Любовь в треугольной рамке

Наши авторы
№53 (453)

Читательница, чье письмо натолкнуло меня на размышления о любовных треугольниках в Америке, просила его не печатать или, во всяком случае, не подписывать ее настоящим именем. Что ж, пожелания читателей для нас - закон. Но вот с кратким содержанием письма я бы хотела вас ознакомить. Анна С. (так мы назовем автора письма) откликнулась на статью о любви, опубликованную в предыдущем номере нашей газеты. И дала оригинальный ответ на вопрос: «Есть ли любовь в современном обществе?» На ее взгляд, любовь в наши дни, в нашей стране, возможна лишь... вне брака. Причем не до брака, во время многочисленных проб, поисков, ошибок и находок. А именно после вступления в брак, в рамках любовного треугольника. По мнению Анны, молодые американцы вступают в добрачные связи, потому что у них бунтуют гормоны, потому что они ищут пару и потому что так здесь принято. Женятся потому, что хотят улучшить материальное положение, продвинуться вверх по социальной лестнице, найти партнера-союзника, наконец, тоже потому, что так принято.
А вот изменяют этим партнерам-союзникам, потому что... влюбляются. Анна уверена, что только любовь может заставить человека принести многочисленные жертвы, каких требует внебрачная связь. Жизнь в атмосфере лжи, уверток, страха. Постоянное желание всегда быть рядом с тем (с той), с кем видишься лишь урывками. Угрызения совести, жалость к жене (мужу), детям, отвращение к самому (самой) себе, нервные срывы. А здоровье? А время? А деньги?..
Утверждение Анны, конечно, спорное, хоть и может показаться верным. И действительно, что, если не любовь, может толкнуть к измене в Америке, где секс – отнюдь не запретный плод, где женятся поздно, перебесившись, и где остывающую страсть всегда можно подогреть с помощью новых открытий в области сексуальной техники? Что, если не любовь, может отвлечь сверхзанятого среднего американца (американку) от многочисленных целей и забот его (ее) семьи и подвигнуть на создание еще одного, «придаточного» подобия семейного очага? Что, если не любовь, может довести человека до нарушения общепринятых норм, пересмотра собственных представлений о хорошем и плохом? Ведь американцы, при всей их раскрепощенности, пока еще не считают (и, думаю, никогда не будут считать) адюльтер положительным явлением.
Все это так – и не так. Ибо в современной Америке, как и во всех странах, во все времена, причин адюльтера много – и самых разных. К примеру, легкомыслие или то, что в Советском Союзе называлось «моральной неустойчивостью». Разочарование в спутнике (спутнице) жизни, часто сочетающееся с нежеланием разводиться, разрушать семью. Неотразимые чары нового соседа, новой сотрудницы, новой подруги жены. К измене, как это ни парадоксально, могут привести даже те факторы, которые вроде бы должны ее... предотвращать. Например, все та же сексуальная раскованность или чрезмерная занятость американцев. Человек, привыкший к сексуальной свободе, к частой смене партнеров, может воспринять брак как клетку, из которой ему (ей) захочется время от времени вырываться на волю. А многочисленные проблемы супружеской пары (вернее, семейной команды) в море американской жизни могут потянуть к тихому островку, где нет бурь, а есть только услады...
Итак, измена не всегда зиждется на любви? Но на чем же она зиждется в современной Америке? Версий у социологов и журналистов довольно много. По одной из них, изменяют супругам американцы, которые вступают в брак довольно рано – не успев сделать карьеру. Первые стадии семейной жизни, совпадающие с борьбой за осуществление честолюбивых устремлений, приносят сплошные разочарования. Бессонные ночи - не в постели, а у компьютера, за рабочим столом, на дежурстве в больнице. Частые ссоры - и редкие походы в гости, в театр, за город. А если в придачу появляются дети... Достигнув определенных высот в профессиональной сфере, «состоявшись», человек вдруг осознает, что его брак находится на грани распада, супруг или супруга успели постареть и надоесть, а вокруг столько людей более молодых, интересных, сексапильных. Да и свободного времени больше, и можно позволить себе такую роскошь, как роман на стороне...
По другой версии, к изменам толкают законы, направленные против сексуальных домогательств на работе. В старые добрые времена в офисе вполне можно было приударить за хорошенькой сотрудницей, пофлиртовать с интересным молодым клиентом, пококетничать с боссом, даже ущипнуть аппетитную секретаршу. Помните ведь популярную кинокомедию «С девяти до пяти», где звезда музыки «кантри» Долли Партон исполняла роль именно такой вот – аппетитной (правда, недоступной) секретарши. И эти суррогаты любви несколько умеряли аппетиты, служили отдушиной для избытков сексуальной энергии, которая сейчас находит выход уже за стенами офиса.
Судя по признаниям частных детективов, которых нанимают ревнивые мужья и жены, женщины в наши дни нарушают брачные обеты даже чаще мужчин. Объясняют это явление по-разному: одни винят в нем чрезмерную эмансипацию американок, другие говорят об естественной для дочерей Евы тяге к любви, которую они, увы, далеко не всегда обретают в браке.
Преуспевающие, но стареющие мужчины и женщины нередко заводят молодых, «трофейных» любовников и любовниц, с которыми часто и охотно появляются в обществе, полностью игнорируя страдания своих законных мужей и жен. Правда, иногда законные супруги смотрят на «шалости» своих благоверных сквозь пальцы.
У иммигрантов особые модели супружеской неверности. В первые годы после приезда в страну, когда и мужья, и жены стараются обрести под ногами почву, пустить корни, поставить на ноги детей, о внебрачных связях мало кто помышляет. Но вот потом, когда уже есть приличная работа, открыт собственный бизнес и куплен дом в престижном районе, мужчины (а иногда и женщины) начинают оглядываться по сторонам, тосковать по чему-то «особенному»... Правда, бывает, что именно неустроенность первых лет иммиграции, связанные с ней конфликты в семье, толкают и мужчин, и женщин в объятия тех, кто способен их выслушать, пожалеть, поддержать. А в некоторых русских бизнесах, до которых еще не дошли законы о sexual harassment, царят типично советские нравы: каждый может воспользоваться своими чарами, чтобы укрепить служебное положение, а служебным положением – чтобы кого-то очаровать, точнее, соблазнить.
Наплыв нелегальных иммигрантов – особенно, увы, нелегалок из России и других постсоветских стран – придал американским любовным треугольникам дополнительный, «иммиграционный» нюанс. Около года назад я случайно посмотрела один из многочисленных эпизодов сериала «Закон и порядок» и, признаться, была шокирована представлением американцев о молодых русскоязычных иммигрантках . Эти русские красавицы (конечно, сплошь роскошные блондинки) преподносились как хищные авантюристки, приезжающие в Америку на ловлю счастья и чинов, то бишь богатых поклонников, чьи карманы можно нещадно потрошить. Все они без колебаний торговали своим телом. И все безжалостно разрушали американские семьи, ибо по какой-то загадочной причине предпочитали женатых мужчин неженатым. «У каждой семьи есть сейчас своя Нина. Или Ирина. Или Таня. Или Соня. Или Маша. Маленькие русские потаскушки», - с горечью признавалась двум стражам «закона и порядка» одна из несчастных покинутых американских жен.
Впоследствии я убедилась, что нелестный портрет русской красавицы отнюдь не основан на антииммигрантских предрассудках или новом виде «развесистой клюквы». К сожалению, среди русскоязычных нелегалов в Америке сейчас широко развита своеобразная индустрия, вернее, своеобразный вид преступления – заманивание американцев (предпочтительно богатых) под венец (или под хупу) для изменения иммиграционного статуса. Перефразируя известное изречение, можно сказать, что американский муж сегодня – не роскошь, а средство легализации. Семейное положение мужчин в расчет не принимается – напротив, заезжие искательницы приключений с особым азартом налетают на чужих мужей. Стратегия и тактика ловли потенциальных «средств легализации» педантично разработаны, каждую красотку окружает свита консультантов, сутенеров и мафиозного типа дружков-охранников, с которыми она делится прибылью и которые, при случае, защищают ее от «притеснений» со стороны американского ухажера. Сама красотка, в придачу, прекрасно знакома со всеми ухищрениями профессиональных жриц любви, крайне цинична и напрочь лишена сострадания. В частности, сострадания к жене своего поклонника и его детям. Так можно ли сказать, что американские мужья изменяют супругам с заморскими красавицами, потому что влюбляются в последних? Или речь идет скорее об охотницах и добыче, о тшательно продуманных операциях и их жертвах?
При всем при этом внебрачные связи в наши дни, так же как в прошлом, могут стать результатом (и основой) подлинного чувства – от бурной, но скоротечной страсти до глубокой, долгой привязанности. И так же, как в прошлом, они могут стать причиной подлинных трагедий. Я надеюсь, что вы, дорогие читательницы, расскажете нам о своих соприкосновениях (или столкновениях) с любовным треугольником – явлением, иногда столь же загадочным и губительным, как печально знаменитый Бермудский треугольник.
Лея Мозес


ПОЧТА НЕДЕЛИ

ВЕЛИКОЛЕПНЫЙ СЕКС – ЭТО ВЕЛИКОЛЕПНО!
Уважаемая г-жа Мозес! Пишу в связи с вашей статьей «Еще раз о любви». Хорошо, конечно, что вы обсуждаете «вечную» тему и при этом показываете свою эрудицию. Но вот не могу понять, почему вы настроены против секса, особенно «великолепного секса». По-моему, великолепный секс – это просто великолепно! Разве мало того, что в Советском Союзе нас в этом плане держали на сухом пайке? Если провести параллели между сексом и кулинарией, то мы, выходцы из бывшего Совесткого Союза, никогда не пробовали многих очень вкусных блюд, а сидели на хлебе и воде. И нас еще уверяли, что эти вкусные блюда – обжорство и свинство!
К счастью, в Америке все по-другому. К сексу относятся с большим уважением, и я, признаться, это уважение разделяю. Благодаря изысканным сексуальным «блюдам» сохраняются многие семьи и – да! – излечиваются многие комплексы. Мы, современные люди, слишком заняты, и у нас очень много проблем, чтобы добавлять себе новые. Это просто глупо. Зачем «томиться по недосягаемому объекту» (привожу ваши слова), когда можно пойти в гости или в клуб и познакомиться с другим объектом, вполне досягаемым? Возможно, кому-то нравится вздыхать по равнодушному соседу, но, по-моему, в этом действительно есть что-то от безумия. Я предпочитаю хорошо проводить время с человеком, который мне очень нравится, к которому я (опять цитирую вас) «всего лишь» привязана, которого «предпочитаю другим «dates» и т.д.
Лина Глуз, Нью-Йорк

К сожалению, Лина, вы меня неправильно поняли. Я ничего не имею против «great sex», хотя, в отличие от вас, не считаю его панацеей. Я просто пытаюсь понять, что произошло с понятием «любовь» в современном западном обществе. Если я правильно поняла вас, то, на ваш взгляд, любовь нам и вовсе не нужна. Мы слишком заняты, у нас слишком много проблем. А любовь, как ни крути, - это проблема!


О «ПЛОХИХ ДЕВОЧКАХ» - И НЕ ТОЛЬКО
Меня до глубины души взволновала статья «Почему девочки дерутся?» Больно об этом говорить, больно писать, но моя внучка (дочь моего сына) стала такой вот «плохой девчонкой», о которых пишется в статье. Учится спустя рукава, постоянно дерзит родителям (вы бы слышали, какие выражения она употребляет!), одевается, как уличная девка. Я знаю, что она курит, и подозреваю, что пьет. А может быть, не дай Бог, и наркотики употребляет! Пропадает до полуночи в компании таких же разбитных девчонок и хулиганистых мальчишек. Чем они там занимаются – Бог знает. И бывало, с таких гулянок приходила в синяках – то ли ее били, то ли она кого-то била... А ведь ей всего-то 14 лет! Мой сын пытался вмешаться, прекратить это безобразие. Пару раз всыпал ей как следует. Первый раз она закатила истерику, а во второй вызвала полицию! И этому ее научили учителя в школе! Вы представляете себе такое – жаловаться в полицию на родного отца?! Мой сын с тех пор сам не свой – будто его оглушили... Хорошо еще, что его не арестовали, не запретили встречаться с дочерью!
Другая моя внучка (дочкина дочка) – не такая неуправляемая, но тоже хороша. Лицо раскрашено, как у клоуна, ногти длиннющие, свои или накладные – не знаю (на безымянных пальцах не просто яркий лак, но еще узоры какие-то). Кольца, браслеты, сережки. Каждый день – новый наряд, новая прическа. Разве так должна выглядеть школьница?! А моя дочка и мой зять еще лебезят перед ней – во всем ей потакают, все ее желания исполняют, боятся, как бы она совсем от рук не отбилась. Моя дочка говорит: «Боюсь ее потерять». На днях осталась у них ночевать. Вижу - дочка усталая, полусонная, гладит внучкино платье – у той, видите ли, завтра свидание с очередным «бойфрендом»! А сама внучка заперлась в своей комнате и болтает с кем-то по телефону. И попробуй зайти к ней, не постучавшись!
Разве могло такое твориться в годы моей юности или когда мои дети росли? У меня такое чувство, будто мир перевернулся с ног на голову! Не дети боятся родителей, а родители – детей. И государство это поощряет. Учителя это поощряют. К ребенку пальцем притронуться нельзя, видите ли! Когда мой отец приходил домой, мы с сестрой чуть ли не по стойке «смирно» вытягивались. Он нас не часто наказывал, не сильно бил (брату больше доставалось), но достаточно было ему дать нам по затрещине или даже голос повысить, как мы сразу приходили в себя. И мама поддерживала папин авторитет – ведь для нее же было хорошо, чтобы мы кого-то боялись и слушались! Мой муж тоже был суров к детям. Иначе как бы мы с ним вывели их в люди?
Смотрю на внучек, и сердце кровью обливается. Соседка, с которой я подружилась, утешает – мол, перебесятся, поумнеют. А если не поумнеют? Да и до того, как поумнеют, могут натворить такое, о чем всю жизнь жалеть будут... Боюсь я за них. Что делать, не знаю. Может быть, вы посоветуете?
С уважением, Сима Н., Бруклин

Уважаемая Сима!
Ваше письмо – не только о «плохих девочках». Вы затрагиваете темы, о которых мы не раз будем говорить в рубрике «Подруга» - отношения между родителями и детьми, методы воспитания в бывшем СССР и Америке, юношеская мода и многие другие. Поэтому дать вам краткий ответ (совет) – нелегко. И все же постараюсь. На мой взгляд, отношения с детьми не должны строиться на запретах и запугиваниях. Не должны они строиться и на поблажках и потакании прихотям. С детьми надо пытаться найти общий язык. Это очень трудно, потому что дети растут, меняются, а «общий язык» меняется вместе с ними. Вы можете без особого труда ладить с десятилетней дочкой, но потерять «ключ» к ее внутреннему миру, когда ей исполнится тринадцать, пятнадцать, восемнадцать. Поэтому родителям следует постоянно находиться в процессе «творческого поиска».
И еще – родителям надо стараться быть не грозными «надсмотрщиками», а старшими друзьями, с которыми всегда можно поделиться, посоветоваться, на которых можно опереться в трудную минуту, под чьим крылом можно укрыться от жизненных бурь. От родителей (да и от бабушек с дедушками) должно исходить особое тепло, а их сила должна заключаться в умении понимать и помогать, а не только наказывать. И если ребенок (подросток, юноша или девушка) чувствует эту силу и это тепло, вы их никогда не потеряете. Переключиться с роли «надзирателя» на роль друга нелегко, но никогда не поздно. Никогда не поздно и вернуть дочь или сына на путь истинный.

Пишите нам по адресу: 1968 86th Street Brooklyn, NY 11214