ГЕРОИ КАРЕЛИИ ТАНЦУЮТ В АФРО-КУБИНСКИХ РИТМАХ

Вариации на тему
№15 (573)

Когда я пришла на танцевальный спектакль “Viis”, который исполняла группа Макса Поллака, первой, кого я увидела в зрительном зале, была Уинди Виллан, главный редактор журнала “Dance Magazine”. И первая фраза, с которой она ко мне обратилась, была: «Нина! Что ты здесь делаешь? Вот не знала, что тебя интересует «топ-данс»!» «Меня интересует «Калевала», - ответила я.
И действительно, когда я прочитала анонс балета «Viis» и узнала, что группа чечеточников будет танцевать карело-финский эпос в ритмах афро-кубинской румбы, я была поражена таким сочетанием и решила непременно посмотреть спектакль. Как сообщено в программке: ”Viis” на старом финском языке означает число 5, которое является определяющим в поэтическом ритме «Калевалы».
Создатель этого музыкально-танцевального спектакля музыкант Макс Поллак – австриец, приехал в Нью-Йорк в 1991 году, изучал джазовый танец, чечетку, румбу, выступал с различными танцевальными труппами этого жанра, особенно увлечен афро-кубинской культурой.
Поллак много путешествует вместе с созданной им группой танцовщиков и музыкантов. Его спектакли всегда имеют в основе сюжет, часто – литературный. Увлекшись музыкой Сибелиуса, он поехал в Финляндию. Прочитав «Калевалу», Поллак нашел, что образы карело-финского эпоса перекликаются с персонажами афро-кубинского фольклора. В результате появилось очень оригинальное, темпераментное танцевальное представление.
Несмотря на то, что в программке было изложено содержание представления, я думаю, зрители, незнакомые с «Калевалой», сюжет не понимали. Но все равно принимали спектакль с большим энтузиазмом, настолько он был выразительным и эмоциональным. Тем более что характеры были так точно воспроизведены в танце (чечетка-румба), пластике, движении и пантомиме, что нельзя было ошибиться в том, «кто есть кто». Чернокожая певица Илеана Сантамариа, начинающая спектакль, выступала в роли богини Илматар. Я не совсем уверена, что эта богиня идентична Орше, главному богу испаноязычных народов Южной Америки, как утверждает Поллак. Но спектакль – не научное исследование. В конце концов дело в том, что Илматар – верховное божество.
Поллак, хореограф спектакля и танцовщик, исполнял главного, мудрого героя эпоса – Вяйнемейнена, сына богини. Поллак, конечно, мастер танца «топ-джаз», и смотреть на него было большим удовольствием. Но не менее интересно и выразительно получился у хореографа и образ другого героя, которого замечательно танцевал афро-американский танцовщик Де Витт Флеминг. Быстрый темп, напористое и агрессивное движение по сцене – нет сомнения: это – молодой забияка, юный богатырь, не знающий, куда силы девать. Ему может соответствовать в эпосе Илмаринен, воин и кузнец, выковавший небо. После весьма выразительно поставленного дуэта-спора оба героя отправляются сватать прекрасную дочь Лоухи, хозяйки вечно пасмурной страны Похъелы. И не зная сюжета «Калевалы», можно сказать: зла и коварна эта «ведьма», как называют ее в программке. Несмотря на то, что образ беден танцем и движением, но характер мрачной Лоухи в исполнении японки Чикако Ивайори сомнений не вызывает. Ее дочь (исполнительница – Линн Шваб), напротив, много танцует. Эта вертлявая насмешница явно предпочитает молодого Илмаринена мудрому, но старому Вяйнемейнену. Конечно, не зная эпоса, нельзя понять, что Лоухи обещает дочь в жены тому, кто выкует волшебную мельницу Сампо, которая мелет и муку, и соль, и деньги. Но сама сцена ковки поставлена гениально. В движениях, в перестуках башмаков мужчин-танцовщиков, сопровождаемых взрывами музыки, заключена и мощь кузнецов, и ярость огня.
В преданиях Лоухи становится обладательницей Сампо. Она прячет ее у себя, никому не дает пользоваться, и богатыри, в конце концов, решают отнять волшебную мельницу у ведьмы, чтобы она служила всем людям. Похитители Сампо плывут по морю на лодке, когда на них нападает Лоухи. В результате борьбы за мельницу Сампо падает «на синий гребень волны» и разбивается на мелкие кусочки. В балете этот эпизод создан следующим образом: когда богатыри заканчивают ковать мельницу, она появляется у них в руках в виде электрической лампочки. Лоухи быстрым движением выхватывает лампочку из рук Илмаринена и прячет у себя за щекой (правда, зрителю остается непонятным тот момент, что Лоухи при этом отказалась выдавать дочку за Илмаринена). Затем следует очень смешно поставленный «чечеточный диалог», который совершенно точно воспроизводит растерянность героев. Они как будто спрашивают друг друга: что же нам теперь делать? Зал все время смеется. Наконец, мудрый Вяйнемейнен делает какие-то заклинания руками, и обе женщины застывают на месте, как в игре «замри-замри». Кто-то из героев вынимает лампочку-мельницу из-за щеки Лоухи, и герои бегут с добычей. Перед бегством Вяйнемейнен топает ногой, колдовство заканчивается (опять же как в детской игре), и женщины пускаются в погоню за похитителями Сампо. Идет прекрасно поставленная сцена погони. В результате «мельницу» роняют, она разбивается. Но богиня Илматар поднимает «осколок», и откуда-то сверху спускается на проводе горящая электрическая лампочка. Осколок Сампо продолжает служить людям, или, как сказано в программке, является символом надежды на прекрасное будущее.
На сцену выходят музыканты, и все вместе танцуют заключительный танец.
Музыканты (в оркестре несколько инструментов: кларнет, саксофон, электрическое пианино, флейта, ударные инструменты, какие-то народные инструменты, сделанные из кожуры незнакомых мне южных фруктов) играют также большую роль даже в понимании сюжета спектакля. Артисты танцуют не только под музыку, которую сочинили Поллак и музыкант Пол Карлон, но и под записи старинных финских песен.
Словом, спектакль “Viis” был необыкновенным, ярким театральным танцевально-музыкальным представлением.