Когда в товарищах согласья нет...

В мире
№14 (885)

 

Главный вопрос, который волновал мировые СМИ на минувшей неделе в связи с гражданской войной в Сирии - было ли в итоге применено химическое оружие одной из сторон. Насколько можно судить на данный момент, проведенные проверки показали, что все же обошлось без химии

 
Несмотря на то, что речь в любом случае не шла о массовом применении, внимание, уделяемое данной проблеме, отнюдь не случайно. Западные страны, особенно США, в свое время обозначили использование Асадом химического оружия как некую “красную черту”, после пересечения которой они будут вынуждены вмешаться в происходящее. Поэтому в данном контексте вполне объяснимо желание повстанцев уличить противника в применении “химии”. 


С другой стороны, хотя верные режиму войска и ведут интенсивную подготовку к применению химического оружия, о чем в недавнем выступлении на Герцлийской конференции заявил глава АМАНа Авив Кохави, практическое воплощение этого шага может обойтись сирийскому режиму очень дорого, и потому (по крайней мере пока) Асад от него воздерживается. Тем более бессмысленным выглядит условное локальное применение, как в обсуждаемом на прошлой неделе случае, которое никаких решающих изменений на поле боя не принесет, зато сулит огромную опасность, если его факт будет доказан. 


Правда, нельзя исключать каких-то ошибок или даже самодеятельности на местах. И если во всем, что связано с химическим оружием, верные президенту силы пока не давали повода усомниться в том, что оно находится под контролем, в армейских частях ЦАХАЛа, дислоцирующихся в районе Голанских высот, ситуация выглядит иначе. 


Примером этого стали события субботы и воскресенья, когда дважды, с небольшим временным интервалом, обстрелу из крупнокалиберного пулемета с опорного пункта сирийских правительственных войск подверглась израильская территория. Несмотря на то, что именно в этих местах сейчас происходят интенсивные столкновения с повстанцами, вряд ли можно говорить о случайности. 


По странному совпадению в первом случае пуля попала в двигавшийся вдоль границы в районе Тель-Фареса израильский патрульный джип. Командование ЦАХАЛа немедля прибегло к шагу, который уже раньше было решено предпринимать в случаях подобного рода. Заключается он в том - и это подтвердили в канцелярии министра обороны, - что если источник обстрелов удается идентифицировать, он должен быть немедленно подавлен. Позиция, с которой стреляли, была поражена управляемой ракетой “тамуз”, в результате чего как минимум двое сирийских солдат то ли погибли, то ли были ранены. 


Ракета данного типа (в базисном варианте) была принята на вооружение еще в первой половине 80-х, но сам факт ее существования рассекретили совсем недавно. “Тамуз”, дальность которого составляет 25 км, состоит на вооружении артиллерийских войск. В боеголовке ракеты находится видеокамера, транслирующая то, что “видит” летящая ракета, на пульт оператора. Он, в свою очередь, наблюдая через эту камеру цель, корректирует полет ракеты и с высочайшей вероятностью добивается прямого попадания. Кстати, стоимость одного “тамуза”, согласно озвученной ЦАХАЛом информации, - примерно полмиллиона шекелей.


Именно сирийская часть Голанских высот, а также прилегающая к ней с юга провинция Дераа, стали в последние недели основной ареной боев между повстанцами и правительственными войсками, в которых первые достигли значительных тактических успехов. Одним из них стал захват базы армейской механизированной бригады, который, кроме всего прочего, ознаменовался обезглавливанием трупа ее командира, бригадного генерала. Среди действующих здесь группировок повстанцев доминируют “Мученики Ярмука”, выкладывающие множество роликов со своими “подвигами” в Интернет. В частности, члены группировки показывают миру недавний захват филиппинцев - военнослужащих войск ООН (затем они были освобождены) и расстрелы захваченных в плен лоялистов. Только в последние дни в руки действующих в Дераа боевиков попало немало военной техники и боеприпасов, в том числе переносные зенитно-ракетные комплексы (ПЗРК), тяжелая артиллерия и исправные танки с БМП. Даже частичное применение этих трофеев не сулит верным Асаду силам ничего хорошего. 


Так подробно на действиях группировок повстанцев из Дераа и района Кунейтры я остановился не случайно - все это происходит иногда в считанных километрах, а иногда и в сотнях метров от израильской границы. Таким образом, весьма высока вероятность того, что уже в довольно близкой перспективе Израилю придется иметь дело с отмороженными “Мучениками Ярмука” и подобным им головорезам.


Именно в этих группировках в конце минувшего года впервые засветилось в массовом количестве оружие “югославского происхождения”. В первую очередь речь шла о безоткатных орудиях и нескольких разновидностях ручных гранатометов. 
Т. к. на вооружении правительственных войск подобные модели не состоят, сразу можно было сделать вывод, что речь идет о крупных поставках, организованных арабскими союзниками повстанцев. До недавних пор об этом очень много говорилось, но свидетельств того, что так оно и есть, было крайне мало. 


Сразу надо сказать, что речь не идет о чем-то суперсовременном и сногсшибательном, однако для сирийских повстанцев, у которых во многих частях страны огромный дефицит самых базисных вооружений и боеприпасов, подобные поставки стали серьезнейшим подспорьем им. Как выяснилось позднее, дороги вели в Хорватию, где на деньги Саудовской Аравии и Катара было закуплено оружие. 


Неожиданностью стало сообщение о том, кто осуществлял перевозки и, по всей видимости, непосредственную доставку товара повстанцам. Как показало расследование газеты “Нью-Йорк таймс”, а это очень и очень серьезный источник информации, главным доставщиком и исполнителем стали вооруженные силы Иордании. Для этого ими была создана фиктивная авиаперевозочная компания, которой оказались временно переданы два иорданских военно-транспортных Ил-76. Они-то и совершили десятки документально зафиксированных рейсов за оружием из Аммана в Загреб. 


В связи с этим становится понятно, почему хорватское оружие оказалось в больших количествах в первую очередь в местностях именно вблизи иордано-сирийской границы. Правда, одними иорданцами дело не ограничилось: большое количество этих вооружений было перевезено также саудовскими и катарскими самолетами в Турцию, а оттуда доставлено в Сирию. 


Интенсивность рейсов и поставок возросла после повторного избрания Обамы на пост президента, и газета особо отмечает, что все эти масштабные логистические операции производятся не без содействия ЦРУ. Именно тем, что хорватское происхождение оружия для повстанцев стало достоянием гласности, и оказалось обусловлено решение Загреба отозвать своих военнослужащих, численностью около 100 человек, входящих в контингент ООН (UNDOF), дислоцированный на Голанских высотах, в демилитаризованной зоне между израильскими и сирийскими позициями. 


Желание хорватов не оказаться жертвами мести верных Асаду сил вполне объяснимо, однако вывод их контингента наглядно демонстрирует: при возникновении опасности или резком изменении обстановки, не только исполнение контингентом UNDOF его задач становится невозможным, но и под большим вопросом оказывается само его существование. 


Вполне, возможно, что если ООНовцы и дальше продолжат попадать под удар, как это уже было с филиппинцами, мы станем свидетелями конца UNDOF. 


Иными словами, нельзя быть уверенными в том, что подобного рода контингенты являются серьезным гарантом соблюдения разного рода мирных соглашений и перемирий. При нынешней ситуации в Сирии на повестку дня все чаще всплывает риторический вопрос о том, кто защитит ООНовцев


На состоявшемся 26 марта в Катаре саммите лидеров ЛАГа было принято официальное решение, что каждый из членов Лиги может оказывать сирийским повстанцам прямую военную помощь, хотя на практике это происходит и так. Нынешняя конференция ЛАГа оказалась примечательна тем, что Сирию на ней представлял Моаз аль-Хатиб, в ноябре 2012 избранный президентом Национальной коалиции революционных и оппозиционных сил. Аль-Хатиб, инженер по образованию, был имамом одной из важнейших дамасских мечетей, но несмотря на это, не является исламистом. Не так давно он, в противовес подходу многих оппозиционных движений, выражал готовность при определенных условиях пойти на переговоры с режимом Асада. 


Несмотря на присутствие аль-Хатиба в Катаре в качестве лидера оппозиции его перспективы в этой роли крайне туманны. Дело в том, что 24 марта он подал в отставку со своей должности, и пока неясно, вступит она в итоге в силу или нет. 


Причина этого шага озвучена не была, но догадаться о ней несложно: она стала следствием избрания на прошлой неделе Гасана Хитто премьер-министром переходного правительства оппозиции. Избрание произошло в заметной степени под давлением Катара, но слишком многим оппозиционерам назначение давно проживающего в США Хитто пришлось не по вкусу. Среди них не только аль-Хатиб, но и, что очень важно, наиболее влиятельная вооруженная группировка повстанцев - Сирийская свободная армия (ССА). О своем непризнании этого назначения заявил начальник генштаба ССА генерал Салим Идрис, а ведь именно на территории, освобожденной его людьми, и должно действовать переходное правительство. 
Тем временем в ночь с 24 на 25 марта Риад аль-Асад, бывший полковник сирийской правительственной армии, а с лета 2011 года командующий и основатель ССА (несмотря на эти титулы, на первую роль в ней вышел Идрис), был тяжело ранен в районе города Дир эз-Зор. Как сообщили представители повстанцев, в машине аль-Асада сработало взрывное устройство. Раненого полковника переправили в Турцию, где ему была ампутирована ступня. Стало ли происшедшее результатом довольно успешной операции асадовских спецслужб, или, может быть, каких-то внутренних разборок в среде повстанцев, пока не ясно. В любом случае, как можно видеть, даже “официальную” оппозицию раздирают серьезнейшие противоречия. Ведь в нее вообще не входят различные исламистские, племенные и курдские движения. Да и сугубо военная составляющая носит весьма относительный характер, несмотря на определенный прогресс в деле координации усилий между рядом группировок. Отсутствие единства не только осложняет и продлевает борьбу оппозиции с режимом Асада, но и делает весьма шаткими прогнозы относительно послеасадовскго будущего Сирии.
 
 “Новости недели”