Дэлавен-стрит

История далекая и близкая
№11 (726)

Почему Брайтон зовётся Брайтоном? Какой секрет таится в названии Эммонс-авеню? В чем провинился человек, давший название Фултон-стрит? И кто такие Крапси, Бенсон, Белмонт, Кнапп и Мермэйд, в честь которых названы улицы? На все эти вопросы вы сможете найти ответы в нашей рубрике, посвящённой истории названия нью-йоркских улиц.

Крохотная улочка Дэлавен-стрит расположена в бруклинском районе Ред-Хук между Верона-стрит и Коммерс-стрит в пяти минутах ходьбы от туннеля Бруклин-баттери. Несмотря на столетнюю историю, Дэлавен-стрит остаётся одной из самых неприметных улиц в Нью-Йорке. О ней редко упоминается в городских картах и в туристических справочниках. 
Дэлавен-стрит названа в честь землевладельца Дэлавена Ричардса по прозвищу Бунтарь. Он приехал в Нью-Йорк в 1820 году с западного побережья Америки, где был шесть раз судим за хулиганские выходки. Власти маленького шахтёрского городка Мортэл, расположенного в центре нынешней Калифорнии, поставили перед Ричардсом условие: либо он отправляется в тюрьму за непристойное поведение, либо раз и навсегда отправляется на восток континента.
Таким образом, Дэлавен оказался в Нью-Йорке. Здесь стоит упомянуть, что герой нашего очерка не был бедным человеком. Ещё в подростковом возрасте он получил от отца гигантское состояние, которое удачно вложил в европейскую недвижимость. И теперь каждый месяц он получал из Франции чек на сумму, равную, например, годовому окладу нью-йоркского мэра.  
Ричардс жил в своё удовольствие, так как его капиталами управляли умные и честные люди. Дэлавен не зря получил кличку Бунтарь. Он постоянно ввязывался в неприятности, так как мирный образ жизни его тяготил. Ричардс устраивал драки в тавернах, избивал ради веселья стражей порядка, а иногда грабил прохожих с целью пощекотать себе нервы.
Дэлавен обожал карточные игры, выпивку и кулачные бои. В последних он достиг больших успехов, так как обладал талантом отправлять соперников в глубокий нокаут с одного удара. Внешне Ричардс выглядел как типичный бандит первой половины XIX века: лысый череп, длинная борода, золотые зубы и огромное количество шрамов.
В период с 1820 по 1838 год Дэлавен попадал в полицейский участок около двадцати раз. Причём каждый раз он выходил на свободу, подкупая судей и прокуроров. За это время Ричардс успел прославиться на весь южно-западный Бруклин. Он стал большой проблемой для владельцев кабаре и питейных заведений, которые никак не могли отделаться от буйного и непредсказуемого посетителя.
Переломный момент в жизни Дэлавена произошёл в 1839 году. Он познакомился с крупным застройщиком Уильямом Бирдом, который предложил приобрести сорок акров земли за очень низкую цену. Дэлавен согласился, так как за двадцать лет жизни в Нью-Йорке он не приобрёл ни собственного дома, ни материального имущества. Он ночевал либо в отелях, либо в злачных заведениях, владельцы которых попросту боялись выгонять Бунтаря на улицу. 
Купив землю, Ричардс решил построить собственный дом. Причём архитектурный дизайн будущего жилища он разработал самостоятельно. Внешне дом выглядел как водонапорная башня. На больших деревянных столбах располагалось помещение круглой формы, напоминающее большую бочку. Чтобы войти в это «жилище», нужно было преодолеть несколько сотен ступенек по узкой винтовой лестнице.
Историки до сих спор спорят над тем, почему Дэлавен выбрал столь странный дом. Одна из версий гласит, что он очень боялся быть убитым во сне. Поэтому предпочитал спать в помещениях, куда посторонним пробраться практически невозможно. Однако это всего лишь предположение.
В 1841 году Ричардс познакомился с Карлом Майрусом – продавцом семян и растений. Знакомство и совместное распитие спиртных напитков закончилось контрактом: Дэлавен приобрёл две тонны семян популярной европейской травы. Не прошло и шести месяцев с момента заключения сделки, как земли Ричардса превратились в роскошный зелёный луг с густой и качественной травкой.
Далее произошло событие, которое навсегда очистило сомнительную репутацию Дэлавена Ричардса. Он совершенно бесплатно разрешил фермерам кормить коров на своих лугах. Подобная щедрость обрадовала фермеров, но возмутила торговцев сеном, которые пригрозили Дэлавену расправой. Землевладелец же спокойно заявил: «Каждый, кто недоволен моим поведением, может сказать мне об этом лично...» Недовольства моментально прекратились.
В 1847 году Ричардс познакомился с мэром Нью-Йорка Уильямом Брэйди. Градоначальник письменно поблагодарил землевладельца за безвозмездную помощь бруклинским фермерам и в качестве подарка отправил большую коробку с карибскими сигарами. 
Сигары настолько растрогали Дэлавена, что он тут же отправил мэру письмо, в котором клятвенно обещал «делать любые добрые дела на благо города и самого градоначальника».
Когда Дэлавен и Брэйди встретились лицом к лицу, они быстро подружились. Градоначальник и Бунтарь нашли много общих тем для разговоров. Они стали вместе играть в карты и кататься на лошадях. Причём новые знакомые не стеснялись публично отвешивать довольно оскорбительные шутки в адрес друг друга. Возможно, именно благодаря знакомству с Дэлавеном репутация мэра Брэйди в нью-йоркской истории, мягко говоря, не совсем чиста. Историки обвиняют градоначальника в разбазаривании денежных средств из бюджета, а также в большой любви к спиртным напиткам.
В 1853 году Дэлавен вложил часть денег в четыре рыбацких судна, которые специализировались на ловле тунца. Вложение оказалось настолько удачным, что уже через пять лет землевладелец продал бизнес в десять раз дороже. На вырученные средства он купил большой пароход и открыл своё круизное агентство.
В 1860 году Ричардс приобрёл мясокомбинат и фабрику по производству обуви. Также он стал совладельцем нескольких крупнейших ресторанов Манхэттена. Общее количество бизнесов, к которым Дэлавен имел непосредственное отношение, превысило сотню. Однако во всех официальных бумагах напротив графы «профессия» по-прежнему значилось одно-единственное слово: землевладелец.
Бытует миф, что к 70-летнему возрасту Дэлавен Ричардс заработал столько денег, что они не помещались в большой спальне. Тогда землевладелец решил построить десять подземных хранилищ с огромными металлическими сейфами. Четыре хранилища он использовал для собственных нужд, а ещё шесть сдавал в аренду.
Стоит отметить, что феномен Дэлавена как успешного бизнесмена заключался в абсолютном пренебрежении к деньгам. Он вкладывал сотни тысяч долларов в самые сомнительные проекты, но каждый раз добивался удивительного успеха. «Если Ричардс купит пустырь за один доллар сегодня, то завтра окажется, что на пустыре закопан клад стоимостью в миллион долларов», - говорили про него конкуренты.
Будучи глубоким пенсионером, Дэлавен выделял огромные суммы денег на строительство религиозных объектов (сам он до последнего дня жизни оставался убеждённым атеистом), больниц, школ и памятников архитектуры.
Самое же удивительное заключается в том, что Дэлавен первый раз женился в 78-летнем возрасте. Более того, молодая жена подарила ему двух детей, которые впоследствии стали крупными калифорнийскими бизнесменами.
Дэлавен дожил до ста лет и умер на рубеже XIX и XX веков. Незадолго до смерти он получил от городской администрации письмо с предложением назвать бруклинскую улицу его именем. Естественно, для этого Ричардс должен был выделить небольшую сумму «на благотворительность». Землевладелец согласился и отправил мэру Уильяму Стронгу чек на $10 миллионов (в пересчёте на современные деньги).
Дэлавен завещал себя кремировать, а прах развеять над районом Ред-Хук. Пожелание было выполнено...