НЕСГИБАЕМЫЙ

В мире
№51 (609)

Такие люди есть – несгибаемые, неустрашимые. Откуда силы и смелость берутся, какая идея-страсть ими движет, как заглушают они страх и вообще, есть ли у них страх, - нам, простым обывателям, не узнать и не понять.
Полковник Михаил Трепашкин не успел выйти из заключения – и уже ринулся в бой. О его заявлении говорит вся зарубежная пресса.
Трепашкин утверждает, что еще в сентябре 2002 года человек по имени Виктор по поручению ФСБ предложил ему убить Александра Литвиненко, бывшего подполковника ФСБ, который совместно с историком Юрием Фельштинским написал и издал за рубежом книгу “ФСБ взрывает Россию”. Литвиненко умер в Лондоне от отравления радиоактивным полонием-210 в ноябре 2006 года. Родственники и друзья утверждают, что за его смертью стоят российские спецслужбы. Прокуратура Великобритании требует выдачи подозреваемого, российского гражданина Андрея Лугового, только что избранного депутатом Государственной думы России по списку ЛДПР.
Теперь обвинение поддержит свидетельскими показаниями Михаил Трепашкин. “Виктор сказал мне, что очень серьезная группа создана для того, чтобы разобраться во всех делах, связанных с Литвиненко и Березовским раз и навсегда, – говорит он. - Он хотел, чтобы я помог ему разыскать родственника Литвиненко, который жил в Москве. Я подозреваю, что он планировал какую-то мерзость, чтобы оказать давление на Литвиненко... Он сказал мне, что специальная группа направлена в Бостон, где проживал Фельштинский, для наблюдения за ним... Я предупредил об этом Литвиненко, и он к этому очень серьезно отнесся”.
Михаил Трепашкин готовит письменные показания для Европейского суда по правам человека чтобы поддержать иск вдовы Александра Литвиненко – Марины Литвиненко. Она обвиняет российское правительство в соучастии в убийстве Литвиненко, а также в том, что оно не провело тщательного расследования в связи с его смертью. Не останется в стороне, надо полагать, и британская прокуратура. Она, наверно, попросит Трепашкина приехать в Лондон. И как его не выпустить – очередная головная боль для власти.
“Все, что говорил мне Виктор, встало на свои места, когда я услышал, что Литвиненко отравлен, - рассказывает Трепашкин. - С самого начала я не сомневался в том, что за убийством стоит ФСБ, и я понял, что Виктор не блефовал... Провести это без помощи государственных структур было невозможно. Литвиненко был убит из мести и для того, чтобы показать: никто из очернивших ФСБ не может думать, что он в безопасности, куда бы он ни убежал”.
Кто такой Виктор? По словам Трепашкина, Виктор работал в ФСБ, но его уволили после того, как он принял участие в пресс-конференции сотрудников ФСБ в 1998 году. Эти офицеры, в числе которых были Литвиненко и Трепашкин, заявили, что их руководство приказало им убить Бориса Березовского, который тогда занимал должность исполнительного секретаря Содружества независимых государств. Исходя из этой информации, можно предполагать, что “Виктор” – это Виктор Шебалин, полковник ФСБ. После той знаменитой пресс-конференции его, как и всех остальных, уволили из ФСБ. Но потом, видимо, простили, оставили в действующем резерве. Именно с Шебалиным встречался Трепашкин летом 2002 года и просил передать ФСБ, что в Москве неведомо откуда возник полевой командир Абдул, специалист по террористическим операциям. С мая 2002 года в Западном и Юго-Западном округах столицы появилось много вооруженных чеченцев, есть информация, что их склад оружия находится в подмосковном поселке Загорянка. Что-то готовится, и надо срочно работать в этом направлении! – предупреждал Трепашкин.
Его предупреждению не вняли. А вскоре террористы захватили Театральный центр на Дубровке, во время спектакля “Норд-Ост”.
Трепашкина же арестовали. Уволенный из ФСБ, он стал адвокатом и в то время представлял потерпевших в деле по взрывам домов в Волгодонске и в Москве в 1999 году. И обратил внимание на странное невнимание со стороны ФСБ к сигналам о чеченских террористах. А также обнаружил странные связи. Когда милиция опубликовала фоторобот человека, который снимал подвал, использованный как склад гексогена, Трепашкин опознал в нем некоего Владимира Романовича, тесно связанного с ФСБ. Его показания поддержали еще два свидетеля. Трепашкин говорит, что после его свидетельства срочно сделали другой фоторобот. А Романович через несколько месяцев погиб в автомобильной аварии.
“Мне стало ясно, что со взрывами связана какая-то очень темная история, - вспоминает Трепашкин. - Я пришел к выводу, что за ними стояли спецслужбы”.
За неделю до начала процесса адвоката Трепашкина арестовали. Он отсидел в колонии четыре года. Семь месяцев из них – в карцере.
Нижнетагильская колония, где он отбывал срок, - особая, для работников правоохранительных органов. Нельзя же их помещать на одной зоне с обычными уголовниками. А Михаила Трепашкина, когда подошло время его освобождения, хотели перевести в колонию общего режима. В надежде, что зеки там его зарежут? Но все же не решились – побоялись международного скандала. Лишь говорили, что за оставшийся срок умереть не дадут, но калекой сделают.
“Часто угрожали, и порой мне казалось, что живым я оттуда не выйду, - вспоминает Михаил Трепашкин. - Но они меня не сломили. И замолчать не заставили. Я считаю своим долгом продолжать говорить то, что думаю, даже если я не буду чувствовать себя в безопасности”.
30 ноября он освободился. А 9 декабря уже заявил о готовности дать показания Европейскому суду по правам человека.
“Это как болезнь какая-то, мания великого мессии! - сокрушается его жена Татьяна Трепашкина. - Он в одиночку хочет переделать наше правительство, которое уже давно живет по понятиям... Борец за правду эдакий... в одиночку на рожон лезет... Но ведь это невозможно сделать одному. Никому еще не удавалось, а он все бьется как рыба об лед... Это неправильно... Больше всего я хочу, чтобы на свободе он забросил эту свою правозащитную деятельность и занялся бы чем-нибудь другим”.
Полковник Михаил Трепашкин мог избежать заключения. Борис Березовский готов был помочь ему перебраться в Лондон, но он отказался. Несколько стран предлагали и предлагают ему политическое убежище. Был даже такой момент, когда его выталкивали за границу: мол, давай мы тебя добром выставим, все же когда-то был свой, из органов...
“Бежать из страны от преступников – это позор! – говорит Трепашкин. - Наоборот, я считаю, надо предпринять все возможное для того, чтоб в России воцарились человеческие, а не звериные принципы жизни. А преступных властных чиновников – в клетки. Но в строгом соответствии с законом и при публичности суда”.
Вот такой человек – полковник Трепашкин Михаил Иванович.
Москва


Комментарии (Всего: 2)

Переворот 17-го года привёл к власти правительство, полным составом прошедшее школу тюрем и каторги. Вот они и принесли на российский трон уголовные понятия. Подсиживая и уничтожая друг друга в борьбе за власть, эти преступники не щадили и народ. Большинство сограждан они пропустили через лагеря, Голодомор, "великие стройки" за колючей проволокой, депортацию целых народов... Породили в массах доносительство и преклонение перед паханами. Так и живут эти традиции на вершинах власти поныне.

Редактировать комментарий

Ваше имя: Тема: Комментарий: *
"наше правительство, которое уже давно живет по понятиям..."

Могу даже уточнить как долго живёт - минимум с октября 1993, когда Русские Люди были расстреляны у Останкина ради того, чтобы Миткова и дальше могла скалить зубы с экрана; чтобы антирусские помои по-прежнему выливались людям на голову из "независимого телевидения".

Редактировать комментарий

Ваше имя: Тема: Комментарий: *