Почта недели

Подруга
№15 (468)

Cходите к сексопатологу

Уважаемая редакция!
Я на 100 процентов уверен, что письмо Вадима Серебрякова – реакция на статью “Woman are from Venus, Men...from the USSR” Леи Мозес - станет не единственным откликом со стороны оскорбленного мужского пола на уничижительную, необоснованную критику в его адрес. Признаться, мне даже как-то неловко за журналистку, которую я очень люблю и уважаю за добротные, хорошо подготовленные и аргументированные материалы.
Два моих хороших приятеля, в отличие от меня редко читающих русскоязычную прессу (они живут в США уже 28 лет), просто пришли в ужас, когда я познакомил их с текстом статьи.
«Если бы они заглянули на корты, где мы играем в теннис по уик-эндам, - сказал Стив, - им бы стало стыдно за свои слова. И вообще, непонятно, зачем редакция поставила себя в неловкое положение, публикуя высказывания каких-то озлобленных и, скорее всего, сексуально неудовлетворенных дамочек. Но тогда им лучше было бы поделиться опытом с психотерапевтом, помогающим избавиться от сексуальных расстройств, а не с широкой читательской аудиторией».
Мои друзья правы - личные проблемы лучше держать при себе. Хотя, с другой стороны, почему бы не дать некоторым мадам из нашей общины выговориться. Может быть, хоть таким образом они избавятся от накопившейся в их организме желчи. Я думаю, что эта субстанция более чем переполняла внутренности г-жи Майи Шульман из Чикаго.
«Что самое грустное, - пишет она, - так это то, что даже мужчины начитанные, образованные, в обществе женщин становятся пошляками, ведут себя как петухи или как обезьяны...
Какая образность, а? Мужчины - петухи, обезьяны и свиньи!..
«Грустно еще то, что наши мужчины не могут адаптироваться к американской действительности, а по инерции живут, как в Советском Союзе», - авторитетно заявляет она.
Ну вот, мадам явно понесло – выходит, весь сильный пол нашей русскоязычной общины – закомплексованная толпа неудачников, которые испытывают душевные муки, лишившись связи с покинутой Родиной. Оттого они, наверное, и не могут перейти с водки на джин с тоником, а если ругаются, то непременно используют родной трехэтажный, не желая употребить местные бранные словечки. Вернее, одно ругательное слово, склоняемое так и этак с помощью предлогов.
Дальше - больше. «Поэтому здесь тоже можно обжираться, пить, мало работать, по вечерам лежать на диване и толстеть, а в компании - приставать к другим женщинам», - пишет г-жа Шульман. Да, мадам, это уже клиника. Америка – очень хорошая страна, вот только вести описанный вами образ жизни здесь могут по большей части жители так называемых гетто. Вэлферный период русскоязычной иммиграции давно уже позади. Большинство ее представителей мужского пола много и тяжело работают, а вовсе не бьют баклуши, как вы изволили заметить.
А к сексопатологу я бы вам, Майя, все-таки посоветовал сходить. «Когда я встречаюсь с моими подругами, мы прекрасно проводим время», - рассказываете вы о своем досуге. С мужчинами же вам «скучно и даже грустно, думаешь, зря убила вечер...»
Вот и я уверен, что зря. Мужчины вам просто не компания. Не стоит душить в себе то, что так упорно рвется наружу. Сходите, сходите к сексопатологу...
С уважением Михаил Перельман

Советский мачо-мен

Мне понравилась статья «Women are from Venus, Men are from... the USSR» (РБ №465). Очень может быть, что интеллигентных и интересных мужчин в нашей общине больше, чем мужчин неотесанных и ограниченных. Может быть, малограмотных и откормленных женщин у нас больше, чем женщин образованных и стройных. Но если не спорить о цифрах, то в целом портрет среднестатистического советского «настоящего мужчины» автору удался на славу.
В НИИ, где я работал, таких «настоящих мужчин» (здесь их называют «мачо-мен») было предостаточно, хотя это было вроде бы культурное учреждение. Мнения о себе эти «мачо» были самого высокого – и только потому, что принадлежали к сильному полу. Полагали, что любая женщина должна считать за честь, если они полезут ей под юбку, и принимать их такими, какие они есть. А сама она должна всячески за собой следить, дабы они обратили на нее внимание. Красиво одеваться, следить за фигурой, угодливо улыбаться, хорошо пахнуть. А потом, если уж ей удалось выйти за «настоящего мужчину» замуж, терпеть все его выходки и капризы, чтобы его удержать.
«Настоящему мужчине» не обязательно было хорошо пахнуть, даже часто мыться, не говоря уж о том, чтобы красиво одеваться или следить за своей внешностью. Ему можно было есть и пить за троих, гулять направо и налево, ругаться, оскорблять и даже бить жену, а она должна была терпеть, потому что он умел «делать деньги» и удовлетворял ее в постели (хотя и то, и другое утверждение представляется мне спорным). А мужчин интеллигентных и тонко чувствующих наши «мачо» глубоко презирали.
В чем я не согласен с автором, так это в том, что у большинства таких мужчин – красивые, моложавые и умные жены. Пожив с «мачо» несколько лет, женщина превращалась в махнувшее на себя рукой вьючное животное. Хотя, быть может, американская свобода творит с женщинами чудеса?
С уважением
Александр Генцельман, Лос-Анджелес

О наших семьях - или хорошо, или ничего!

Уважаемая Лея Мозес!
Ваши статьи на семейные темы мне в целом нравятся, но в последней статье – «Семейные ценности и не функционирующие семьи» - вы, по-моему, перегнули палку. Явно подыгрываете молодой девушке (Инге), которая, как и свойственно молодым, бунтует против своих «предков». Пройдет время, девушка станет взрослым человеком и совсем по-другому будет воспринимать своих родителей. Она поймет, что ее отец вечера напролет проводит лежа на диване не потому, что ему плевать на жену и детей, а потому что очень устает, и вообще вымотался за всю свою нелегкую жизнь – сначала советского человека, потом нового иммигранта в Америке.
Поймет Инга и то, что ее мать всеми силами противилась связи ее брата с испаноязычной девушкой не потому, что эта девушка – из бедной семьи, а потому, что она – не из нашей общины, а браки людей разного происхождения часто приводят к семейным драмам. И к брату Полу Инга с возрастом будет относиться более снисходительно, простит ему юношеские ошибки, безделье и развлечения.
Об этом-то вы, уважаемая Лея, и должны были сказать вашей юной собеседнице. Да и другим юным бунтарям можно было бы посоветовать, чтобы они более терпимо и уважительно относились к своим родителям, чтобы не требовали от них каких-то идеальных отношений, которые можно видеть только в кино. А вы вместо этого становитесь на сторону Инги. Неужели тоже считаете, что если в семье - разлад, если она «плохо функционирует», то ей лучше распасться, чем держаться неизвестно на чем? Мне не хотелось бы в это верить. Ведь вы – не юная идеалистка, а, судя по вашим статьям, опытная, умудренная жизнью женщина.
Конечно, случаи, которые вы описываете в статье, – из ряда вон выходящие. У одной женщины муж - садист, другую покинул, а она его все ждет и ждет, третью избивал так, что она часто попадала в больницу, но продолжала с ним жить. Вот такие семьи – действительно плохо функционируют. Но большинство наших, «русских» семей – обычные, нормальные. Может быть, мужья и жены в этих семьях не объясняются друг другу в любви каждый день, может быть, они и скандалят время от времени, но их объединяет забота о детях, об их будущем, о сохранении семьи.
И вам, журналистам, тоже следовало бы помогать сохранять наши семьи. Иммиграция – это подвиг. И сохранение семьи в условиях иммиграции – тоже подвиг. О людях, которые совершают такие подвиги, нужно писать тепло, уважительно, без иронии. Или вообще не писать.
Серафима Певзнер, Бруклин

Пусть им станет стыдно!

Уважаемая Лея!
Читала вашу статью о dysfunctional families, и мне казалось, что пишете о нашей семье. У нас все то же самое. Моим родителям наплевать друг на друга и на меня с сестрой, но в гостях они притворяются заботливыми и любящими, потому что не хотят портить репутацию семьи. А не хотят ее портить, так как в этом случае для меня и сестры труднее будет найти выгодных женихов. Меня тошнит от этого лицемерия и иногда кажется, что все наши знакомые – такие же лицемеры! Мама и папа никогда не интересуются, о чем мы думаем, почему переживаем. Их интересует одно – чтобы мы поскорее закончили колледж, начали зарабатывать деньги и удачно вышли замуж. Разве в этом заключается любовь к детям? Когда у меня будут дети, я буду относиться к ним совсем по-другому! Пусть все dysfunctional families узнают себя в вашей статье. И пусть им станет стыдно за их лицемерие!
Ася Р.

Об убийствах родителей никто читать не хочет

Уважаемая редакция!
Мне уже за 70, и в газеты я никогда не писала. Но вот пришлось написать. Дело в том, что нескольких номерах РБ вы касались очень важной темы – отношений между пожилыми людьми и их детьми, внуками, а также – хоуаттендантами. А потом вдруг перестали об этом писать. Меня и многих моих знакомых эти статьи очень взволновали. Одна моя подруга призналась, что когда прочла письмо старушки, которую бросили родные, не могла спать всю ночь. Была и статья о том, как нас, стариков, притесняют, отнимают деньги, даже бьют. И еще было письмо о том, как сын не навещал родителей и даже хоуматтендантов к ним не пускал, а договаривался, чтобы те давали ему деньги.
Мы были рады, что газета подняла эти вопросы. Обычно о таких вещах не пишут – людям интереснее читать про секс и про убийства. А о том, как медленно убивают родителей, никто читать не хочет. Когда старого человека не навещают дети и внуки, он чахнет и умирает. А если дети навещают его, но кричат, отбирают деньги, руки в ход пускают, то это уже форменное убийство. В одном из писем хоуматтендант рассказывала, что дети покинули родителей, им даже мыться никто не помогал, а дома у них воняло так, что ее чуть не стошнило. Разве это жизнь? Разве можно родителей доводить до такого состояния в Америке, где, слава Богу, есть все – и еда, и питье, и мыло, и горячая вода?
Дорогие мои журналисты! Не бросайте пожилых людей, как бросили их дети и внуки. Не забывайте тему, которую вы подняли. Она, может быть, не очень приятная, но очень важная. Для многих стариков вы – последняя надежда.
С уважением, Любовь К., Бруклин