Святая Каталина

Досуг
№32 (642)

Изумруд Калифорнии. Заповедник красивой жизни. Волшебный голливудский остров. Колониальная Америка 1930-х. Всё это эпитеты, подаренные небольшому, но полному очарования тихоокеанскому острову, лежащему всего в 35 км от побережья Калифорнии, чуть юго-западнее Лос-Анджелеса, – излюбленному месту отдыха калифорнийцев и дайверов со всего мира.
Административно Santa Catalina принадлежит графству Лос-Анджелес, географически – архипелагу Channel Islands, состоящему из восьми практически необитаемых (но зато хорошо военизированных) островов, протянувшихся вдоль тихоокеанского побережья США. Во всех других планах Каталина не принадлежит никому (не считая крупных магнатов, вкладывающих в нее деньги). Разве что океану и небу, как и положено кусочку рая, оброненному Богом на землю.
Здесь практически нет прироста населения. Такое ощущение, что время замерзло и остановилось для Каталины где-то на отметке 30-х годов прошлого века. Это обособленный мирок, живущий своей, лубочно-идиллической ирреальной жизнью и в то же время ни на минуту не оставляемый в покое гостями с материка и туристами, приезжающими сюда как в музей времен немого кино.
 Песчаные благоустроенные пляжи по кромке покрытых лесами гор, умиротворяющая синь океана, сливающаяся с акварельной голубизной небес, у причалов - лес яхтовых мачт со сложенными парусами-крыльями, узкие и крутые улочки, идеально ухоженные цветники, вазоны, кукольные домики в средиземноморском стиле и такие же кукольные машины – вот это и есть Санта-Каталина.
В отличие от такой современной, такой высокотехнологичной, прагматической страны, как США, Каталина, отгородившаяся от материка, а заодно и от цивилизации всего прочего мира полосой океанской воды, гордится своей консервативностью, тем, что может жить, не думая о суете большого, неспокойного, агрессивного мира и его глобальных проблемах.
Из Лос-Анджелеса до Каталины можно доплыть с соленым ветерком за час на скоростном катере, попутно любуясь игривыми дельфинами, морскими львами, стаями пеликанов, а если повезет, то и огромными китами. Или долететь на рейсовом вертолете, самолете за каких-нибудь 15 минут.
Земли у островитян не так уж и много – 35 км в длину и 8 - в ширину. Весь остров представляет собой большой заповедник с уникальной экосистемой, он же – часть национального Парка Channel Islands, включающего прибрежные воды. Одних только разновидностей гнездящихся на острове птиц более ста. На скалистых берегах лежбища sealions – калифорнийских ушастых морских львов. Туристов специально возят полюбоваться представителями местной фауны. Это одно из немногих мест в Северной Америке, где в естественных условиях сохранились островная лиса и американские бизоны.
Бизоны, кстати сказать, были завезены на Каталину в 1924 году для съемок немого фильма Зэйна Грея “The Vanishing American”. Новые выгоны им, видимо, так понравились, что за несколько десятилетий стадо увеличилось до 600 голов. Пытаясь как-то контролировать их численность, “лишних” бизонов партиями отправляли на материк – на аукционы или в индейские резервации Моронго и Лакота. Служба охраны природы, проведя научное исследование, пришла к заключению, что стадо в пару сотен голов острову не помешает – для экзотики, так сказать. Правда, недавно зоологи обнаружили, что каталинские бизоны почему-то на 45% “состоят из коровы”.
Все человеческое население острова в основном сконцентрировано на берегу живописной уютной бухточки – в единственном городе не только Каталины, но и всех восьми островов – в Авалоне (на него приходится 85% из почти 4 тысяч жителей).
Название города как нельзя лучше соответствует райской тематике. Пусть оно не ассоциируется у вас с маркой машины. Авалон – вымышленный мистический остров из средневековой кельтской легенды о короле Артуре и рыцарях Круглого Стола. Авалон – это другое измерение, это потусторонний мир, где живут волшебницы-феи и где нашел вечный покой покинувший землю король Артур.
Первым европейцем, ступившим на Каталину в 1542 году, был испанский исследователь Джон Родригас Кабрилло. Он объявил остров собственностью Испании, назвав его Сан-Сальвадор. Другой испанский исследователь Себастьян Вискайно заново открыл остров в 1602 году, в канун праздника Святой Каталины, соответственно переименовав его в ее честь. От этих двух посещений остров ничего не приобрел, кроме названий, и в течение последовавших 300 лет служил лишь пристанищем для пришлого люда, включая американских контрабандистов, случайно заплывавших рыбаков и даже русских охотников на выдру. В первой половине XIX века немногочисленные жители, осевшие на острове, перебрались на материк в поисках заработков, и Каталина снова выглядела такой же необитаемой, как остальные острова Channel Islands.
Во времена Гражданской войны здесь разместился военный гарнизон. Оставшиеся после него бараки 1864 года, которые сейчас занимает Яхт-клуб, – единственное “историческое наследие” острова.
Первым владельцем Каталины, скупившим ее на корню за $200 000, был спекулянт недвижимостью из Мичигана Джордж Шатто. Это он заложил единственный на все Channel Islands город. Были и другие, покупавшие и продававшие Каталину оптом и в розницу. Во времена Золотой лихорадки золотоискатели добрались и сюда, но вместо золота нашли в больших количествах высококачественный тальк – мыльный камень, что, видимо, и привлекло к острову внимание потомственного мыльного магната из Филадельфии, William Wrigley Jr, купившего часть острова за глаза.
Ригли, судя по всему, был человеком предприимчивым и сообразительным. Следуя семейным традициям, он продавал мыло, но стремился к самостоятельности и личной инициативе, печенкой чуя, чего не хватает покупателю и чем его можно зацепить. Добав-ляя к каждому куску мыла бесплатный пакетик соды, Ригли приговаривал: “Everybody likes something extra, for nothing”. А когда его сода стала пользоваться большим спросом, чем мыло, он уже прикладывал к соде жевательную резинку, вводя на нее моду в Штатах. Той же печенкой учуял он и несокрушимую силу воздействия рекламы на простого обывателя, став попутно со жвачкой и ее родоначальником. Свои огромные затраты на рекламу Ригли комментировал так: “Tell them quick and tell them often”.
Вот этот мыльно-жвачно-рекламный “король” Америки и стал крестным отцом Святой Каталины, практически безраздельно владея ею с 1919 по 1975 год. И не только отцом крестным, но и “биологическим”, поскольку именно ему остров в первую очередь обязан тем, что он есть сейчас. Впервые посетив Каталину уже после того, как купил ее часть, Ригли понял, что сделал правильный выбор. А поняв, приобрел все остальное. И принялся отстраивать Авалон – не только жилые дома, которые тут же выгодно продавал, но и всю инфраструктуру. С появлением этого господина и благодаря ему началась звездная пора и история острова-курорта.
Чтобы привлечь внимание туристов к Каталине, Ригли уговорил Гертруду Эдерл – первую женщину, переплывшую в 1926 году Ла-Манш, повторить свой подвиг, проплыв от Каталины до материка, тем более что расстояние примерно такое же. Она согласилась, и магнат объявил “Океанский марафон Ригли”, ассигновав на это мероприятие 25 тысяч долларов, 15 из которых предназначались тому, кто доплывет первым. В заплыве приняли участие 102 пловца, но практически все сошли с дистанции. До берега доплыли трое. Канадец Джордж Юнг пришел первым - за 15 часов 44 минуты. Второе и третье места поделили между собой две женщины.
Только на период Второй мировой войны остров был закрыт для туристов, потому что вместе с другими тихоокеанскими островами страны использовался как полигон для американских военных сил – морских, сухопутных и воздушных. Именно тогда на вершине горы был построен Airport in the Sky. До этого на остров по воздуху можно было попасть только на гидроплане. В 1975-м дети Ригли передали свои права на остров под управление некоммерческого общественного Фонда охраны Санта-Каталины. А их семейный особняк стал отелем.
Со времен “жвачного короля” (именно так знает Америка Уильяма Ригли) Каталина ни чуточки не изменилась. Ее жители ревностно сохраняют атмосферу первой половины ХХ века – не только на физическом, но и на ментальном уровне. Здесь по-прежнему курсируют допотопные туристические автобусы. Основной индивидуальный транспорт ограничен велосипедами и golf-carts – машинами-малютками, на каких ездят по гольф-площадкам, чтоб не загрязнять воздух и не нарушать идиллию элитного покоя. Даже страшно себе представить, в какой шок и ужас повергла бы выходка чужака, вздумай он с грохотом и ревом промчаться по крутым тихим улочкам города на мотоцикле.
Туристы могут, конечно, при желании воспользоваться такси – через Транспортную службу острова, но поощряется передвижение по городу на рентованных велосипедах и гольф-тележках. Ввоз автомашин на Каталину для самих островитян строго лимитирован. Своей очереди им приходится ждать иногда по 10 лет.
Аллергия на перемены у авалонцев если уж и генетическая, то лишь наполовину. Вторая половина – заслуга инвесторов-бизнесменов, вложивших деньги в курортную структуру острова и не заинтересованных в том, чтобы на нем что-либо менялось. Стиль ретро во всем здесь как бы оговорен соглашением между инвесторами и горожанами.
 Уже издали, при заходе в гавань Авалон, в глаза бросается огромное круглое здание, выдержанное в мавританском стиле. Известное как “Казино” и ставшее символом города, оно действительно уникально. Построенное Уильямом Ригли в 1929 году, в ту пору здание было самым высоким в графстве (43 м). Причем к игорному бизнесу ни тогда, ни после Казино на Каталине не имело никакого отношения. Это огромный (самый большой в мире) танцевальный зал диаметром 55 метров, в котором в прошлом веке устраивались пышные балы, а в настоящее время – в основном свадьбы.
Зал знаменит на всю страну не только своими размерами, но и тем, что там выступали всемирно известные джаз-банды. Авалон всегда тяготел к джазу. До сих пор здесь ежегодно проводится джазовый фестиваль. В 1920-м литовский эмигрант еврейского происхождения Ал Джолсон (Аса Йолсон), пользовавшийся в Америке бешеной популярностью, написал джазовую композицию “Авалон”, сразу же ставшую классикой джаза, и исполнял ее вместе с композиторами Де Сильвой и Роузом.
В “Казино”, задуманном Ригли как место развлечения и отдыха горожан, помимо танцевально-концертного зала, функционируют огромный кинотеатр, несколько музеев, художественная галерея и ресторан. В Музее истории Каталины, например, представлено культурное наследие острова за 7 000 лет.
 В 1920-1940-х годах Каталина была для Голливуда самой желанной съемочной площадкой. Причем снимали здесь практически любую натуру – от Таити (Mutiny on the Bounty, 1935) до Нового Орлеана (Тhe Buccaneer, 1938). Кинозвезды с удовольствием принимали участие в таких съемках, больше похожих на увлекательный отдых. В свободное время члены съемочной группы жили на шикарных виллах, катались на яхтах и водных лыжах, к их услугам были рестораны, бары, кафе, а по вечерам - хорошая музыка и балы под оркестры Глена Миллера и Бенни Гудмана. А в 1950-60-х годах остров стал одним из первых в мире центров научных исследований океана.
Пляжи на Каталине, как и во всей Америке, общественные (т.е. бесплатные), они тянутся вдоль всего побережья острова. Два из них на той стороне Каталины, что обращена к открытому океану и доступна свободным волнам и штормам, прекрасное место для серфинга. Эти пляжи – Shark Harbor и Ben Weston Beach, покрыты серебристо-серым песком (свидетельство того, что недра острова богаты серебром и кварцем).
Курортная жизнь не затихает ни зимой, ни летом, если учесть к тому же, что лето в Калифорнии круглый год, лишь с незначительными колебаниями температуры в ту или иную сторону. А вот вода в океане благодаря холодным течениям и без того не слишком теплая, зимой и весной явно “некупательная”. Но чтобы туристы зимой, не дай Бог, не заскучали, для них организуются в Авалоне различные мероприятия – от выставок живописи и хайкинга до забега быков. Под водой Каталина хороша не меньше, чем над водой. Это одно из лучших мест для дайвинга в Северной Америке. А Жак-Ив Кусто так вообще считал его одним из самых интересных и привлекательных в мире. Любители подводного плавания съезжаются сюда с разных концов земного шара.
Огромной популярностью у туристов пользуется Морской парк “Avalon’s Casino”. Отгороженный буйками от катеров и яхт, он начинается прямо в гавани, у подножия круглого здания “Казино”. И уже в нескольких метрах от берега ныряльщики попадают в самый настоящий подводный лес. Только представьте себе: со дна поднимаются роскошные бурые водоросли Macrocystis pyrifera. Благодаря пузырькам газа в стволах и листьях, они тянутся к поверхности сквозь всю толщу воды, образуя гигантские заросли. Пластично изгибаются колышущиеся длинные листья и ветви, увенчанные жутко дизайновыми шариками.
Эти подводные леса вырастают до размеров наземных деревьев – в несколько десятков метров (а иногда и до 100 метров), создавая фантастический, сказочный мир. А между ними плавают ярко-оранжевые гарибальди, калифорнийские рогатые акулы – самые маленькие в мире, толстоголовые губаны, роскошные горгонарии, прячутся в расщелинах скал мурены, осьминоги, ползают по дну омары, голожаберные моллюски, шныряют поблизости забавные и любопытные ушастые морские львы. Обычные океанские рыбы – это уж само собой.
Катера со стеклянным, прозрачным дном совершают туры по рифам и местам кораблекрушений. Туда же возят и ныряльщиков-профессионалов. Около одинокой, напоминающей парус скалы Ship Rock затонувшая 30-метровая шхуна XIX века Diosa del Mar. Яхта “Отважная” лежит на дне в паре сотен ярдов от пляжа Descanso. Уж и не знаю, в качестве приманки для дайверов или на самом деле, а только местные жители утверждают, что вместе с яхтой затонули старинные драгоценности, которые так и не были найдены. Но без пропуска портовой инспекции нырять в этом месте не разрешается. Самой давней из подобных достопримечательностей считается корабль китайских контрабандистов, покоящийся на дне у западных берегов острова...
Увы, пожары, терзающие Калифорнию, время от времени вторгаются и в мирную идиллию острова. Последний случился в мае прошлого года. В ужасе были не только островитяне, но и жители прибрежных районов, наблюдавшие, как их любимую, “не от мира сего” Святую Каталину окутывает быстро разрастающееся облако дыма. Огонь вспыхнул на покрытых лесами склонах гор, в опасной близости от Авалона, успев зацепить один жилой дом и несколько коммерческих зданий.
На острове есть своя небольшая пожарная станция – команда из десяти пожарников и четыре машины. Справиться такими силами в одиночку, естественно, невозможно. К пожарным в тот злополучный день присоединились добровольцы – жители города во главе с мэром Робертом Кеннеди. Этот мужественный человек сражался с огнем наравне со всеми на самой передовой линии. И вместе со всеми спасался бегством через туннель в сплошной стене огня. Однако силы были слишком неравные.
Помощь пришла одновременно с воды и с воздуха. Подключились все графство Лос-Анджелес, его авиация, флот и береговая охрана. Самолетов, вертолетов и судов было так много, что со стороны это больше походило на военные действия. Да, собственно, так оно и было. Калифорнийцы сражались хоть и не с двуногим врагом, но не менее опасным – коварным, безжалостным и непредсказуемым.
Над островом висели удушливый смог и гарь. Все четыре тысячи жителей были благополучно переправлены на материк. А когда на следующий день островитяне вернулись к своим домам, их взорам предстали обугленные склоны холмов и опустевший, притихший город, покрытый толстым слоем белесого пепла, но целый и невредимый. На улицах, прямо под стенами, сидели обессиленные, вымазанные сажей пожарные.
Случай этот лишний раз продемонстрировал, что хоть жители Санта-Каталины и создали на острове свой обособленный, замкнутый мирок, они – полноправные члены единой калифорнийской семьи, всегда готовой не только наведаться к ним на уик-энд в гости, но и при необходимости прийти на помощь.