Каган против Красного

Будни Большого Яблока
№31 (537)

Русскоязычные американцы уже привыкли к мысли, что политические гонки любого масштаба не обходятся без драм, часто граничащих с фарсом. Кандидаты на те или иные посты (от мэра маленького городка до президента США) копаются в грязном белье соперников, вытаскивают скелеты из шкафов и наносят удары ниже пояса.
Гонки с участием русскоязычных кандидатов не составляют исключения. С 2000 года, когда наши иммигранты стали делать первые шаги в политике, они начали вариться в том же, далеко не «кошерном» избирательном соусе: попытки любыми методами сбросить соперников с бюллетеня, придирки к именам, адресам, нарушениям мельчайших правил собирания подписей, судебные иски и контр иски. [!] И нельзя сказать, что сомнительные методы применялись лишь искушенными в политических битвах коренными американцами против наивных «русских» новичков: последние, сражаясь друг с другом, тоже снимали перчатки и вооружались ушатами с грязью.
Весной этого года началась новая гонка с участием русскоязычных кандидатов. За место депутата Ассамблеи штата Нью-Йорк от 46-го избирательного округа сражаются известный журналист Ари Каган и Алик Брук-Красный, который уже дважды (и дважды безуспешно) выдвигался в местные органы власти. Третий претендент – Мартин Левин, который, возможно, рассчитывает, что жесткая борьба «русских» вытолкнет его на передний план.
Первые этапы борьбы – пресс-конференции, фандрейзеры, встречи с избирателями, сбор подписей под петициями – остались позади, и, казалось, что кандидаты, по мере приближения выборов, будут активнее разворачивать свои избирательные кампании... Но, увы, и на этот раз не обошлось без малоприятной судебной «остановки».
На днях стало известно, что Брук-Красный и Каган возбудили друг против друга иски в суде. Почему и на каком основании?
«У обоих исков - невеселая предыстория, - говорит Ари Каган, к которому мы обратились с этим вопросом. – Еще до того, как я выставил свою кандидатуру в Ассамблею штата Нью-Йорк, я ощущал колоссальное давление на себя и на своих друзей. Меня уговаривали, чтобы я не выдвигался, и уговоры часто переходили в угрозы. Моим друзьям «советовали», чтобы они меня не поддерживали.
- Ходят слухи, что первым подали в суд вы...
- Слухи не соответствуют истине. Мы не возбуждали иск в суде: мы просто внесли в Board of Elections так называемые Legal Objections. То есть потребовали, чтобы нам позволили изучить петиции кампании Брука-Красного и определить, все ли в них соответствует правилам сбора подписей.
- Почему вы решили проверить петиции Красного?
- Потому что хорошо помнили историю его предыдущих предвыборных кампаний. В 2000 году, когда он сражался за это же место с Адель Коэн, его имя, по решению суда, сняли с бюллетеня за мошенничество в процессе сбора подписей. А в 2001 году, когда Красный боролся за место депутата нью-йоркского горсовета, он сам подал в суд на свою соперницу Инну Ставицкую, пытаясь сбросить ее имя с бюллетеня. Зная все это, я был уверен, что Красный обязательно возбудит против меня иск в суде, и мне придется защищаться. А защищаться нельзя, не изучив предварительно петицию соперника. Более того, без подачи Legal Objections в Board of Elections, нельзя, в случае необходимости, возбудить в суде встречный иск.
- Итак, вам и вашим помощникам предоставилась возможность изучить петиции кампании Брука-Красного. Что же вы в них обнаружили?
- Обнаружили вопиющие, неслыханные случаи целенаправленного мошенничества, причем не с несколькими, а с тысячами подписей.
- И тогда вы подали на Красного в суд?
- Представьте себе, нет. Но в минувшую среду мы получили копию судебного иска от кампании Красного, на котором стоит его подпись. Иск направлен не только против меня, но и против Софии Вильямс, афроамериканки, которая баллотируется на пост демократического лидера округа. А еще - против Board of Elections, за то, что он нас обоих зарегистрировал.
- У вас с Софией Вильямс – общая петиция?
- Да, так называемый slate. София – очень популярный в округе человек, прекрасный социальный работник, а ее муж – известный баскетбольный тренер. Неудивительно, что нам удалось собрать две с половиной тысячи подписей – в пять раз больше минимума, необходимого для того, чтобы зарегистрироваться в Board of Elections.
- А вы уверены, что у вас в процессе сбора подписей не было нарушений или даже ошибок?
- Уверен. Мы тщательно проверяли подписи, беспощадно отсеивая все, которые вызывали хотя бы малейшее сомнение.
- Итак, кампания Брука-Красного подала на вас в суд. Каким был ваш следующий шаг?
- Мы возбудили против них встречный иск. Стоило нам это сделать, как появились слухи, что мы судим известных политиков-демократов - конгрессмена Джерролда Надлера, сенатора Дайан Савино и других. Дело в том, что имена этих политиков стоят на его петиции. Но мы не судим Надлера, Савино, других известных политиков. Мы не судим и рядовых сборщиков подписей из команды Красного. Ответчиков двое. Это сам Алик Брук-Красный и Дилия Шак, нынешний лидер демократов округа, у которой – общая петиция с Красным.
- А какую позицию занимает в создавшейся ситуации третий кандидат – Мартин Левин?
- Он ведет себя очень достойно. Ни к кому не предъявляет претензий, никому не угрожает, никого не оскорбляет, ни о ком не распространяет грязных слухов.
- Вы уверены, что одержите победу в суде?
- Да, я уверен в этом. Ведь наш иск обоснован, в отличие от ни на чем не базирующегося иска Красного и его команды. Убежден: на днях мы с Софией Вильям получим официальное подтверждение того, что остаемся на бюллетене. Я сомневаюсь в том, что такое же подтверждение получит мой русскоязычный оппонент. Я уверен: справедливость восторжествует. И следующая наша беседа будет о проблемах 46-го избирательного округа и его жителей, а не о судебных процессах.