ЗАПОЗДАЛЫЙ РЕВАНШ

История далекая и близкая
№1 (611)

Как мы уже сообщали, под занавес уходящего года крупное сообщество индейских племен заявило о своем выходе из состава США, вызвав тем самым шумный резонанс во всем мире. Но только не в самих Штатах. Белый дом предпочел хранить молчание, никак не отреагировав, а вернее – проигнорировав вызов краснокожих аборигенов.

Напомним, что отчаянными смельчаками выступили семь племен лакота, общей численностью 70 тысяч человек, проживающих на территории пяти штатов США – Небраски, Южной и Северной Дакоты, Монтаны и Вайоминга. Совет старейшин лакоты направил официальное уведомление в Госдепартамент США о своем одностороннем решении выделиться в самостоятельное государство – “страну Лакота”, подчеркнув, что отныне считает недействительными договоры, заключенные их предками около 150 лет назад с правительством США.
“Сегодня исторический день, и наши предки говорят нашими устами, – с чисто индейским пафосом объявил Рассел Минс, один из старейших борцов за права индейцев. – Колониальному праву США пришел конец... Мы больше не граждане Соединенных Штатов Америки, и все те, кто живет в зоне пяти штатов, которые охватывает наша страна, могут присоединиться к нам.” По его словам, подобное решение соответствует Конституции страны и Венской конвенции, а следовательно, юридически “страна Лакота”имеет право на свободу и независимость.
Об избавлении от “белых колонизаторов” аборигены Америки мечтают давно. Основным мотивом их освободительного движения принято считать запредельную бедность индейских резерваций и все, что ей сопутствует, – болезни, эпидемии, высокую смертность, безработицу, безграмотность. СМИ приводят в качестве иллюстрации слова некой Филлис Янг о том, что средняя продолжительность жизни мужчин в индейских резервациях едва достигает 44 лет (это при том, что средняя продолжительность жизни в США неуклонно увеличиваясь достигла 78-летнего рубежа), что детская смертность выше аналогичных показателей по стране в 5 раз, а число самоубийств – в 150 раз, что 97% местного населения живет за чертой бедности, а безработица составляет 85%.
Однако используя цитату, авторы забывают или опускают тот факт, что активистка Филлис Янг говорила об этом на Международной конференции по правам коренных народов в Женеве, в 1977 году, то есть 30 лет назад, когда индейцы жили в глухой изоляции и действительно медленно вымирали. А с той поры много воды утекло.
Права современных аборигенов Америки как законных граждан страны теперь практически ни в чем не ограничены, включая и свободу расселения. Тем не менее как минимум треть индейцев предпочитает жить в резервациях. Так им не только спокойнее, но и выгоднее, поскольку только на тех, кто находится в резервациях, распространяются весьма существенные правительственные привилегии. Индейцев, например, не призывают в армию – даже в случае всеобщей мобилизации (хотя многие из них весьма успешно принимали участие во Второй Мировой войне и во Вьетнамской – на добровольных началах).
 В резервациях не действуют законы штатов. У них своя система управления, свои племенные суды и правоохранительные органы, свои законы, обычаи и правила. Но при этом жители резерваций получают всевозможные субсидии и льготы от правительства страны, для них созданы специальные программы. Территория резерваций и все, что на ней выращивается или строится, то есть доходы от земли, не облагаются налогами.
Толчком к изменению ситуации по отношению к аборигенам стала политика Рональда Рейгана, предложившего создать режим наибольшего благоприятствования экономическим инициативам племен. Призыв звучал заманчиво и весьма гуманно: бедствующие индейцы не только получат возможность собственными усилиями улучшить свое финансовое положение, но и ослабят нагрузку на госбюджет.
Идея понравилась и самим индейцам. В качестве “экономической инициативы” они предложили (вернее предложили им) строить на территории резерваций казино.
Так, игорный бизнес, который прежде, как известно, был локализован в Лас-Вегасе и Атлантик-Сити, начал, подобно метастазам, со страшной скоростью распространяться по всей стране, захватывая резервацию за резервацией. И вскоре “незараженными” остались всего пять штатов.
Между Лос-Анджелесом и Палм-Спринг обитает индейское племя моронго, когда-то едва сводившее концы с концами, а ныне самое богатое в штате. В 1983 году оно первым открыло скромное казино, которое только за один год принесло ему прибыль в $350 млн., что позволило индейцам выкупить соседний с резервацией Миллардский каньон, некогда принадлежавший племени, и, вложив $250 млн в строительство, создать шикарный игорный город-курорт с современнейшим 23-этажным отелем “Моронго”, величественно возвышающимся над всей округой.
По аналогичному сценарию развиваются и другие резервации. Их пробные шатры-казино повсеместно преобразуются в курортно-игорные комплексы со всем набором современной атрибутики лас-вегасского образца. Ну разве что скульптур и слепящей глаза мишуры поменьше. А в остальном – помимо собственно казино и отеля, концертные залы, открытые и закрытые, спортзалы, площадки для гольфа, оздоровительные spa-комплексы, бассейны с джакузи, рестораны, сувенирные магазины и даже этнические музеи – для экзотики.
Средняя прибыль от одного казино (только от слот-машин) составляет $185 млн. в год. Сегодня индейский игорный бизнес – это мощная индустрия, в которой далеко не последнюю роль играют бледнолицые финансовые магнаты. Его совокупный годовой оборот уже перевалил за 20 млрд долларов. Согласно данным National Indian Gaming Association, индейский игорный бизнес предоставил 300 000 рабочих мест. Доходы настолько велики, что некоторые резервации даже начали вкладывать средства в нетрадиционные для индейцев крупные бизнесы.
Новоявленные бизнесмены так воодушевились, что не могут уже остановиться. На льющиеся щедрой рекой деньги индейцы не только строят новые дома, культурные центры, школы, но и скупают близлежащие земли – для новых казино. 26 калифорнийских племен обратились к Шварценеггеру за разрешением строить развлекательные комплексы за пределами своих резерваций. В частности, племя габриэлино-тонгва вознамерилось построить казино в непосредственной близости от Лос-Анджелеса, а племя гратон-ранчериа нацелились на кошельки жителей Сан-Франциско.
Аналогичная картина наблюдается в США повсеместно: резервации отныне не только кормятся, но и процветают за счет более четырех сотен казино, число которых неуклонно растет. Кстати, на территории лакоты находится 79 игорных заведений (для сравнения: во всей Калифорнии 101) – не правда ли, вполне достаточно для безбедного, самостоятельного (!) существования. Гигантский монстр-мутант под названием “индейский игорный бизнес” обирает, разоряет и разлагает все большее количество потомков колонизаторов, будто задавшись целью отыграться за застарелые обиды. Впрочем, попутно индейцы разлагаются сами, поскольку играют с тем же азартом, что и их гости.
Удивительная метаморфоза: американские граждане и целые армии эмигрантов, еще пару десятков лет назад вряд ли и помнившие о существовании тех, кого когда-то, мягко говоря, потеснили, и уж тем более даже не помышлявшие о том, чтобы протянуть руку помощи, теперь добровольно везут им свои деньги – не лишние, а заработанные потом и кровью. Не случайно психологи считают, что “казиномания” – родная сестра наркомании и алкоголизма. Гул моторов частных автомобилей и комфортабельных туристических автобусов, ежедневно доставляющих толпы игроков, не смолкает теперь в этих некогда тихих и безлюдных местах круглосуточно.
Резервации стали притягательны настолько, что представители других национальностей обманным путем стремятся объявить себя индейцами, чтобы быть поближе к дележке жирного пирога. Известны случаи, когда племя в судебном порядке пыталось избавиться от сотен подобных лжесородичей. Ну а коли всё так на редкость удачно складывается, так вроде бы и самое время подумать о независимости. К тому же в правительственных кругах США давно ведутся разговоры о том, что индейцы должны платить государству налог с прибыли от игорного бизнеса. То есть делиться!
Получается, не бедность толкает индейцев на самоопределение, а запах больших денег, манной небесной обрушившихся на них. Не случайно одним из первых заявлений, сделанных делегатами лакоты, был отказ платить налоги федеральному правительству. Вот в каких цветочках зреют те самые коварные ягодки, которые, согласно поговорке, еще впереди. Это только начало, заверяют старейшины племени-бунтаря. Следующим шагом станут иски, представленные в национальные и международные органы на основании собранных документов о “незаконной добыче сырья”, о “непрекращающихся кражах земель”, о “суровых условиях жизни коренного народа”.
Первым, так сказать, пробным не камешком, а увесистым булыжником на данной стезе был коллективный иск от имени 300 тысяч индейцев – самый крупный за всю историю страны, поданный в январе 2003 года в федеральный суд США, когда истцы потребовали от правительства вернуть им долг в размере... 137,2 миллиардов долларов. Каким образом могла набежать такая гигантская сумма?
А предыстория вкратце такова. В 1871 году Конгресс США издал закон об индейских резервациях, объявив их земли общественной собственностью, не подлежащей купле-продаже. Но как только на отданных под резервации землях обнаружили полезные ископаемые – уголь, серебро, золото, нефть – был издан новый закон, согласно которому принадлежащая индейцам земля становится частной собственностью, следовательно, ее можно покупать и продавать. И шустрые бледнолицые аферисты скупают за бесценок у краснокожих изгоев земли их резерваций – участок за участком. За 40 лет после принятия последнего закона индейцы лишились таким путем 63% выделенных им земель. Они пытались отстаивать свои права с оружием в руках, но, поняв, с кем тягаются, на долгие годы смирились, влача полунищенское существование в резервациях – даже после того, как им позволили стать гражданами США и селиться где они пожелают.
И вот теперь – первая ласточка – индейцы лакота пригрозили, что “если США не проявят доброй воли в вопросе возрождения нации”, они воспользуются “правом на удержание имущества за долги”. Надо понимать, начнут присваивать на территории своих резерваций федеральную собственность.
Документов, доказывающих обоснованность требований индейского населения Америки, адвокатами собрано колоссальное количество. Но правительственные ведомства и слышать о них не хотят. Оно и понятно – ведь если пойти на поводу у аборигенов, придется возвращать им всю страну (вернув ей предварительно первозданный вид).
На сегодняшний день на территории США проживает 2 миллиона индейцев. Около 300 резерваций, 562 племени контролируют 225000 км? территории страны. Всего же в Северной и Южной Америках насчитывается свыше 30 миллионов индейцев – на Аляске, в Канаде, в США, в Уругвае, Аргентине, Мексике, Боливии, Гватемале, Перу, Эквадоре и т.д. Собственно проще было бы сказать, где аборигены не живут. Ведь подлинные хозяева здесь они. Индейцы лакота первыми подали голос. Удастся американскому правительству его заглушить или нет, покажет время. Но если они добьются успеха, можно себе предста-вить, какая цепная реакция начнет лихорадить оба континента.