окончательно. Надо сказать, что северокорейским руководителям, очевидно, удалось создать многочисленные и квалифицированные научно-технические кадры, иначе они не смогли бы продолжать работу, находясь практически в изоляции. Но если Советский Союз в силу своих огромных размеров и богатых ресурсов мог влиять своим ракетно-ядерным потенциалом на мировые процессы, на что рассчитывало руководство Северной Кореи, создавая атомное оружие и средства его доставки? События последних лет показали, что эта страна уже не может себя прокормить. Ее руководители вступили в торг с мировым сообществом, обещая за продовольственную и энергетическую помощь свернуть все свои военные программы. Неужели такова была цель этих программ в то время, когда они задумывались? Остается одно - предположить, что такой ценой правящий режим Северной Кореи продлевает время своего существования.
Точно так же, как от Советского Союза через Северную Корею к Ирану шли ракетные и ядерные технологии, не нужные, по большому счету, народам этих стран, по этой же цепочке идет разрушение экономики. Богатый нефтью Иран уже сейчас львиную долю выручки от продажи нефти тратит на свои программы. Достройка атомной электростанции и анонсированное строительство в ближайшем будущем еще нескольких подобных объектов стоят немалых денег. Если к этим тратам присовокупить усиленные работы в области ракетостроения, то совсем нетрудно предположить, что в недалеком будущем иранцам придется, кроме ракетных технологий, экспортировать из Северной Кореи и идеи чучхе, главной из которых является принцип опоры на собственные силы.
Несмотря на то, что президент Ахмадинеджад говорит о мирном характере иранской космической программы, в этом можно усомниться. Для мирных нужд существует великое множество коммерческих спутников, владельцы которых с удовольствием предоставляют самый широкий спектр услуг, и изобретать велосипед в этой области навряд ли стал бы даже Ахмединеджад. Нет, речь идет именно о военных программах, и это означает лишь то, что в ближайшем будущем Иран ждут тяжелые времена. В прошлом году попытка властей Ирана уменьшить субсидирование цен на бензин уже вызвала беспорядки, но по мере того, как на строительство новых атомных реакторов, заводов по обогащению урана, на все новые и новые ракетные проекты будет тратиться все увеличивающаяся доля национального дохода, недовольство населения может принять и более радикальные формы.
Мы рассмотрели лишь три государства. Но в мире есть много других стран, руководители которых, превратно поняв слово «величие», ставя на первое место количество солдат и вооружений, с большим или меньшим успехом загоняют свои народы в тупик. На какое-то время этим руководителям удается при помощи демагогии, спекулируя на национальных или религиозных чувствах людей, получать поддержку народа. Но затем, по мере того, как становится ясно, что новое оружие означает новые войны и новые жертвы, а если Господь миловал, то – обыкновенное обнищание, этим руководителям становится все труднее удержаться у власти.
То же касается и Ирана. Крах экономики этой страны, которую ее президент подрывает ненужными и непосильными программами, обернется катастрофой и для него самого, и для нынешнего иранского режима.