BОRО-графия Нью-Йорка: саттон-плейс

История далекая и близкая
№4 (666)

Один из самых крохотных и малоисследованных районов Манхэттена протянулся от 57-й до 59-й улицы на расстоянии полумили от реки Ист-Ривер. Он именуется Саттон-Плейс, однако многим жителям и туристам Большого Яблока это название неизвестно. На протяжении последнего десятилетия составители городских путеводителей почему-то включают Саттон-Плейс в состав Йорквиля, Мидтауна или Тортл-Бэя, отказывая тем самым в самобытности миниатюрному населённому пункту.
Первым официальным жителем Саттон-Плейса стал голландец Морис Краунхарт, приехавший в Америку в 1605 году. В нидерландском Утрехте он занимался растениеводством и владел четырьмя цветочными лавками. Ходят слухи, что Краунхарт даже поставлял розы и тюльпаны королевскому двору.  
Оказавшись в Америке, голландец решил повторить «цветочные успехи». Выкупив десять акров земли в центрально-восточной части Нового Амстердама, он построил небольшой особняк, торговую лавку и десяток парников, имевших довольно оригинальную конструкцию. Стеклянные парники Краунхарта подогревались обыкновенными каменными печами, благодаря чему выращивание летних цветов становилось возможным даже зимой, когда температура опускалась до минус 10 – 15 градусов по Цельсию. Поскольку такая технология требовала колоссальных денежных затрат и недиюжинного физического труда, стоимость выращенных цветов была в 3 – 4 раза выше, чем в Нидерландах.
Сказать, что европейские колонисты недолюбливали Краунхарта - значит ничего не сказать. Для чернорабочих, работавших за гроши, и преуспевающих бизнесменов, стремящихся занять влиятельные должности в городском руководстве, он стал настоящей «белой вороной». Цветочник не интересовался политикой, не посещал торжественных обедов, на которых присутствовала городская элита Нового Амстердама, и даже отказывался жертвовать деньги на благотворительность. Он работал только на себя и жил в своём замкнутом мире.
Однако бизнес Краунхарта шёл в гору. Самые большие деньги он зарабатывал на поставке цветов на торжественные мероприятия. Причём голландец наотрез отказывался вести дела с клиентами с глазу на глаз. Все контракты заключались по почте. Сначала чиновники извещали его о грядущем банкете и присылали задаток, а в назначенный день Краунхарт направлял к ним дилижанс, до верху гружёный цветами.
Бизнес цветочника просуществовал до 1655 года. Краунхарт не в силах был справиться с конкурентами из Азии, которые завалили нью-йоркский рынок дешёвыми и диковинными цветами, и объявил о своём банкротстве. После смерти бизнесмена в 1657 году его земли должны были отойти двум сыновьям, однако те бесследно исчезли. Территории стали собственностью города, то есть десятка чиновников Нового Амстердама. Часть историков предполагает, что детей Краунхарта просто-напросто убили, а тела закопали. К сожалению, методы незаконного присвоения чужого имущества не менялись никогда...
Чиновники за несколько дней сравняли с землёй все постройки Краунхарта, включая его особняк и теплицы. Образовавшийся пустырь превратился в блошиный рынок, который просуществовал до 1690 года. Каждый, кто желал что-либо продать или обменять, должен был заплатить символическую сумму. Поскольку в тёплые солнечные дни на рынке собиралось до тысячи человек, городская казна получала хороший доход.
Следующим владельцем земель стал Изекил Ван Гоффен – пожилой голландский врач, практиковавший в Америке нетрадиционную медицину. Историки придерживаются разного мнения относительно личности этого человека. Одни говорят, что он был доктором от Бога и излечивал людей от туберкулёза и сифилиса. Другие считают его опытным шарлатаном, который попросту выкачивал деньги из тяжело больных людей.
Ван Гоффен основал на купленных землях оздоровительный центр, который напоминал нечто среднее между баней и госпиталем. Самой популярной процедурой была «воздушная ванна» (нечто вроде современного джакузи). Пузырьки в бассейне появлялись после того, как несколько чернорабочих в подвале центра начинали крутить колесо незамысловатого аппарата.
Ещё одна диковинная процедура центра именовалась «пчелиное одеяло». Суть её заключалось в том, что человека помещали в ванну с жидким мёдом, где он проводил от двух до четырёх часов. Естественно, позволить себе такую ванну могли только очень состоятельные жители Большого Яблока.
Медицинский центр Ван Гоффена полностью сгорел в 1735 году. Причиной послужила шаровая молния, которую очевидцы пожара окрестили «дьявольским знамением». Сам Гоффен был арестован в 1740 году голландскими солдатами за финансовые преступления, совершённые в Нидерландах много лет назад. После ареста и депортации доктора из Америки его следы раз и навсегда потерялись.
В последующее столетие земли пережили ещё шесть хозяев, которые ничем особенным не отличились. Здесь открывались и закрывались бакалейные лавки, гостиницы, магазины по продаже корма для животных и почтовые отделения. Так продолжалось до 1875 года, пока территории не перешли во владение англичанина Эффингема Саттона – бизнесмена с потрясающей интуицией и деловой хваткой.
Саттон, преуспевший в самых разных сферах бизнеса, говорил, что залогом его успеха является «уважительное отношение ко всем формам жизни». Будучи невероятно добрым и отзывчивым человеком, Саттон старался помогать всем нуждающимся. Он выделял деньги на благотворительные обеды и строительство приютов, приглашал бездомных на торжественные обеды в своём имении и даже выплачивал денежные залоги за людей, которые находились в тюрьме. За все свои добрые дела Саттон получил прозвище “Святой Эфф”.
Купленную землю англичанин застроил красивейшими двухэтажными особняками, отчасти напоминающими современные таун-хаусы. Всего за два года район превратился из замусоренного пустыря в респектабельную комьюнити, засаженную дубами, соснами и экзотическими кустарниками. На продажу апартаментов в районе уходило всего 24 часа. В основном, владельцами квартир становились крупные предприниматели, политические деятели, художники, музыканты, писатели и артисты.
Не прошло и десяти лет после покупки территорий Эффингемом Саттоном, как мэр Нью-Йорка Уильям Рассел Грейс подписал указ о почётном присвоении району названия Саттон-Плейс. Это событие ознаменовалось праздничным салютом, бесплатным фуршетом для всех желающих и парадом по Первой авеню.
С 1885 года и по сей день район удерживает свою высочайшую репутацию. В XX веке здесь жили и гостили десятки, если не сотни знаменитостей с мировым именем. Именно в апартаментах Саттон-Плейс сочинял тексты песен основатель группы Queen Фредди Меркьюри, боролась с депрессией красотка Мэрилин Монро, раздавал автографы и встречался с читателями писатель Артур Миллер и вживалась в роль «борца с инопланетными монстрами» актриса Сигурни Уивер (главная героиня четырёх частей фильма ужасов «Чужой»).
Самым известным жителем Саттон-Плейс в XXI веке является генеральный прокурор штата Нью-Йорк Марио Куомо, о плодотворной деятельности которого на столь ответственном посту регулярно пишет «Русский базар».
Красоты Саттон-Плейс можно увидеть в знаменитых американских фильмах, таких, как «Уолл-Стрит» (Wall Street), «Таксист» (Taxi Driver), «Лицо со шрамом» (Scarface) и «Американский гангстер» (American Gangster).
Отправляться на экскурсию в Саттон-Плейс рекомендую в тёплое время года. Сильный, пронизывающий ветер, дующий с реки Ист-Ривер – пожалуй, единственный недостаток этого замечательного места...