“САМ С ЭТИМ никогда не СТАЛКИВАЛСЯ”

В мире
№7 (617)

Милиционеры на дорогах никогда не вымогали взяток с Владимира Владимировича Путина. О чем он и сообщил на коллегии министерства внутренних дел.
Но главным было, конечно, не воспоминания главы государства о его частных контактах с инспекторами дорожной службы. Последней коллегии МВД, которую Путин проводил в ранге президента, заранее придавалось некое особое, символическое значение. Условно говоря, что-то вроде обращения и завещания: господа офицеры, вы опора и надежда власти, вы держите страну под контролем, служите будущему президенту так же, как и действующему.
Ничего подобного не было. Встреча президента с руководителями МВД оставила странное ощущение. Необязательностью самого разговора и выбором основной темы. Глава государства сосредоточился на коррупции, призвал милицию к борьбе с ней. 
“Самая главная проблема, которой МВД должно уделять особое внимание, - выявление коррупции и доведение таких дел до суда”, - сказал он.
Как будто президент не знает, что милиция в общественном мнении считается не менее, а даже более коррумпированной, нежели чиновничество. Уровень денежных сумм, конечно, другой. “В милиции не взяточники, а щипачи - взяточники сидят в других местах”, – говорил начальник Московского УВД генерал Пронин.
Беспощадное истребление мздоимства на всех этажах власти - по сути, условие сохранения страны. По общему мнению, коррупция разъедает Россию. Если так будет продолжаться, то в ближайшем будущем вполне реальна угроза замены государственной власти мафиозной. Как говорят в подобных случаях,  выжигать надо каленым железом. В такой ситуации было бы понятно воззвание президента к народу, к общественным структурам и прессе, немедленное принятие Закона о борьбе с коррупцией, который вот уже второй десяток лет пылится в столах Государственной думы. Наконец, создание специального органа, наделенного высшими полномочиями, - к примеру, Федерального бюро по борьбе с коррупцией.
Одним словом, чрезвычайные меры.
Вместо этого В.В.Путин призывает милицию. А ей, по всем опросам общественного мнения, не доверяет практически никто. Однако не только коррупционность в органах МВД делает обращение президента к ней более чем странным.
Милиция пользуется в народе страшной славой. Ее считают средоточием самого оголтелого произвола и насилия.
Вот только два примера, о которых говорят сейчас.
В конце января Европейский суд по правам человека обязал Россию выплатить 70 тысяч евро уроженке Нижнего Новгорода Ольге Масловой. Расследуя дело об убийстве и допрашивая свидетельницу (!) Маслову, нижегородский милиционер вначале пристегнул ее наручниками к стулу и изнасиловал. Потом добивался необходимых показаний, избивая Маслову в течение трех часов, душил, надевая противогаз и перекрывая шланг для доступа воздуха (называется “слоник”), пытал электрическим током. В таких случаях обыватель кричит: куда смотрит прокуратура?! Следователи прокуратуры пришли. И тоже начали насиловать 19-летнюю девушку.
Затем ее выпустили (?!). Значит, были уверены, что она никуда не пойдет и никому не пожалуется. Но она пошла. И с тех пор ходила по кабинетам 9 лет. Вплоть до канцелярии господина Лаптева, уполномоченного РФ при Европейском суде по правам человека. И везде получала отказы. Как можно понять из этого, господин Лаптев состоит при Европейском суде не для защиты прав человека в России, а для отвода жалоб россиян. “Показания Масловой о насильственных действиях в ее отношении непоследовательны и носят общий характер в части описания ею роли каждого из обвиняемых в инкриминируемом им деянии”, - сказал он, обосновывая свой отказ.
В одном Страсбургском суде находится 17 подобных дел только по Нижегородской области.
И за похожими примерами не обязательно ходить в Страсбург.
Почти три года назад посадили в психушку 17-летнего Диму Медкова из села Китаевка Ставропольского края. За то, что он расчленил и сжег в печке свою сестру. А несгоревшие останки выбросил в реку. Как добились от него признания - в подробностях неизвестно. Дима сказал матери, что его подвешивали на растяжках. И еще – пригрозили, что убийство сестры припишут матери. Тогда он сознался в том, чего не совершал и не мог совершить.
Через два с половиной года его сестра написала матери письмо. Объяснила, что тайком уехала в Дагестан, вышла замуж, живет хорошо, в достатке.
Все эти два с половиной года Диму непрерывно пичкали нейролептиками. В каком он состоянии сейчас – можно представить.
А оперативники, которые выбили признания из Димы Медкова, продолжают служить, расследуют другие дела. Не наказаны и те, кто пытал и насиловал Ольгу Маслову, - они благополучно уволились из органов правопорядка.
После обнародования таких и многих других схожих фактов более чем сомнительно само право современной милиции олицетворять правосудие.
Кстати, когда на коллегии зашла речь о поборах блюстителей закона на дорогах, кто-то из зала бросил реплику: взятка сотруднику ГИБДД за серьезное правонарушение - от 1,5 до 3 тысяч долларов. Тогда Владимир Владимирович Путин и сказал: “Сам с этим никогда не сталкивался”.
Если он не сталкивался с поборами милиции, то наверняка слышал о коррупции в структурах законодательной и исполнительной власти. Не только от оппозиционеров, которые представили большой доклад “Путин. Итоги”, посвященный главным образом этой теме. Допустим, что оппозиционеры “клевещут”. Но параллельно с коллегией МВД в структуре, вполне лояльной власти, - в Общественной палате при президенте РФ проходило обсуждение доклада “Природа и структура коррупции в России”. Его подготовил Институт общественного проектирования при участии Института сравнительных социальных исследований.
Характерно вступление: “Коррупционногенная структура сегодня опутала все слои российского общества”.
Остальное – детали. Среди них интересна такса. То бишь размеры взяток за то или иное “дело”, за тот или иной пост.
Должность руководителя департамента в государственной компании добывающей отрасли - 12,5 миллиона долларов.
Должность в федеральных органах исполнительной власти – 10 миллионов долларов.
Место депутата Государственной думы в партийном списке – от 2 до 5 миллионов долларов.
За внесение выгодного законопроекта в парламент – 250 тысяч долларов.
Должность в органах исполнительной власти среднего звена – 100 тысяч долларов.
Коррупционные преступления – самые сложные. Жизнь показала, что милиция с ними не справляется, и уповать на нее по крайней мере наивно. При таком уровне – от депутата до должности в федеральной власти, при масштабе цен до 12,5 миллиона долларов - как-то беспомощно звучит обращение к милиции. Что она может и сможет, даже если хочет и умеет?
И потому выступление президента на коллегии МВД представляется неким пустым ритуалом, наполненным пустыми словами.   
Москва