СВАДЕБНАЯ ИСТОРИЯ

Откровенный разговор
№52 (400)

Знаете ли, бывают такие истории, которые неизвестно откуда взялись! То ли их родители рассказали, то ли прочли где-то, а может, они произошли с кем-то из знакомых - теперь уже не разберешь, только каждый приписывает себе участие в этой истории. Приятно ведь быть героем чего-то забавного и запоминающегося.
Дело происходило давно. Студенческие годы. На свадьбу денег нет, впереди совместная жизнь в общежитии, гулянки, экономия и сессии. Но ведь, как говорится, «дом горит, часы идут», хочется и салатиков поесть, и «горько!» покричать, и повеселиться от души.
Общежитие было старое. Стены эти видели и зубрилок, и раздолбаев, здесь мирились и дружили разные люди из разных уголков большого Советского Союза. Вместе учились, влюблялись, дружили, плакали, бывало и женились. Девчонки делили большую холодную кухню, через которую была натянута грязная бельевая веревка, а на веревке - эволюция человеческой жизни, от штанов-ползунков до современных джинсов. Так и жили, по-разному, но вместе.
Стоял апрель, до сессии еще было время, а улица манила весной. Небо светилось, будто подсказывая, что свадьба - хорошее дело, тем более в такую погоду.
Игорь и Наташа познакомились еще до поступления. Оба подавали документы, оба нервничали, оба были не москвичи. Второй раз встретились, когда оформлялись в общежитие и больше уже не расставались. На 4-м курсе решили пожениться. Все у них было гладко и красиво, как в сказке, за исключением одного, у Наташи сильно пил отец. Она поэтому и уехала из Новосибирска, стыдно ей было, что папа, физик-ядерщик, пьет как сапожник. Думала сбежала - нет. Игорь тоже пил. Конечно, до Наташиного отца было далеко, но он прикладывал все усилия, чтобы достичь этой вершины. Наташа просила и плакала, но он хоть и старался, мало что выходило. Когда Игорь сделал предложение, Наташа поставила условие: «Или я, или бутылка». Он выбрал ее, пообещал, что на свадьбе напьется в последний раз и больше «ни-ни».
Свадьбу играли у Люси Смирновой. Ее родители уехали на 3 месяца в командировку, и Люся благородно предложила свои трехкомнатные хоромы. Готовились два дня, резали, солили, варили, коптили, мужиков не подпускали. Вызвали Люсину бабушку в помощь, та командовала парадом - что куда ставить, что сколько солить и какой длины должно быть платье. Даже тот факт, что в квартире детей готовится такой сабантуй, ее не остановил. Она была рада помочь, и приготовления шли полным ходом.
Вечером назначенного дня к подъезду подкатил «жигуленок», и веселые молодые люди стали выгружать спиртное, да такое количество, что роту солдат можно споить. Откуда в застойные времена они взяли столько водки - можно только догадываться, но в воздухе летало предположение, что это тетка Мити Шилявского достала, она была завскладом в гастрономе, и Митя (щедрая душа) ради такого события прибегнул к теткиным связям.
Когда, наконец, вся выпивка была выгружена, откуда-то с заднего сиденья вытащили Игоря. Он уже плохо стоял на ногах, пел какие-то песни и шатался, чем привлек внимание бабок на скамейке. Игорь был в синем костюме, несмотря на то, что был немного подшофе, в руках держал потрепанный букет, а ботинки были начищены до блеска. Игоря повели к подъезду, и бабки на лавочке поняли, что это жених. Не понять было сложно, к спине молодого человека был прилеплен лист, на котором было криво выведено «ЖАНИХ». Невеста же ожидала дома, увидав Игоря с заплетающимися ногами села и заплакала, но мудрая Люсина бабушка сказала, что это у него последний холостяцкий день и, мол, нечего здесь сопли разводить. Наташа успокоилась и решила, что все равно его любит и будет бороться, на том и поехали в загс.
Вернулись к красиво накрытому столу, подаркам (какие они могли быть в то время), и праздник начался. Пили, ели, танцевали. Наташа все время поглядывала на своего новоиспеченного мужа. Видимо, он хотел, чтобы последняя в жизни пьянка запомнилась ему навсегда, столько он не пил ни разу. Мало того, что он выпил со всеми друзьями, так еще пошел по подъезду поделиться своим счастьем. Время от времени он подходил к Наташе, ласково гладил ее по голове, заглядывал в глаза и тихо-тихо говорил: «Ну ведь это последний раз, не сердись, Нюсенька». Нюсенька не сердилась, она верила в то, что ее Игоряша не врет.
Сама Наташа не пила, это было для нее законом, она даже смотреть на бутылку не могла и считала, что развлекаться может и без спиртного. Ей казалось, что если она выпьет, то сразу опьянеет и будет выглядеть полной дурой. Тем не менее в этот знаменательный день она все же выпила - уговорили: «Как можно, ведь это твоя свадьба».
Спать улеглись далеко за полночь, вповалку, но жениху и невесте выделили целый матрас и одеяло, чтобы у них случилась первая брачная ночь. Какая может быть тут брачная ночь, когда вокруг тебя 35 человек. Кто-то храпит, кто-то целуется, кто-то за жизнь по последней, кто-то песни поет, тут бы с ума не сойти. Но под утро все как-то угомонились и задремали. Наташа проснулась, спина ныла от жесткого матраса, волосы были все спутанные от лака, голова ныла от выпитого. Она поискала глазами Игоря, но рядом его не было, приподняла еще не очень отрезвевшую голову и увидела его, стоящего на подоконнике. Игорь в семейных трусах, рубашке, носках и пиджаке стоял на подоконнике и писал желтой масляной краской: «Наташка теперь моя жена». Окно было открыто, и, увидев эту сцену, Наташа испугалась, что он упадет.
- Игоряш, давай слезай, а?
- А? Ой, радость моя!!!
Игорь повернулся лицом к ней и теперь стоял спиной во двор. «Слезай, пожалуйста», - снова попросила Наташа. Но вместо этого Игорь начал размахивать руками, петь и выплясывать на подоконнике. Накануне там что-то разлили, и Игорь не удержался и начал падать в окно...
Наташа побелела... Он хватался руками за раму, глаза стали трезвыми и очень большими, рама начала трещать, и Игорь исчез в солнечных лучах и теплом, пыльном московском воздухе. Наташа потеряла сознание, очнулась от того, что ее брызгали водой и били по щекам. Сразу все вспомнилось, вон она - надпись на стекле. Сердце подпрыгнуло, Наташа вспомнила густые карие глаза и последний их взгляд - блеклый и полный ужаса, светлую челку, на которой играли солнечные зайчики, и заплакала...
Ей что-то говорили, но она не слышала. Подхватив платье, которое путалось в ногах, Наташа подбежала к открытому окну, вспрыгнула на подоконник и сиганула вниз.
Долгий звонок в дверь заставил сонных гостей окончательно проснуться и протрезветь. На пороге стоял Игорь и сиял от счастья. «Я родился в рубашке, где моя Наташка?» - кричал он. Его обступили, пощупали, правда ли цел, и, поняв, что ни одной косточки не сломано, посадили на стул и пододвинули стакан водки.
- Я не пью больше, - гордо сказал Игорь.
Вовка Зеленчук еще раз приблизил к нему стакан и, присев на корточки перед ним, сказал: «Ты, Игоряш, только не волнуйся, но...». Игорь поднял брови и громко позвал Наташу. «Где жена?» - возмутился он. Кто-то из девчонок начал тихонько плакать.
Тут до Игоря стало доходить, что произошло, но спросить он ничего не успел, потому что в дверь позвонили.
- Может, хватит хулиганить? - раздался голос из коридора.
- Только что одного из сетки достал, вторая прыгает, вы бы, дорогие гости, пили бы поменьше и за женихом с невестой следили.
В кухню вошел мужичок в тельняшке и спортивных штанах, а за ним шла Наташка.
- Сижу, понимаете ли, телевизор смотрю, слышу шум, скрежет, а у меня за окном в сетке парень без штанов болтается. Сначала подумал, что любовник чей. А потом нет, думаю, вроде семья порядочная, да и уехали Смирновы вместе. Только я его вытащил, по щекам надавал и домой отправил, смотрю - девица в свадебном платье. Вы смотрите, товарищи студенты, сетка старая, может и не выдержать.
Для тех, кто не понял: та сетка, в которую падали жених с невестой, была не нарочно повешена для них. Такие сетки до сих пор висят на старых домах в Москве, возможно, для любителей швырять мусор из окон, а может, на случай того, что кто-то так же активно будет праздновать свою свадьбу...
Куда подевались теперь Игорь и Наташа? Сколько им лет, есть ли у них дети, как сложилась их судьба - нам теперь не узнать, но кто-то говорил, что с тех пор Игорь и вправду не пил.