Большой многострадальный повеса

Досуг
№47 (709)

Подверженный ураганам и затоплениям; окруженный со всех сторон водой, смердящими болотами с ядовитыми змеями и аллигаторами; нефтяными вышками, платформами, нефтепроводами; стоящий в дельте Великой реки, подобно транспортеру несущей через город на своих мутно-грязных водах нескончаемые грузовые суда, танкеры и баржи (его порт вместе с портом штата Южная Луизиана – самая загруженная портовая система оптового тоннажа в мире); изнывающий от мокрой, душной жары... Таков фон и реальность Нью  Орлеана – последнего форпоста Миссисипи, сердца юга, души штата, самого разгульного, беспечного и сексуального города Америки.

За свою 300-летнюю историю Нью Орлеан пережил разрушительные цунами и пожары, наводнения и эпидемии желтой лихорадки, бунты и погромы, неоднократно переходил из рук в руки, но его всеобъемлющую жизнерадостность ничто не смогло сломить, даже страшнейшая трагедия 2005-го, едва его не погубившая. Он по-прежнему веселится и принимает миллионами гостей, оставаясь одним из самых желанных для развлечений и отдыха, самых посещаемых городов страны, ее музыкальной и кулинарной “столицей”, круглосуточным, ни на миг не смолкающим праздником.
Туризм был и есть основная статья дохода в экономике города – 10 млн. гостей ежегодно оставляют ему свыше $5,5 млрд. Даже те районы, что до сих пор еще не восстановлены после “Катрины”, принимают участие в индустрии туризма – к ним организуются специальные автобусные экскурсии. Единственное, что не рекомендуется делать - это фотографировать руины и ютящихся рядом обездоленных людей, дабы лишний раз не травмировать их.
Новый Орлеан прежде всего очень красивый город, богатый музеями, парками и памятниками, город, создавший конгломерат самых различных культур, придающих ему неповторимое своеобразие и колорит, – французской, испанской, африканской, карибской, ирландской, англосаксонской. В его декоре можно встретить соответствующие флаги, а на фасадах зданий – старинные родовые гербы, вывезенные из Европы.
Canal Street – главная улица города, как бы делящая его на две части. Центральный деловой район (CBD) называют “Американским кварталом”. Но туристами облюбован другой квартал – Французский, с его знаменитыми Бурбон-Стрит, Ройал-Стрит, площадью Джексона с видом на уникальный собор Сен-Луи, монастырем Олд-Урсулин-Конвент, Французским рынком и т.д.
Перед Французским рынком, сверкая золотом в лучах южного солнца, стоит конная статуя Жанны д’Арк, точная копия статуи Эммануэля Фремита, находящейся в Париже, – лучший, как считают многие, памятник Америки. Она была подарена Новому Орлеану в 1958 французами. Жители города долгое время не могли позволить себе установить ее на пьедестал, поскольку на это требовалось $35 тыс, и Орлеанская дева целых 8 лет томилась на складе – до тех пор, пока не вмешался Шарль де Голль, способствовавший  сбору частных средств. Теперь Жанна д’Арк, сверкая новенькой позолотой, занимает почетное место на Площади Франции, гордо возвышаясь над толпой на своем 5-метровом пьедестале.
Ройал-Стрит славится архитектурой своих особняков в итальянском, готическом, романском, испанском, средиземноморском, викторианском стилях, с крохотными садиками, коваными воротами и ажурными чугунными завитушками на балконах. На булыжных мостовых, под сбитыми с места старыми фонарями уличные музыканты, торговцы, художники и просто бездельники, небескорыстно глазеющие на туристов.
Ночная жизнь бурлит и бьет ключом вокруг злачной Burbon Street. Верхние этажи ее домов сдаются под вечеринки большим компаниям. Первые этажи – кафе и рестораны, модные джаз-бары, диско- и стрип-клубы, притоны на любой вкус, для клиентов любой ориентации. И вся эта круговерть длится 24 часа в сутки.
Людские потоки непрерывно текут по узким улочкам романтически-изысканного Французского квартала, соединившего в себе все, что надо голодному до впечатлений туристу. Тут и музеи, и магазины на любой вкус и карман, включая музейный антиквариат, бесчисленные кафе, бары и рестораны. Здесь спиртное льется рекой, а о местной кухне слагают легенды, поскольку ньюорлеанцы большие гурманы.
Вся их кухня делится на cajun и creol, с той лишь разницей, что в одной специй и приправ побольше, а в другой - поменьше. (Кэйджуны – потомки французов, ведущие сельскую жизнь, в частности, живущие на болотах, в домах на сваях и промышляющие ловлей раков и аллигаторов.) Считается, что приехавший в Н-О гость просто обязан попробовать такие фирменные блюда старого квартала, как пуэ бойз – жареные во фритюре морепродукты с хлебом-багетом, креольский гамбо – острый густой курино-крабовый суп с колбасой и овощами, мясо аллигатора, черепаховый суп с хересом и т.д. Когда все это запивается холодным пивом или виски со льдом под звуки ностальгического блюза или заводного джаза, туристу начинает казаться, что он переживает самые яркие дни своей жизни.
В Н-О никогда не прекращается праздник, даже если за фасадами ярко освещенных кварталов увеселительного центра царит нищета и лежат гниющие в вечной сырости руины невосстановленных домов. Какие только мероприятия тут не организуются, чтобы привлечь как можно больше туристов и «оттянуться по полной» самим. Sugar-Bowl (“Сахарница”), Satchmo SummerFest (“Летний музыкальный фестиваль Луи Армстронга – Сатчмо”), Jazz Fest (“Фестиваль джазовой и традиционной музыки”), French Quarter Festival (“Фестиваль Французского квартала”), Big Fat Greek Fest (“Большой греческий кулинарный фестиваль”), Музыка Вуду, Южный Декаденс, Фестиваль Сущности... И конечно же яркий, красочный, феерический Mardi Gras – главный праздник Н-О, его визитная карточка и основная приманка.
На Марди Гра – франко-американский аналог русской Масленицы, съезжаются со всей Америки и со всего мира, а номера в гостиницах на Бурбон заказывают за год вперед. Это самый непредсказуемый карнавал в мире, поскольку у него нет программы и правил. В дни праздника все население города и его многочисленные гости живут только им. Круглосуточные парады, балы, маскарады, по ночам фейерверки, концерты, пьянство и чревоугодие. Отовсюду звучит разноголосая музыка. Все пляшут, поют, сходят с ума. На эти дни люди начисто забывают о чопорности и сдержанности, выпуская на волю свои самые безумные желания и эмоции. Н-О превращается в одну сплошную вакханалию.
Не зря среди многочисленных кличек города самая популярная Big Easy (“Большой гуляка или повеса”). И соответствующие девизы, взятые из рожденных здесь популярных джазовых песен: “Живи и наслаждайся”, “Не противься удовольствиям жизни”, “Пусть текут хорошие деньки”. Звуки джаза здесь доносятся отовсюду, из любого ресторана или кафе, из фойе отеля, из лифта, с улицы, подворотни, из окон домов. Раз уж Н-О окрестили родиной джаза, так он и держит свой брэнд – там играют и поют все, у кого есть хоть какой-то слух.
Кстати, джаз не случайно зародился именно здесь. Дело в том, что в его основе лежат ритмы языческих африканских культов. А в Новом Орлеане, как известно, особенно силен культ вуду.

Зловещая черная магия Voodoo попала на Северо-Американский континент вместе с черными рабами, приспосабливаясь к новым условиям и меняя обличия. Одно из них – сантерия (Santeria), некий сплав вуду с элементами католицизма, под который она весьма ловко замаскировалась. В Н-О этот культ так хорошо прижился, что с некоторых пор город начали называть Всемирной столицей вуду. Апостолом и идолом новой “религии” стала креолка Мария Лаво, родившаяся лет 200 назад и провозгласившая себя “Королевой Вуду”. Её признавала даже Католическая Римская концессия, предоставившая ей место для ритуальных обрядов рядом с кафедральным собором Сен-Луи.
В основе вуду лежит зомбирование и колдовство, с использованием оберегов, талисманов и примитивных кукол с набором иголок. Подобную продукцию в Н-О можно купить на каждом шагу, поскольку туризм, как уже упоминалось, основная статья дохода для этого знойно-болотного города. А между тем талисманы, привлекающие профанов своей экзотикой, далеко не безобидны, если не знать, как с ними обращаться (достаточно сказать, что одним из компонентов магического кисета является взятая с могилы земля).
Для любителей мистики в Н-О организуются экскурсии “в мир Вуду”. Их собирают вечером, после захода солнца, на площади Джексона. Гиды, облаченные в длинные балахоны, ведут группу по особому маршруту, в который включены магазины с магической атрибутикой, где попутно можно узнать свою судьбу у гадалки по картам таро или у хироманта; дома с привидениями (а привидений, если верить слухам, в городе видимо-невидимо); по желанию – ритуальный обряд вуду (не настоящий, а этакое шоу на тему...) и в обязательном порядке – посещение старого кладбища, поскольку мир усопших в Н-О – явление уникальное, представляющее для его гостей особый интерес.
Мистически-романтически-разгульный дух Нового Орлеана притягивает к себе и киношников. Когда в Голливуде появилась пагубная для Калифорнии тенденция снимать фильмы за ее пределами, Н-О стал одним из мест, куда киностудии направили не только свои взоры, но и стопы, отсняв здесь не один и не два высокобюджетных фильма. Вот лишь некоторые из них: “Луч”, “Безудержное жюри”, “Пеликан”, “Отмычка”, “Дорога славы”, “Все 27 человек короля”, “Дежа Вю”, “Последний отпуск”, “Ждущий”... Фильмов становилось так много, что после 2002 г Н-О стали называть “Голливудским Югом”.
Сказать, что ньюорлеанцы очень гостеприимный и доброжелательный народ, что вроде бы само собой должно подразумеваться в городе, живущем за счет туризма,- значит покривить душой. Для этого там слишком много праздно шатающейся чернокожей бедноты и неадекватных пьянчуг и наркоманов, что-то невнятно бормочущих вам вдогонку на своем жутком диалекте, который не могут разобрать даже сами американцы. И все они стремятся раздобыть за ваш счет денег да еще и попутно обругать вас – просто так, от нечего делать или спьяну. Но это если забрести в одиночку в бедный район или невосстановленные после “Катрины” трущобы. Зато в центре города вы – желанный гость и вы у себя дома.