Палестина глазами палестинца

В мире
№49 (868)

 

В последние дни Израиль переживает моральную травму от признания Палестины в качестве страны-наблюдателя в ООН. Зато на той стороне, согласно репортажам, сплошной праздник. Каковы же сегодня настроения палестинцев? Для того чтобы выяснить это, я обратилась к жителю Рамаллы Али Абделькадеру, инженеру с ленинградским дипломом и консультанту ряда средств массовой информации на русском языке.
 
 
- Али, насколько подлинна картина всеобщего народного ликования, которую демонстрировали телестанции всего мира?
 
- Скажу честно, всеобщего ликования не было. На улицы вышли не тысячи, а сотни - это правда. В доме, где живет моя семья, тридцать квартир. Никто не вышел. В основном в гуляньях участвовали те, кто любит массовые мероприятия, и, конечно, мальчишки.
 
- А конфеты, сласти раздавали?
 
- Да нет, никаких бесплатных подарков. Шуарму - и ту пришлось купить за свои деньги. Я участвовал в съемках программы RTR и рассказал об этом.
 
- Самый главный вопрос: а что реально изменилось после признания Палестины?
 
- Мне очень трудно ответить на этот вопрос. Кроме того, что на улицах появились плакаты “Улыбнись, у тебя теперь есть палестинское государство”, никаких особых новшеств.
 
Утром вышел купить детям хумус - все то же самое, цены те же, никаких перемен. Кстати, тысячи не всегда помещаются там, где журналисты хотят их видеть.
 
Это так же, как с площадью Тахрир в Каире. В телерепортажах звучала цифра: миллион демонстрантов вышли на площадь. Я на этой площади был и как инженер говорю: какой миллион - там и сто тысяч не поместятся. Так и у нас. Не было многотысячных бурных празднеств.
 
- А как же победа?
 
- А победа действительно есть, и ее разделяют сейчас все палестинцы. Она не только “для простого народа”.
 
Сама ситуация, когда только девять стран проголосовали так, как хотел Израиль, а остальные выступили в поддержку инициативы Абу-Мазена, показала, что это была настоящая победа. И как встречали его на Генеральной Ассамблее, как ему аплодировали после слов “Или мы лишний народ, или в этом регионе не хватает одного государства”!
 
Я знаю, что многих в Израиле очень раздражают эти слова, но все это было суперважно для палестинцев, которые так давно ждали праздника на нашей улице.
 
Понятно, что это небольшой шаг к созданию настоящего государства, и хотя скептиков тоже много, он нас вдохновляет.
 
Это первая реальная политическая победа Абу-Мазена. Он ведь считается у нас настолько умеренным, что вроде и не палестинец. Его и в самом деле не сравнить с Арафатом, который добивался продвижения с помощью интифады. А Абу-Мазен решил действовать мирными способами, и что же? Израильтяне только и делали, что пытались добиться его полной делегитимации.
 
Он и так считается слабым, а тут еще постоянный прессинг со стороны Израиля и никакого признания того, что он действительно сделал. Тот же Либерман то и дело объявлял его “препятствием к миру”.
 
- Но ведь он действительно отказался от возобновления переговоров!
 
- Он не хотел переговоров ради переговоров, и был прав. Все эти попытки переговоров длились слишком долго, без каких-либо результатов. Честно говоря, у многих наших появился страх: ведь вы, не признавая Абу-Мазена, стали разговаривать с ХАМАСом. И многие люди стали говорить: вот, только так и можно вести переговоры с Израилем, на языке ракетных обстрелов, иначе они не понимают. И то, что в ООН прошла инициатива Абу-Мазена, это очень важный шаг, и он на самом деле - в пользу Израиля.
 
- ?!
 
- Накануне голосования у меня мелькала мысль: если бы я был израильтянином, то проголосовал бы за признание статуса Палестинского государства. Ведь для Израиля это возможность показать: мы признаем не только силу, мы признаем возможность мирного решения проблемы.
 
Но я, к сожалению, ошибся. Израиль проголосовал против. И теперь ведет себя очень некрасиво. Срочные планы мести, программа строительства в поселениях - все эти либермановские меры работают не на пользу Израилю.
 
- Но Либерман не участвовал в заседании правительственного кабинета, на котором принимался план строительства 3 тысяч единиц жилья за “зеленой чертой”.
 
- Правда? Тогда ему мое уважение. Неужели он начинает принимать умные решения?
 
- Вы привели слова о палестинском народе, который устал быть “лишним”. А как быть с еврейским народом, который обрел наконец, спустя две тысячи лет скитаний, национальный дом, однако “лишние” палестинцы, создавая свое государство, не хотят признавать еврейское государство?
 
- Я разделяю точку зрения, что быть евреем - это проблема религии, и люди сами должны выбирать, в каком государстве им жить. Извне эту проблему решить невозможно.
 
- Но в Израиле на этот счет у всех политических лидеров существует консенсус.
 
- И тем не менее, у вас есть и всегда будут меньшинства, те же этнические русские, к примеру. Так что вопрос сложный, и, думаю, вокруг него будет еще много споров.
 
- У вас сейчас столько бурных событий, что за всеми не угонишься. Как раз накануне голосования в ООН в Рамалле прошло еще одно “историческое” событие - вскрыли усыпальницу Арафата. Что говорит по этому поводу палестинская “улица”?
 
- Событие действительно всех переполошило. Я утром пошел к гробнице Арафата - у ворот собралось очень много людей, все хотели узнать подробности, как будет происходит эксгумация. Но внутрь никого не впустили, даже из журналистов никто доступ не получил.
 
Я хотел поговорить с российскими экспертами, которые участвуют в исследовании тканей покойного президента, но меня и близко не подпустили.
 
Собравшаяся публика вела себя довольно тихо, только один ходил и громко кричал: “Люди, остановитесь, люди, посмотрите, что делают с нашим президентом! Где права человека? Кто защитит нашего президента? Что происходит с нашими героями?
 
Сначала растерзали Муамара Каддафи, теперь лишают покоя Арафата...”
 
Я смотрел на него и видел перед собой человека, который очень лично воспринимает происходящее. Для него Арафат, как и для многих палестинцев, был героем, освободителем, прикосновение к которому священно.
 
Я даже вспомнил, как однажды, учась в Ленинграде, закурил как-то раз возле скульптуры Ленина. Мимо проходила пожилая учительница. Увидев меня, она воскликнула:
 
“Как вы можете здесь курить?! Вы же ему мешаете!”
 
Что сказать... Повсюду есть люди с таким восприятием.
 
- Как отреагировали жители Палестинской автономии на итоги операции “Облачный столп”? Тоже радовались “победе” ХАМАСа?
 
- Вы знаете, умных людей стали несколько раздражать сообщения об очередных военных победах над Израилем. И в прошлый раз во время операции в Газе “ХАМАС победил Израиль”, и в этот раз “ХАМАС победил Израиль”.
 
Да сколько же можно его побеждать, если при всех этих поражениях он по-прежнему остается как ни в чем не бывало? И “Железный купол”, и убежища... В общем, неплохо справляется.
 
Так что мое мнение и мнение моих многих друзей такое: ни ХАМАС не победил, ни Израиль. Но у Израиля была необходимость снять блокаду сектора, которая себя никак не оправдала с военной точки зрения. А с невоенной - нанесла ущерб его имиджу.
 
Просто так отменить блокаду было, понятное дело, невозможно. Вот и возникла вся эта история.
 
Но нас, жителей Западного берега, пугает другое. Сам факт того, что Израиль реально договаривается с ХАМАСом, заставляет задуматься над тем, кого же Израиль хочет себе в партнеры...
 
Кроме того, мы боялись, что после завершения операции автономия развалится. Абу-Мазен несколько раз грозился, что передаст ключи Нетаниягу и уйдет. А куда мы денемся в таком случае?
 
- За несколько месяцев до всех этих потрясений появились сообщения о том, что Палестинская автономия увязла в долгах и не способна справляться с бюджетом, развивать бизнесы, поднимать экономику... Возникли ли сейчас надежды на изменения, раз уж государство, хотя и в качестве наблюдателя, признано?
 
- Сегодня экономическая ситуация хуже, чем была несколько лет назад.
 
Многие зарубежные вкладчики отказываются от инвестирования, опасаются за свои деньги.
 
Я могу судить по инженерным проектам: еще несколько лет назад были американские вложения в автономию, в особенности, в инфраструктуру, много было и европейских вкладчиков. А сейчас средств заметно поубавилось. Все ждут, что же будет.
 
- На политические темы поговорили, теперь давайте на мирные. Совсем недолго остается до Нового года. В Рамалле будут его праздновать?
 
- За последние годы многие русскоязычные семьи, проживающие в автономии, как мы иронически говорим, обарабились, стали более религиозными и посему изменили свои привычки. У нас же сохраняется “русский” дом.
 
В апреле будущего года исполняется тридцать лет с тех пор как мы поженились. Из них мы только семь лет жили в России, а остальные - в Иордании и Палестине. Но у нас по-прежнему на столе котлетки да борщ.
 
 На сей раз Новый год будет отмечать меньше людей, чем прежде. Но, думаю, человек пятьдесят наберется.