Великий Пинкертон

Досье
№20 (368)

Аллан Пинкертон (1819-1884) - первый частный детектив в истории мирового сыска. Эмигрировал из Глазго (Шотландия) в Чикаго. Работал в чикагской полиции, затем в 1852 году основал своё собственное частное сыскное агентство. Эмблема агентства Пинкертона - Всевидящее око и мотто: «Мы никогда не спим». Агентство эффективно боролось с ограблениями поездов и банков. В 1861 Пинкертон предотвратил покушение на жизнь президента Линкольна. По просьбе Линкольна Пинкертон создал американскую Секретную службу и некоторое время руководил ею. Лучшими агентами Пинкертона считались Тимоти Вебстер, Кэт Уорн и Джозеф Вичер. Об их трагической судьбе будет рассказано в следующих очерках.

ДЕНЬГИ И КРОВЬ

Середина девятнадцатого века… В то время на большей части территории США господствовало лишь одно право - право того, кто стреляет первым. Повседневными, будничными явлениями были уличные ограбления, нападения на почтовые кареты и поезда, налеты на банки, убийства. Границы между правом и бесправием стирались арестами невиновных, устранением нежелательных свидетелей и расправой с немногими неподкупными полицейскими. Нередко шерифы назначали на должности только из тех соображений, что лучше иметь убийцу или грабителя как защитника правосудия, чем как его врага. Эффективная следственная и оперативная работа была невозможна - большинство штатов не имело ни регулярной полиции, ни специальной детективной службы. Шерифы и полиция различных штатов друг с другом не сотрудничали. Шериф одного штата не имел права арестовать преступника на территории другого штата. Чтобы скрыться от преследований, преступнику было достаточно перебраться из одного штата в другой. На этом фоне и возникло частное сыскное агентство Пинкертона, быстро и эффективно действовавшее на территории всех штатов.
Алан Пинкертон (Alan Pinkerton, 1819-1884) - первый частный детектив в истории мирового сыска - родился в Глазго (Шотландия), был рабочим, прославился как революционный агитатор и под угрозой ареста в 1842 году бежал в Америку. Какое-то время он работал в Иллинойсе на шахтах, потом перешел в Чикагскую полицию (тогда в Чикаго было всего 12 полицейских, он стал 13-м!), был помощником шерифа и шерифом графства. Некоторое время он работал специальным детективом на Почтамте (a special agent of the U.S. Post Office Department, Chicago). В 1850 году Пинкертон основал своё собственное сыскное агентство. Со скромным штатом (три человека!), с громким названием «National Detective Agency», с красивой эмблемой в виде широко открытого глаза и броским лозунгом «Мы никогда не спим!», оно сразу было замечено и оценено по достоинству. Сам Пинкертон быстро завоевал репутацию «классного сыскаря» (так, пожалуй, можно перевести с блатного чикагского жаргона его прозвище «master-sleuth»). Он не был похож на большинство своих коллег. Главной особенностью методов его работы был интерес к личности преступника, стремление понять мотивы его поступка и его душевное состояние, найти в его психике уязвимые места. В нем всегда жил не столько сыщик, сколько актер. Пинкертон вживался в индивидуальность преступника, стремился понять его психологию, затем мотивы и динамику развёртывания преступления от замысла до финала, и уже потом подбирал методы его раскрытия. И эта, казалось бы, такая простая и естественная детективная технология была для того времени революционным новшеством. Таким же новшеством был отбор, обучение и воспитание детективов-оперативников, как их называли в агентстве (оттуда и пошло это словцо, широко употребляемое теперь во всех языках мира). Первоначально Пинкертон тратил на это львиную часть своего времени. В то время, как чикагская полиция была засорена бездельниками, дураками и попросту бывшими уголовниками, стать оперативником Пинкертона считалось большой честью. Долгое время Пинкертон боролся с ограблениями поездов и банков в Чикаго и соседних штатах. Первым делом, которое принесло ему общенациональную известность, стало расследование ограбления банка в городе Аткинсон (Техас).
Все исследователи, занимающиеся американской криминальной историей, согласно утверждают, что преступление, которое произошло в Аткинсоне в 1856 году, стало первым преступлением «общенационального значения», о котором писали все крупные американские газеты от Бостона до Атланты и от Филадельфии до Сан-Диего. И в этом нет ничего странного. Речь идёт о первом в истории США банковском ограблении с человеческими жертвами. Более того, речь идёт о первом в истории США банковском ограблении, расследованном детективами. Сюжет преступления был довольно прост. Джордж Гордон (George Gordon), 25-летний клерк Сити-банка (City Bank of Atkinson) имел привычку приходить в банк первым, чтобы ровно в 8.45 утра открыть двери для остальных служащих. Засиживался же Гордон за работой порой до 11 ночи. 1 декабря 1856 года служащие, собравшись утром у дверей банка, с удивлением обнаружили, что банк еще не открыт. Рассыльный, которого срочно направили к Гордону, вернулся с сообщением, что Гордон дома не ночевал. Послали за шерифом и за слесарем. Двери взломали и обнаружили Джорджа Гордона в луже крови на полу возле открытого сейфа. В руке он сжимал листочек, исписанный какими-то цифрами. Все деньги из сейфа исчезли.
Местный шериф долго и вяло проверял всех служащих банка, резонно полагая, что совершил убийство кто-то из них. В сущности, он потратил впустую целый месяц. Тогда президент банка пригласил для расследования Алана Пинкертона.
10 января 1857 года в Аткинсоне, в отеле «Астория» появился невысокий, мускулистый человек с решительным лицом, обрамлённым густой бородой и толстой сигарой в зубах. Это и был знаменитый глава Национального детективного агентства. Он начал с анализа медицинского заключения. Снова и снова Пинкертон перечитывал документ, а затем попытался воспроизвести сцену убийства на месте, в комнате банка, где сидел Гордон. Долго у него что-то не получалось, не мог он нанести того удара, который соответствовал бы удару, описанному медицинским заключением. И вдруг лицо его прояснилось. «Так вот оно что, - воскликнул он, - как же я раньше не догадался!». После этого Пинкертон начал выяснять, кто был в банке после окончания рабочего дня. Последним из сотрудников, ровно в восемь, банк покинул мистер Джеймс Уитни, дорабатывавший последние свои три дня, поскольку его решили уволить за наличие крупных карточных долгов и злоупотребление алкоголем. Он очень путано объяснял причину, по которой задержался именно в день убийства (обычно он покидал банк первым). Местный ювелир, принесший в банк в 8.15 вечера, после закрытия своего магазина, металлическую коробку с ценностями, был последним, кто видел клерка живым. Ювелир этот находился на грани банкротства и, следовательно, тоже имел причины похитить деньги. Изучая характер и образ жизни Уитни и ювелира, Пинкертон одновременно методично расспрашивал всех живущих по соседству с банком, кого они видели в предполагаемое время убийства (то есть с 8 до 12). Кто-то из свидетелей указал Пинкертону на Александра Дрисдейла, местного адвоката и постоянного клиента банка. На встрече с Пинкертоном адвокат категорически заявил, что провёл весь интересующий сыщика вечер у себя дома вместе со своей невестой. Его невеста, мисс Амелия Смит, краснея и заикаясь, подтвердила этот факт, но умоляла сыщика никому об этом не говорить, так как город Аткинсон, как и все провинциальные южные города, отличался строгостью нравов. Бессонной ночью у себя в номере вновь и вновь реконструирует Пинкертон сцену убийства. Вот Джордж Гордон близоруко наклоняется над листком бумаги, заполняя его какими-то цифрами… Листком, который зажат в руке, сведённой смертельной судорогой. Поразительная идея озаряет сыщика! Он едва дожидается утра и буквально бежит в банк, чтобы проверить банковский баланс Дрисдейла на момент убийства Гордона. Ну конечно, цифры на бумаге - это этот самый банковский баланс! Значит, последнее, что делал Гордон при жизни - это выписывал банковский баланс Дрисдейла. Странно, Дрисдейл ведь отрицает, что посещал банк в вечер убийства. Однако Гордон ведь мог сделать этот баланс вовсе и не в присутствии Дрисдейла, а по каким-то своим, ему одному ведомым соображениям. Детектив отыскивает в делах несколько расписок Дрисдейла. Документы были явно написаны левшой, и именно левша, как установил Пинкертон по нескольким деталям, нанес удар, оборвавший жизнь клерка. Но и это могло быть простым совпадением. Необходимо найти всю похищенную из банка сумму. Только тогда слабые косвенные улики могут обрести силу бесспорных доказательств.
Пинкертон возвращается в Чикаго, а в Аткинсон прибывают два его лучших оперативника - Тимоти Вебстер и миссис Кэт Ворн. Вебстер разыгрывал роль агента по покупке и продаже недвижимости. Кэйт Ворн играла роль соблазнительной вдовы, которая подыскивает себе новое место жительства, а если повезет, то и нового мужа. Её элегантный гардероб, прекрасные манеры и привлекательная внешность быстро сделали своё дело - у неё появился очень широкий круг чисто мужских знакомств. Однажды в её присутствии кто-то принялся рассказывать о неком адвокате Дрисдейле, который, не смотря на кучу дел, заперся в своём поместье, никого не принимает, чего-то боится, словом, сбрендил… Никто не обратил особого внимания на эти россказни, но острый ум миссис Ворн немедленно выделил рассказ из кучи вздора, который каждый день ей приходилось выслушивать. В ресторанчике при гостинице она немедленно передала этот разговор Вебстеру. Вебстер приехал к Дрисдейлу с предложением купить его поместье. Едва увидев Вебстера, Дрисдейл вдруг затрясся, с ним случился нервный припадок, и он слег в постель. Вебстер такому повороту событий очень удивился, но решил воспользоваться неожиданно открывшимися возможностями. Для продолжения деловых переговоров о продаже поместья Вебстер поселился неподалёку, в доме местного врача. Он подкупил садовника Дрисдейла, старого забулдыгу-ирландца, и с его помощью по ночам обшаривал поместье адвоката. В конце концов, он нашел то, что искал - под валуном у ручья, прямо за домом, были закопаны 23 тысячи долларов в звонкой монете. Чуть позже в парке, в старинном гроте, Вебстер обнаружил и 105 тысяч долларов ассигнациями.
Получив сообщение о находке, Пинкертон тут же вернулся в Аткинсон. Его заинтересовали не только обнаруженные деньги, которые тоже не могли стать стопроцентной уликой (в конце концов, Дрисдейл мог сказать, что вор просто воспользовался его парком для сокрытия похищенных денег, зная, насколько безупречна его, Дрисдейла, репутация). Больше Пинкертона заинтересовал нервный припадок адвоката. Рассматривая портрет убитого, Пинкертон вдруг в волнении вскочил со стула и закричал: «Ну, конечно, конечно же!..» Вебстер был поразительно похож на убитого Гордона. Этим и объяснялся нервный припадок Дрисдейла при знакомстве с Вебстером. Поняв это, детектив явился к шерифу и местному судье со своими уликами. «Я понимаю, - сказал Пинкертон, - что на основании представленных мной улик осудить добропорядочного человека, тем более адвоката, нельзя, но заключить его в тюрьму на один - два дня можно. Дайте мне один день и одну ночь. И если Дрисдейл не признается, я извинюсь перед ним и с позором уеду из города». После долгого колебания судья дал разрешение на арест. Дрисдейл, когда Пинкертон и шериф пришли за ним, впал в ярость. Он ругал их самыми последними словами, грозил прокурором, президентом и самим Господом, который, впрочем, избежать камеры ему не помог. Вечером дверь в его камеру открылась, и в проеме появился Пинкертон. Увидав его, Дрисдейл взревел от ярости, выломал из ветхой стены кирпич и бросился на детектива. Но ствол пистолета, мгновенно приставленного к его голове, образумил заключённого.
- Успокойтесь, - сказал Пинкертон, - я задам вам всего один вопрос.
- Сукин сын! - прорычал Дрисдейл.
- Вы согласны? - холодно просил Пинкертон.
- Ну, валяй...
- Прекрасно. Так вот, вы уверены, что убили Гордона? Что он мёртв?
- Что ты этим хочешь сказать? Ты ловишь меня на...
- Нас никто не слышит. Ваш ответ никаких юридических последствий иметь не может... Итак, вы уверены, что к вам никогда не придет человек, которого вы убили?
Не дожидаясь ответа, Пинкертон круто повернулся и вышел. Дрисдейл не спал всю ночь. За стеной неистово выл ветер, в крохотное окно проникал пронзительный свет полной луны. И в этом призрачном свете всё чудилась Дрисдейлу тень убитого клерка. Ранним утром, когда ещё не рассвело, дверь камеры тихо скрипнула и приоткрылась, в глаза Дрисдейлу ударил луч фонаря. В дверях стояли Пинкертон и шериф.
- Мы сейчас отправимся с вами в банк. Если вы там подтвердите свою непричастность к убийству, я попрошу у вас извинения! - проговорил детектив.
Дрисдейл был доставлен в банк. Его подвели к дверям комнаты, где некогда работал Гордон. Пинкертон приоткрыл дверь и, тронув Дрисдейла за плечо, коротко приказал: «Входите!». Дрисдейл вошёл в комнату и двери за ним захлопнулись. Пинкертон и шериф остались в коридоре. Дрисдеил огляделся и вздрогнул от ужаса. За письменным столом сидел… Это был он, Джордж Гордон! Белое, ни кровинки, лицо. В левой руке - крепко зажатая ассигнация и листок бумаги с какими-то цифрами. В звенящей тишине, залитый зловещим багровым рассветом, он медленно встал и приблизился к Дрисдейлу. Он ничего не говорил. Только тянул к нему окровавленную правую руку для пожатия. Дрисдейл дико закричал и потерял сознание. Спустя час, пришедший в себя, но всё ещё смертельно бледный, дрожащий Дрисдеил сознался во всем. Оказывается, он был весь в долгах и пришел к Гордону, чтобы поговорить о займе. Прежде, чем что-то ответить Дрисдейлу, Гордон решил проверить его банковский баланс и стал выписывать из его банковской карточки нужные цифры. Внезапно Дрисдейл в открытом сейфе увидел много денег, очень много. Так много, что у него помутилось сознание. И когда Гордон подошел к сейфу, чтобы закрыть дверцу, Дрисдейл, сам не сознавая, что делает, схватил каминную кочергу и ударил ею сзади Гордона по голове. Кочергу он завернул в газету и почему-то унес домой. Вместе с деньгами. Все было, как в тумане... Понимая, что на него может пасть подозрение, он буквально умолил свою невесту заявить, в случае необходимости, что она была с ним в вечер убийства. Он ссылался на какие-то загадочные обстоятельства, на какую-то тайну, которую он якобы не может открыть, и на свою абсолютную честность. Влюблённая в него невеста, разумеется, поверила и, преодолев стыд, дала Пинкертону ложные показания.
- Где кочерга? - коротко спросил Пинкертон.
- В моем городском доме, где точно... не помню... Впрочем, - в глазах у него что-то сверкнуло, - впрочем... если это важно... я мог бы поискать.
От Пинкертона не укрылся странный блеск, вспыхнувший в глазах Дрисдейла, но он не придал этому особенного значения. Втроем они отправились в городской дом Дрисдейла. Кочергу Дрисдейл искал долго и, наконец, нашел. Пока Пинкертон и шериф разворачивали газету, испачканную запекшейся кровью, Дрисдейл открыл ящик письменного стола, вынул из него револьвер и застрелился.
Кочергу и револьвер Пинкертон увез с собой. Впоследствии они стали экспонатами первого в истории криминалистики Музея вещественных доказательств, созданного Пинкертоном в Чикаго.
По дороге в Чикаго, уже в вагоне поезда Вебстер внезапно спросил Кэт Ворн:
- Как ты думаешь, какая роль мне в театре удавалась лучше всего? Знаешь, сотни ролей переиграл, а вот лишь одна по-настоящему любимой была. Ну, так какая?
- Не знаю, - ответила удивлённо Ворн.
- Не знаю.
- Эх ты, а ещё детектив! - засмеялся Вебстер. - Неужели не догадываешься? Я был лучшей Тенью отца Гамлета! Женщины в обморок падали, когда я выходил на сцену и произносил первые слова. Никто на всём Восточном побережье не мог так привидение сыграть, как я. Антрепренёр рыдал, когда я из театра уходил...
И они тихо засмеялись. И чуть-чуть прижались друг к другу. С тех пор Вебстер и Ворн работали почти всегда в паре.

СОЗДАНИЕ СЕКРЕТНОЙ СЛУЖБЫ США

Вебстер сделал блистательную карьеру в агентстве Пинкертона. Кое в чём он даже превзошёл своего босса, и Пинкертон это честно признавал. В годы Гражданской войны он стал, вместе с Пинкертоном, организатором американской военной разведки (United States Secret Service). Secret Service подчинялась тогда генерал-майору Джорджу Макклеллану (Major General George McClellan), командующему Западной армией северян. Пинкертон привёл с собою «сыгранную» команду детективов из Чикаго, поэтому ему быстро удалось развернуть энергичную разведработу. Тимоти Вебстер за короткое время сумел осуществить рейды в Кентукки, Теннесси, Арканзас, Mиссиссипи и привезти оттуда ценную разведывательную информацию. Позже он пробрался в столицу южан Ричмонд и сумел стать специальным агентом военной разведки южан. Впрочем, начинать надо не с этого, а с операции по предотвращению покушения на Линкольна, где Ворн и Вебстер сыграли ведущую роль.
(Продолжение следует)