Год Медведева

В мире
№20 (682)

Гарун аль Рашид переодетым ходил по багдадскому рынку, чтобы узнать, как выглядит жизнь на самом деле, а не по докладам сановников. Павел Первый велел установить ящики для жалоб и предложений. Хлынул вал. К тому же в ящики стали бросать заведомо клеветнические заявления – и таким образом затею императора скомпрометировали на корню.
Когда президент Медведев, как раз накануне поездки в Рязань, открыл свой блог в интернете, он тут же получил из Рязани жуткое послание с фотографиями: “Дмитрий Анатольевич, помогите отремонтировать в Рязани детское инфекционное отделение при больнице №11... Вы как раз у нас сегодня будете. Вставьте нашим чиновникам по пятое число, дети “лечатся” в ТАКИХ жутких условиях!!! А они к Вашему приезду матюги со стен стирают и траву красят на государственные деньги. Подробности тут описал как смог: http://zubarev-a.livejournal.com/ 11594.html?view=52298#t52298”
Медведев сделал выговор губернатору. Интернет взорвался откликами. “Сходите в московские больницы - в Морозовскую, в св.Владимира, в Сперанского - ВСЕ ТО ЖЕ САМОЕ! Сходите в дома престарелых, в дома инвалидов, в дома ребенка - ВСЕ ТО ЖЕ САМОЕ! И даже хуже. Больные лежат почти голые на клеенках, одни, не нужные никому. А ведь в домах престарелых находятся ветераны! Они воевали, они дали нам жизнь и свободу - и где они заканчивают свою жизнь?! Они ради этого сражались? И как живут те, кого они победили... Сейчас там кто-то умирает, и благодарит СМЕРТЬ, и проклинает ЖИЗНЬ В ЭТОЙ СТРАНЕ. Это НЕНОРМАЛЬНО! Фото? Пожалуйста: http://o-liska.livejournal. com/8387.html”.
Блог Медведева превращается во вселенский крик о помощи. Крик гнева и печали. И что теперь должен делать президент?
Заниматься каждым таким случаем. Принимать меры.
Но ведь это невозможно! Не говоря уже о том, что у президента другие функции, он не бюро жалоб. Правильно. А зачем тогда блог открыл? Для приятной беседы? Не знал, чем обернется прямой контакт с населением?
Нет, теперь по каждому адресу он должен посылать комиссара-карателя с неограниченными полномочиями. Чтобы расследовал, куда делись деньги, уволил виновных с должностей и отдал под суд. Только тогда народ поверит во власть. В борьбу с коррупцией.
Но ведь невозможно, чтобы только президент занимался всеми жалобами своих сограждан!
В том и тупик “вертикали власти”. Пока местная пресса, местная общественность, местная милиция и суд, местные депутаты не установят контроль и не наведут порядок - Медведев не поможет. Потому он и говорит все время о “гражданском обществе”. Азбучная истина. Только она у нас живет как-то сама по себе. Не касаясь умов, тем более – действительности.
Вообще, хождения в народ, попытки узнать, что в действительности происходит на просторах вверенного отечества, никогда добром не заканчивались. Правитель под лавиной разоблачений начинал раздражаться - да что они всё жалуются, нет бы написать о чем-нибудь духоподъемном! – и в конце концов забрасывал свою затею. Да и некогда: государственные дела ждут. Народ, в свою очередь, разочаровывался, отворачивался от правителя и укреплялся в убеждении, что ничего сделать нельзя, бесполезно, такая наша планида расейская.
Другое дело, если Медведеву массив интернет-материалов необходим как мощное оружие в борьбе за самостоятельность, как дубина в борьбе против чиновничества: вот что народ говорит и требует, а вы тут!..
Правда, есть в его инициативе еще одна опасность: потеря авторитета в традиционном представлении масс. Массы таких меньше уважают, не считают настоящими начальниками. По их мнению, настоящий начальник должен быть недосягаем, вводить в трепет.
Но вполне возможно, что людей с подобными убеждениями становится в России меньше – в силу естественной убыли, износа прежних взглядов и самого стереотипа власти. А новые поколения, быть может, как раз ценят и оценят современность, открытость главы государства. Может, новым поколениям как раз импонирует его ПАРТНЕРСТВО? Ведь Дмитрий Анатольевич молод, так же, как и они, дитя века информационных технологий, они друг друга легко понимают, одной крови, он им старший брат.
В первый же день среди комментариев в блоге Медведева были и такие:
“Ваще он забавный, наш президент”.
“О! Крута, Дмитрий Анатольевич! Вам идет! Не представляю себе блоггера-Лукашенко”.
“Добро пожаловать в ЖЖ! Здесь обязательно скажут то, чего не скажет никто в Администрации Президента!”
“Грамотный пиар-ход. Во время кризиса поиграть в демократию, отвлечь внимание людей - самое то. Впрочем, не самый тухлый ход, для России в новинку”.
Не потому ли (в том числе) один из серьезных германских политологов предсказывает: Медведев станет популярней Путина...
Пока трудно представить. Ведь по результатам опросов только 12 процентов россиян верят, что реальная власть в стране принадлежит Медведеву.
Да и в грядущих переменах сомневаются. Годовщина со дня вступления Медведева в должность стала, естественно, поводом для обсуждений. Общий знаменатель примерно такой: в первый президентский год Медведев пытался решить две задачи - сохранить верность курсу Путина и нащупать свой политический стиль.
Разумеется, есть крайние мнения. Одна крайность: слова Медведева о “гражданском обществе”, блог в интернете, смягчение законодательства о неправительственных организациях, встреча с правозащитниками и интервью оппозиционному изданию - циничная стратегия правящего тандема, она имеет целью не изменение политической системы, а ее выживание, сохранение путем незначительных уступок, косметических мер.
Другая крайность: Медведев вынужденно станет вождем оппозиции и низвергнет Путина, потому что у них там суровая реальность – выживает один.
“Ему надо изменить оценки работы, - советует Виктор Батурин, гендиректор компании “Интеко-агро”. - Лучшая власть - та, при которой коровы дают больше молока. Самые большие удои сейчас в Дании, Канаде, Австралии. У нас же считают не молоко, а ВВП, который складывается из того, что один копает яму, другой закапывает”.
“Ему надо стать единственным президентом России. Де-факто”, - считает Андрей Нечаев, президент банка “Российская финансовая корпорация”.
“Ни мыслями, ни выступлениями делу не поможешь, а действенных шагов мы не видели. Не видим их и до сих пор”, - сказал первый заместитель председателя ЦК КПРФ Иван Мельников.
“Международная амнистия” заявила, что за год президентства Медведева в защите прав человека в России никаких существенных сдвигов не отмечено.
Критики почему-то не замечают перемен. Например, у Медведева свой стратегический научный центр, там работают люди, очень далекие по взглядам, по системе ценностей от путинских идеологем. Медведев становится самостоятельным медленно, но верно.
Наконец, самый яркий пример – открытый суд над подозреваемыми в убийстве Анны Политковской и открытый процесс по делу Михаила Ходорковского. Можно ли было представить их в 2007 году, во время всеобщих телевизионных заклинаний о “неизменности курса” и “национальном лидере”? А сейчас – выступление Ходорковского в зале суда перед российской и мировой прессой.
Подождем еще год. Времена все равно меняются.
Москва