Страйкер-стрит

История далекая и близкая
№25 (687)

Почему Брайтон зовётся Брайтоном? Какой секрет таится в названии Эммонс-авеню? В чем провинился человек, давший название Фултон-стрит? И кто такие Крапси, Бенсон, Белмонт, Кнапп и Мермэйд, в честь которых названы улицы? На все эти вопросы вы сможете найти ответы в нашей рубрике, посвящённой истории названия нью-йоркских улиц.

Небольшая бруклинская улочка Stryker Street расположена в популярном среди русскоязычных иммигрантов районе Грейвсенд – между McDonald Avenue и West 1st Street.
Виновником названия улицы стал Бардетт Страйкер – человек, которого можно смело назвать «специалистом широкого профиля». За долгие годы своей жизни он успел сменить два десятка разных профессий, а в городскую энциклопедию вошёл как «отец известного либерального политика и бруклинского мэра Фрэнсиса Бардетта Страйкера». Впрочем, обо всём по порядку...
Англичанин Бардетт Страйкер приехал в Америку подростком во второй половине XVIII века. Не имея возможности получить хорошее образование, он устроился мясником в магазин стейков Тодда Макгинли – известного бруклинского фермера и главного поставщика мяса для городской элиты.
Уже в 16-летнем возрасте Страйкер получил неофициальное прозвище «личного мясника Макгинли». В его обязанности входила разделка свежих туш и упаковка стейков для таверн и ресторанов. Надо сказать, что Макгинли оценивал профессиональные способности своих рабочих следующим образом: ударять топором по свежей говяжьей мякоти следовало  только один раз. Причём вес отсечённого куска должен был составлять около двух паундов. Мясники работали с хирургической точностью и ловкостью.
«Хороший мясник взмахивает топором 370 раз в день, а плохой – в пять раз больше», - любил повторять Макгинли, в главных клиентах которого числился нью-йоркский мэр Де Витт Клинтон – страстный любитель стейков.     
Бардетт проработал в мясной лавке до 22-летнего возраста. На заработанные адским трудом деньги он купил 12-местную лодку и открыл бизнес по перевозке пассажиров с нынешнего Фаракавэя на Стэйтен-Айленд и обратно. Основными клиентами молодого капитана стали люди, желающие повидать своих родственников.   
Бардетт работал перевозчиком семь дней в неделю и не имел конкурентов. Вскоре он публично заявил, что его лодка – самый быстрый способ добраться с полуострова (Фаракавэй) на остров (Стейтен-Айленд).
Когда Бардетту исполнилось 30 лет, он продал бизнес по перевозке за огромные деньги. Вырученные средства вложил в четыре совершенно разных бизнеса – книгопечатание, производство бочек, скотоводство и изготовление холщовых мешков для транспортировки сыпучих продуктов. 
Теперь Бардетт трудился на разных работах, с нуля осваивая тонкости новых бизнесов. «Мои навыки пригодились там, где не надо писать, считать и говорить, - вспоминал Бардетт на старости лет. – Даже если дело касалось книгопечатания, то я предпочитал смешивать краски или смазывать детали пресса, не обращая внимания на конечный продукт...»
Удивительно, но ни один из бизнесов англичанина не разорился. Более того, благодаря своему упорству он сумел значительно приумножить вложенные средства. Завистники-конкуренты, уязвленные успехом «английского мясника», не упускали шанса уколоть Бардетта, напоминая окружающим о его неумении хорошо писать и читать. 
Тем временем Бардетт купил небольшой особняк на востоке Бруклина и отошёл от дел. На все предложения извне «выгодно вложить деньги» он отвечал отказом. Ведь теперь его главным интересом стали любимая жена и сын Фрэнсис.
Когда Бардетту Страйкеру исполнилось 54 года, он решил попробовать себя в бизнесе по изготовлению ароматизированных свечей. На такое спонтанное решение его подвигла прогулка по манхэттенской «китайской деревне» - прародительнице нынешнего Чайнатауна. Благовонные свечки так понравились англичанину, что он тут же решил заняться их производством.
В простонародье Страйкера прозвали «многоруким Бардеттом», намекая на то, что он готов заниматься чем угодно. Неожиданная новость об открытии бизнеса по производству свечей лишь закрепила это прозвище.
И в очередной раз предприимчивый Бардетт с нуля создал успешный бизнес, окончательно вписавший его имя в нью-йоркскую историю. Он нанял на работу мастеров по изготовлению изделий из воска и парфюмеров, которые совместно создали продукт, составивший достойную конкуренцию благоухающим китайским свечкам.
Во-первых, свечи Бардетта имели необычную форму. Они изготавливались в виде людей, животных, деревенских домиков, кораблей и т. п. Во-вторых, англичанин пропитывал ароматными духами сам фитиль, а не воск. В-третьих, производитель получил от городских властей монопольное право называть свой продукт «официальными свечами Нью-Йорка».
Не прошло и нескольких месяцев после открытия нового бизнеса, как свечки Бардетта уже стояли во всех кабинетах городских чиновников. Бизнесмен делал из воска настоящие произведения искусства. Например, бюсты Джорджа Вашингтона, Томаса Джефферсона и Джона Адамса. Потом, правда, от изготовления копий отцов-основателей пришлось отказаться, так как расплавленный воск постепенно уродовал их героические лица.
Бардетт заработал на свечках баснословные деньги и по традиции продал раскрученный бизнес за целое состояние. По этому случаю городские чиновники устроили в честь Страйкера роскошный банкет, где «многорукому Бардетту» была вручена грамота за развитие частного бизнеса в Нью-Йорке. Растроганный мэр Аарон Кларк в шутку произнёс: «Чем вы планируете заняться теперь, сэр? Может быть, займёте освободившуюся должность инженера пожарной части?»
Публика засмеялась, а Бардетт Страйкер с серьёзным видом парировал: «Спасибо вам за предложение, мистер Кларк. Я завтра же приступлю к своим новым обязанностям. Дайте мне список рабочих инструкций, чтобы я смог выучить их наизусть за сегодняшнюю ночь...»
И «многорукий Бардетт» впервые в жизни занял престижную городскую должность, не имея ни малейшего понятия об инженерии и пожарном деле. Однако это вовсе не помешало талантливому во всех отношениях англичанину десять последующих лет прослужить на благо безопасности города. Он ушёл в отставку в пожилом возрасте, войдя в список лучших пожарных Большого Яблока.
За свою жизнь Бардетт Страйкер сделал всё возможное, чтобы дать своему любимому сыну Фрэнсису достойное образование: «Я проработал в разных бизнесах, но до сих пор не знаю, как себя называть – мясником, перевозчиком, изготовителем бочек или пожарным. Мой сын должен посвятить свою деловую карьеру только одному делу...»
Слова Страйкера-старшего оказались пророческими. В подростковом возрасте Фрэнсис увлёкся политикой и посвятил всю свою жизнь чиновничьей работе. Два года подряд (1847 - 1848) его избирали мэром Бруклина. На руководящей должности Фрэнсис Бардетт Страйкер успел сделать много полезного. Например, он оплатил из личного кармана экстренное строительство палаточных госпиталей, которые помогли предотвратить вспышку холеры в городе.
Надо сказать, что именно благодаря Фрэнсису его отец стал популярной исторической персоной. Благодарный сын попросил историков подробно исследовать биографию «многорукого Бардетта» и уговорил бруклинцев назвать несколько географических объектов района в его честь. В 1890-м году их было шесть – четыре небольших парка и две улицы.
К сожалению, до нашего времени сохранился только один географический памятник – небольшая улочка, которую можно пройти вдоль и поперёк за 5 – 7 минут...