А кому свежие индульгенции?

Америка
№49 (868)

 

Мы стали свидетелями эпохального события, почти не заметив его. В Калифорнии прошли первые торги воздухом! Конечно, это выражение – образное, придуманное  для пущей хлесткости, на самом деле “Cap & Trade” – это аукцион  загрязняющих выбросов в атмосферу. Но эпохальность его заключается в  следующем: впервые  капитализм (рыночная экономика) и социализм (государственное регулирование)   слились в объятии.
 
Всегда  до этого, когда дело касалось охраны природы, в дело вступало законодательство и всевозможные регулирующие предписания.  Cap & Trade пошел по другому пути: его создатели решили использовать «человеческую натуру» и стремление этой самой  натуры к выгоде.
 
Природе в целом все равно; кто засорят ее атмосферу. Природе важен общий результат, а от перемены мест  слагаемых  для нее сумма не меняется. Поэтому решено было: тот, кто больше загрязняет, пусть купит квоту у того, кто в силу своей экологической праведности (или просто технической неразвитости) меньше загрязняет.
 
...Еще в 1980 году эту сногсшибательную идею «покупки права загрязнять у тех, кто не загрязняет» высказал Бойден Грей, наследник богатой табачной империи, работавший тогда в администрации Рональда Рейгана. Прогуливаясь в парке со своим другом  Джоном Хенри, он сказал (а Джон Хенри изложил это в своей книге): надо разрешить бизнесам покупать и продавать право на выбросы. Тогда Джон решил, что его друг и табачный наследник накурился чего-то явно посильнее, чем  фамильное «Мальборо».
 
Прошли годы, и сегодня эта идея, выросшая из странноватого альянса республиканцев рейгановского толка и  радикалов «зеленого» движения,  претворена в реальность.
 
Именно этот альянс, а не сама суть нового аукциона, - тема сегодняшней заметки.
 
В суть мы не влезаем, оставляя это специалистам. Разве что по ходу заметим, что сначала, на заре экологического алармизма, экологи боролись с кислотными дождями. Они были признаны  самой большой опасностью для человечества.
 
Потом – на повестке появились озоновые дыры.   Но что-то с ними происходит, они затягиваются, и о них больше не говорят.
 
Потом заговорили про метан  и жующий скот, который, пардон, пукая метаном, нарушает нам всю экологию. Теперь, хотя коровы и овцы делают свои дела по-прежнему, выяснилось, что каким-то способом  атмосфера самоочищается от метана, и он уже не представляет ТАКУЮ опасность.
 
Представляет, но не такую.  Более того, поскольку срок присутствия метана в атмосфере короткий, всего 12 лет, то в будущем он-то как раз и может стать смягчителем эффекта глобального потепления.
 
Остался один углекислый газ.
 
Тут, кажется, все серьезно.  Но нельзя забывать старую сказку про мальчика, то и дело кричащего: «Волки! Волки!».  Сколько раз «товарищи ученые, доценты с кандидатами» кричали «волки»?!
 
Да вспомните хотя бы  панику под названием 2000К! Мол, с наступлением миллениума   грянет катастрофа, все компьютеры остановятся, поезда пойдут под откос, преступники разграбят банки и магазины, поскольку те станут беззащитны перед лицом смены тысячелетий. А ведь ничего не случилось.
 
«Конечно, не случилось, - говорят оппоненты, - потому что благодаря «алармистам» мы все хорошо подготови лись!»
 
Come on! Ну хоть маленький сбой с элементами коллапса  - give me something! Ничего не было, кроме...
 
Кроме того, что кто-то стал намного богаче. И в этом не было бы беды, но ведь эти деньги могли быть потрачены на что-то  действительно стоящее. На ремонт той же  разваливающейся инфраструктуры – сетей, теплотрасс и дорог, хотя бы.
 
 
 
Но суть заметок, как уже было сказано, в другом: во впечатляющем альянсе двух подходов, двух партийных «крыл»: крайне-правого и крайне-левого. Республиканцы, свято верящие в мощь частной инициативы и свободного рынка, все время хотят что-то приватизировать. 
 
Рональд Рейган  в эпоху своего президентства носился (пардон за такой  легкомысленный глагол) с идеей приватизировать почту и тюрьмы. А Митт Ромни высказался (правда за год до выборов), что и Чрезвычайную службу помощи при стихийных бедствиях (FEMA) неплохо было бы отдать в частные руки – тогда и толк от нее был бы больше.
 
Так или не так – сказать трудно, поскольку в истории человеческой цивилизации такого опыта не было.
 
Вот и в аукционах  по продаже квот на выброс парниковых газов республиканцев  привлекла рыночная составляющая.
 
Кстати, для Калифорнии эти аукционы могут обернуться большой выгодой: нам будет что продавать!
 
Во-первых, в силу теплого климата у нас мало отопления. Потом, Калифорния почти не использует уголь. И у нас мало «грязной» промышленности. А программисты, сидящие в офисах  Silicon Valley, и голливудские  киношники даже метан не производят!
 
Так или иначе, но политики всех мастей явно  полюбили «Cap &Trade», мотивируя это тем, что  платить по счетам будет bad guy - бизнес-загрязнитель. А мы с вами, население, ничуть не пострадаем, а только будем полной грудью вдыхать чистый воздух.
 
Ой ли? Если бизнесы вынуждены будут покупать квоты на выбросы, разве не разделят они возросшие затраты  на нас на всех? 
 
И разве не  обычное население,  ежемесячные «биллы» которого  состоят из оплаты бензина, электричества и продуктов питания, разве не оно понесет  эти дополнительные затраты?
 
Другими словами,  нас обложили еще одним налогом, своего рода индульгенцией для прохода в  «экологически-чистый» рай. А как вы думали  правительство будет бюджет выправлять?
 
Впрочем, кое-что народным массам  может перепасть: PG&E, крупнейший энергетический монополист, обещает потребителям  выдачу «climate dividend» - где-то в размере 30$ в год. Жизнь покажет, будут ли сопоставимы наши возросшие траты с «климатическим дивидендом».
 
Что же касается  алармистов-экологов, то они всегда бьют в набат. Правда, почти незаметно для окружающих меняют тревожную мелодию.  Ну да ладно, пусть будорожат и тревожат, лишь бы  играли  по-честному.