Беженский луг

В мире
№53 (715)

Израиль решил наконец «исправить ошибку почти 60-летней давности - смыть пятно с государства и войти в лигу развитых стран, которые регулируют законодательным путем свои обязательства перед просителями убежища и беженцами”.

Нет, разумеется, это – не официальная формулировка повестки дня межминистерской комиссии по законодательству, созванной в середине декабря. Образ «смываемого пятна» взят из воззвания нескольких правозащитных организаций к парламенту страны поддержать законопроект депутатов Хаима Орона (“Мерец”), Дова Ханина (Компартия Израиля) и Мири Регев (“Ликуд”). Они предлагают окончательно закрепить в израильском законодательстве Конвенцию ООН о статусе беженцев от 28 июля 1951 года, защищающую права всех нуждаются в убежище.
Тут уместно было бы упомянуть об исторической справедливости. Ведь Конвенция ООН, принятая 58 лет назад, была во многом вызвана чувством вины европейцев за обращение с еврейскими беженцами во времена Холокоста. Среди 26 стран-членов ООН, инициировавших этот документ, были и те, чьи правительства закрывали границы перед спасавшимися от нацистов евреями.  Правда, в начале 50-х, когда Третьего рейха уже шесть лет как не существовало, немцы и поляки, чехи и австрийцы, французы и румыны почему-то не спешили вернуть своим чудом выжившим еврейским соседям присвоенные в годы оккупации дома, магазины и фабрики. Видимо, из-за того, что к тому времени уцелевшие в Катастрофе уже не подпадали под категорию «беженцы», а именовались более деликатно: «перемещенные лица». Ну, да ладно, как говорится, кто старое помянет...
Нынешнее же намерение Израиля присоединиться к «высшей  лиге» государств, заботящихся о беженцах, и внутреннее сопротивление этому шагу вызваны несколько иными событиями на южной границе и в прилегающих к ней городах страны.
Начиная с 2006 года, из Египта на территорию Израиля нелегально проникли десятки тысяч обитателей Черного континента, а по некоторым сведениям, в Египте скопилось еще более полумиллиона африканцев, ждущих момента перейти северную границу. Многие из них стремятся воссоединиться с уже находящимися в Израиле родственниками, описавшими им эту страну как удобную для жизни. Их расселение, лечение, трудоустройство и обеспечение всем необходимым давно стало для еврейского государства головной болью, от которой не видно избавления. Тем более что от «докторов» из больших, более сильных и богатых стран никакой пилюли, кроме горькой, ждать не приходится.
В течение последнего времени иммиграционная политика стран Евросоюза, в частности Италии, резко ужесточилась. Итальянцы потребовали от властей Ливии положить конец транзиту нелегальных мигрантов через ливийскую территорию и начали возвращать корабли с африканскими беженцами обратно. Беспощадную борьбу с незаконными лагерями беженцев объявил Египет. Все это не оставило африканским скитальцам выбора: либо пробиваться в Израиль, либо возвращаться туда, откуда бежали. А там – либо война, либо нищета...
Наверное, если бы речь шла только о несчастных беженцах из объятой гражданской войной суданской провинции между озером Чад и долиной Белого Нила, называемой Дарфуром, Израилю можно и должно было бы принять эту жертву как неизбежную и благородную. Действительно, кому как не евреям понять спасающихся от истребления людей? За семь с лишним лет войны между арабами, поддерживаемыми правительством Судана, и местными племенами там погибли сотни тысяч людей и почти три миллиона стали беженцами. Не зря же одни из самых почитаемых  в израильской политике людей, министр по делам национальностей, профессор Авишай Браверман  и министр юстиции, также профессор Даниэль Фридман назвали помощь беженцам из Дарфура нравственным долгом государства и народа.
Но дарфурцы составляют абсолютное меньшинство в массе беженцев, стремящихся в Израиль. Основную часть нарушителей израильско-египетской границы, выдающих себя за пострадавших от бойни в Судане, составляют граждане Кот-д’Ивуара, Эритреи, Конго, Сьерра-Леоне и многих других стран, находящихся в состоянии кризиса. Да и из самого Судана рвутся в Израиль отнюдь не только те, кто жил в пылающем Дарфуре, но и просто обитатели бедных провинций этой страны. На одного настоящего беженца приходится минимум четыре-пять нелегальных иммигрантов, в лучшем случае - ищущих в Израиле работу и хронических тунеядцев, промышляющих воровством и попрошайничеством, -  в худшем. Все они многодетны, и именно детьми чаще всего прикрываются те, кто даже и не думает содержать их в Израиле на трудовые доходы. Большинство из этих псевдобеженцев до этого несколько лет прожили в Египте, где с ними особо не церемонились. Оттого они и решили попытать счастья в соседнем Израиле.
Что ж, страждущим надобно помогать. Вот только ложится эта ноша, как водится, на плечи тех, кому и без того живется трудно.
Есть на юге Израиля город Арад. До массовой репатриации из бывшего Союза ССР он был совсем небольшим, здесь жили работники расположенного неподалеку комплекса косметических и фармакологических предприятий Мертвого моря, фосфатных разработок, медицинских и туристических центров. Вокруг – несколько кибуцев и бедуинских поселков. Все изменилось с алией: население города удвоилось, квартиры шли нарасхват, началось новое строительство, несколько израильских производственных компаний открыли в Араде свои филиалы. Процветающим городом Арад, надо сказать, не стал, все типичные для периферии проблемы остались при нем, но мало кто из новоселов пожалел о своем выборе. Каждый второй житель говорит по-русски, в муниципальных структурах репатрианты представлены достойно. Культурная жизнь, несмотря на отдаленность от столиц, тоже имеет место быть, и российские гастролеры порой наведываются. Покой горожан нарушали разве что шумные компании бедуинов, да и то случалось не так часто.
Но как говорил Мальчиш Кибальчиш, «пришла беда, откуда не ждали». Мудрое израильское правительство решило развернуть в Араде караванный лагерь для прошедших фильтрацию африканских беженцев. Казалось бы, тысяча-другая приезжих погоды не сделают... Однако уже через пару лет «суданцы» (жители Арада настаивают на кавычках, так как доля беженцев из Дарфура тут весьма невелика) превратили город в очень неблагополучный. Поисками работы озабочены отнюдь не все беженцы, большинство из них к труду в его современном понимании не приучено вовсе. Многие из африканцев оправдывают свое безделье состоянием здоровья, подорванного за время скитаний. Действительно, часть беженцев больна туберкулезом, СПИДом, кожными заболеваниями и представляют опасность для окружающих. Сотрудники иммиграционной полиции обнаружили не так давно в одном из ресторанов нелегального рабочего, уроженца Берега Слоновой Кости, больного проказой.
Крошечного гуманитарного пособия и регулярно подвозимой продовольственной помощи им так или иначе хватает. А если судить по повальному пьянству - даже с избытком. По улицам днями и ночами слоняются компании пьяных парней и мужчин, пристают к девушкам, задираются к прохожим. Уже мало кто отваживается устроить вечерний пикник в парке: не ровен час, нарвешься на буйных африканцев. В подъезды домов, расположенных поблизости, невозможно зайти: беженцы превратили их в отхожие места. Развлечением африканской молодежи стало швыряние камней в окна квартир по ночам. Участились кражи, пропадает даже белье с веревок. Но случаются вещи и похуже.
Полтора года назад суданец изнасиловал и убил шестилетнюю девочку, в августе нынешнего года еще один африканец совершил попытку изнасилования мальчика 11 лет. В середине декабря 2009 года группа из 30 африканцев с ножами напала на русскоязычного подростка, парнишка получил тяжелые ранения. Совершенно случайно был задержан нигериец, который, как выяснилось, на родине был членом банды, захватившей и убившей пятерых американцев, работников компании, занимавшейся добычей нефти в Нигерии. Что мог натворить в Израиле этот находившийся в розыске матерый убийца, лучше себе не представлять.
Полиция знает о криминальных наклонностях части беженцев, но от серьезных мер воздерживается из опасения стать мишенью для левацких правозащитников и их адвокатов. Да что им полиция! Эти «солдаты гуманизма» однажды едва не привлекли к уголовной ответственности мэров двух южных городов, которые собрали нелегалов, оккупировавших площади перед мэриями, купили им билеты на автобусы до Иерусалима и порекомендовали поселиться у стен Кнессета. 
Кстати, о борцах за права.  Как известно, в Израиле эти движения почти полностью состоят из людей, не живущих в городах вроде Арада. Места их жительства, как правило, относятся к престижным и никаким боком не соприкасаются с обиталищами тех, кого они защищают. А действовавшая до недавнего времени инструкция, запрещавшая селить беженцев  из Африки севернее Хадеры и южнее Гедеры, то есть на приморской равнине, делала невозможным пребывание «суданцев» в привилегированных городах центра страны. С такими правилами игры в гуманизм не согласился министр внутренних дел Эли Ишай и лукавую инструкцию отменил.  «Данное положение ведет к концентрации беженцев и нелегальных эмигрантов на периферии, в особенности в таких городах, как Арад и Эйлат, - заявил Ишай. - Это создает трудности для местного населения и властей, которые должны справляться с экономическими и социальными последствиями этого явления».
Разумеется, города для богатых, вроде Рамат-Авива или Герцлии, не говоря уже о гнездах элиты типа Кфар-Шмариягу или Савьона, легко избежали последствий отмены  принципа «От Хадеры до Гедеры».  Кто же позволит лагерям беженцев приблизиться к районам вилл, где отдыхают от трудов праведных члены правительства, их адвокаты, врачи и любимые телеведущие! Зато теперь толпы праздных африканцев можно встретить в Тель-Авиве. И уже есть первые упоминания о них в криминальных сводках. Два месяца назад трое беженцев избили и ограбили пожилого тель-авивца в районе автовокзала. А буквально на днях в том же городе африканец погнался за молодой израильтянкой, разбил стекло машины, в которой та укрылась, влез в салон и попытался изнасиловать женщину.
Жители центра страны уверены: это еще цветочки. Растущие на том лугу, где по ночам рассказывают страшные сказки. Помнится, еще Федор Тютчев восхищался тем высоким сочувствием к человечеству, которым проникнут знаменитый тургеневский рассказ. Но то был «Бежин луг», а бывшим советским людям, когда-то учившим его в школе, в Израиле приходится жить возле другого луга – беженского...