Кейн-стрит

История далекая и близкая
№53 (715)

Почему Брайтон зовётся Брайтоном? Какой секрет таится в названии Эммонс-авеню? В чем провинился человек, давший название Фултон-стрит? И кто такие Крапси, Бенсон, Белмонт, Кнапп и Мермэйд, в честь которых названы улицы? На все эти вопросы вы сможете найти ответы в нашей рубрике, посвящённой истории названия нью-йоркских улиц.

Имя бравого полицейского сержанта Джеймса Кейна (1839 - 1926) значится на табличке улицы Кейн-стрит (район Коббл-Хилл, Бруклин). Сто лет назад популярность этого человека достигала таких высот, что ему приходилось выходить на улице в тёмных очках и с приклеенной бородой. Впрочем, обо всём по порядку...
Кейн родился в типичной семье ирландских иммигрантов. Окончив школу, он поступил в полицейскую академию, чтобы стать патрульным. Учёба давалась Кейну тяжело. Преподаватели постоянно ругали его за рассеянность и забывчивость. Например, как-то подросток пришёл в академию не в положенной студенческой форме, а в резиновых сапогах и в фартуке мясника. Он попросту забыл, что идёт на учёбу, и натянул одежду, в которой помогал отцу, владевшему бакалеей. После этого случая Кейн стал главным посмешищем полицейской академии.
В 1862 году новоиспечённый страж порядка был отправлен на службу в бруклинский район Боурум-Хилл. Директор полицейской академии Роберт Эдвардс так объяснил назначение: «Кейн – худший выпускник нашей академии. Единственное, что он может делать правильно, - так это сдирать кожу со свиней своего папочки. Я отправляю его в Боурум-Хилл, где он будет до конца своей жизни ловить кур, сбежавших от хозяев...»
Таким образом, Кейн попал в один из самых заброшенных районов Нью-Йорка. Здешнее население в основном состояло из обнищавших фермеров. Они работали, чтобы прокормить самих себя, и не вели никакой торговли. Мэр города Джордж Апдайк даже поленился выделить деньги на строительство дорог в Боурум-Хилле, посчитав, что местным жителям они попросту не нужны.
В обязанности Кейна входило обслуживание 54 односемейных домов. Он патрулировал улицы, предотвращал семейные ссоры, а также оказывал при необходимости первую медицинскую помощь. Однако основной деятельностью полицейского, как и предсказывал Роберт Эдвардс, стала поимка сбежавших от хозяев кур. На это малоприятное занятие страж порядка тратил около пяти часов в день.
Надо сказать, что жители Боурум-Хилла быстро полюбили Кейна за доброту, скромность и безотказность. К тому же в свободные от службы дни он принимал участие в строительстве домов, организации свадеб и общественных мероприятий.
За три года деятельности страж порядка превратился в местную знаменитость. Однако полицейские из других районов продолжали над ним посмеиваться. Худощавый и усатый Кейн, носивший очки с толстыми линзами, выглядел предельно жалко в своей заношенной до дыр гимнастёрке с прилипшими к ней куриными перьями. Злопыхатели прозвали его Пугалом, а высшие полицейские чины строго-настрого запретили покидать границы Боурум-Хилла.
В 1867 году нашему герою удалось совершить невероятное, а именно - задержать в одиночку четверых опаснейших преступников. Дело происходило так: под покровом ночи злодеи в чёрных масках ограбили один из частных домов. Их совершенно случайно увидел Кейн, решивший прогуляться перед сном. Далее последовала двухчасовая погоня. Вот только не полицейский гнался за преступниками, а преступники - за полицейским. Кейну удалось завести грабителей в лесистую местность, где располагались медвежьи ямы и волчьи капканы. Не прошло и нескольких часов, как прибывшая в лес подмога вызволяла горе-грабителей из расставленных ловушек. 
Кейн мгновенно стал героем. Градоначальник Джон Хоффман, вручив ему грамоту почётного жителя Нью-Йорка, произнёс: «Я хочу, чтобы каждый полицейский Нью-Йорка был таким же мужественным и сообразительным, как Джеймс Кейн. Кстати, с сегодняшнего дня он ещё и сержант полиции!»  
Речь Хоффмана ударила по амбициям каждого, кто насмехался над Кейном. Кто бы мог подумать, что «охотник за курами» поймает четверых закоренелых бандитов, на счету которых не один десяток преступлений. Подобными подвигами могут похвастаться лишь единицы.
Не прошло и трёх месяцев, как 28-летний Кейн отличился ещё раз. Он задержал неуловимого преступника Кита Гантера, за которым во второй половине XIX века гонялся весь Нью-Йорк. Гантер, весивший 320 паундов, имел внушительную криминальную биографию: около 130 изнасилований, 43 кражи и несколько убийств. Полицейский обезвредил массивного злодея с помощью обыкновенной кочерги, затем связал и отвёз на повозке в бруклинскую тюрьму.
После этого случая Кейн получил сразу две престижные должности, став младшим уполномоченным нью-йоркской полиции и членом городской ассамблеи. Вместе со славой к нему пришли власть и деньги. Оказавшись в чиновничьем кресле, Кейн сразу же вызвал к себе директора полицейской академии Роберта Эдвардса, который когда-то отправил его «ловить кур». Разговор получился коротким. Как только Эдвардс вошёл в дверь, младший уполномоченный NYPD равнодушно произнёс: «Вы очень плохо разбираетесь в людях, мистер Эдвардс. Нам всем будет гораздо лучше, если вы начнёте общаться не только с людьми, но и с птицами. С сегодняшнего дня вы не директор полицейской академии, а патрульный района Боурум-Хилл...»
Разгневанному Эдвардсу пришлось подчиниться. В тот момент Кейн пребывал на вершины славы, и никто из чиновников не хотел портить с ним отношения. Таким образом, документ о понижении Эдвардса по должности подписал даже мэр Большого Яблока.
К 1879 году Кейн стал одним из самых авторитетных политических деятелей Нью-Йорка. Он повлиял на реконструкцию всего полицейского департамента, что благоприятно отразилось на раскрытии преступлений. Также Кейн выпустил шесть справочных брошюр для новобранцев NYPD, одна из которых называлась «Как обезвредить преступника, если он в три раза крупнее тебя?»
В 50-летнем возрасте Кейн получил эксклюзивную должность полицейского детектива-советника. Он мог подключаться к любому расследованию, которое проходило в Нью-Йорке. Так он раскрыл ещё три крупных преступления: задержал банду букмекеров, промышлявших подпольными собачьими боями (1890 год), отправил за решётку грабителя банков из штата Огайо Дэйва Оукли (1892 год) и раскрыл заговор против нью-йоркского мэра Томаса Гилроя (1893), которого хотели застрелить экстремисты из южных штатов.
Кейн проработал на своих должностях до 70-летнего возраста. Когда он наконец решил уйти в отставку, мэр Большого Яблока Джордж МакКелан вручил ему огромный мешок, в котором было 10 тысяч напутственных писем от жителей Нью-Йорка. «Ни одного человека в нашем замечательном городе не любят так сильно, как вас, мистер Кейн», - подытожил МакКелан.
Кейну, однако, размеренная пенсионерская жизнь не понравилась. В 75-летнем возрасте он открывает небольшой ресторанчик, который мгновенно превращается в излюбленное место отдыха ветеранов нью-йоркской полиции. В это время Кейн становится знаменитым на весь Нью-Йорк как остроумный рассказчик. Своими невымышленными историями он затмил многих бродвейских юмористов.
Как я уже отметил в начале статьи, на старости лет Кейну приходилось надевать тёмные очки и накладную бороду. Поклонники его многогранного таланта не упускали возможности встретиться с кумиром и заполучить автограф. В 85-летнем возрасте Кейн даже пожаловался изданию New York Times, что многие молодые девушки предлагают ему сыграть свадьбу.
К сожалению, сегодня о Джеймсе Кейне уже практически никто не вспоминает. С 30-х годов XX века его имя редко встречалось в американской прессе и нью-йоркской справочной литературе. Только выцветшая табличка на малоизвестной бруклинской улице ещё напоминает нам об этом замечательном человеке, который незадолго до своей смерти сказал: «Всегда и везде делайте людям добро, ведь это единственный способ сделать себя счастливым...»


Комментарии (Всего: 1)

I lived on Strong place (Between Kane and DeGraw) for my first three years in the US. Cobble Hill is lovely. Brighton sucks. (IMHO of course)

Редактировать комментарий

Ваше имя: Тема: Комментарий: *