Наследие крестного отца

В мире
№41 (599)

Крёстного отца Петербурга Барсукова-Кумарина долго не могли арестовать, потому что его покрывала петербургская милиция.
“Как показывает расследование, его группировка достаточно комфортно существовала в течение долгого времени, более 10 лет, - рассказывал на пресс-конференции Генеральный прокурор Юрий Чайка. - В настоящее время к уголовной ответственности привлекаются 76 участников организованного преступного сообщества, из них 33 человека уже арестованы, 13 объявлены в федеральный и международный розыск. В ближайшие дни самому Барсукову будут предъявлены обвинения в организации преступного сообщества, экономических преступлениях, сопряженных с убийством, несколькими покушениями на убийство...
Начав эту работу, мы сразу же столкнулись в Санкт-Петербурге с откровенным предательством служебных интересов как со стороны своих сотрудников, так и со стороны некоторых чиновников органов государственной власти, отдельных руководителей и оперативных работников правоохранительных органов... Несколько раз менялась следственная бригада, так как информация непонятным образом “утекала”. Так, не единожды срывалось задержание Владимира Барсукова из-за того, что его кто-то предупреждал... К сожалению, Барсуков имеет сильное влияние в Петербурге...”.
В Петербурге оскорбились. Заместитель начальника Управления по борьбе с организованной преступностью Владимир Сыч заявил, что они первыми начали борьбу с так называемой Тамбовской преступной группировкой Барсукова-Кумарина, а федеральные органы, включая Следственный комитет МВД и Генпрокуратуру, как раз им и мешали: “Я не публичный человек, но в этом деле необходимо расставить акценты... Где-то начиная с конца 2006 года, когда мы вплотную подобрались к ближайшему окружению Барсукова, у нас начались недопонимания... Создавалось впечатление, что кто-то пытается развернуть Генпрокуратуру против нас. Вплоть до того, что Генпрокуратура сейчас на полном серьёзе отрабатывает версию о том, что один из офицеров УБОПа в начале 1990-х годов был похищен “тамбовскими”, вывезен в лес и там присягнул им на верность... А теперь, после пресс-конференции генпрокурора, работать стало вообще невозможно”.
Если уж возник конфликт между УБОП в Петербурге и Генпрокуратурой в Москве, то во всех остальных сферах жизни и деятельности Петербурга арест Барсукова-Кумарина (см. статью “Тамбовский волк”, “РБ” от 30 августа 2007.) стал подобен землетрясению. Да и не только Петербурга. Его империя простиралась далеко за пределы города, захватывая области и предприятия Северо-Запада и Центрального федерального округа.
Сейчас Генпрокуратура и Петербургский УБОП объявили об аресте трёх лидеров крупных преступных объединений - Бадри Шенгелия (Бадри), Андрея Леухина (Медведь) и Вячеслава Дрокова (Зинка). Четвёртый – Михаил Слиозберг (Миша Купчинский) – исчез и объявлен в розыск. И все эти организованные преступные группы будто бы находились под общим руководством Владимира Барсукова, в 90-е годы знаменитого под кличкой Кум (от первой фамилии – Кумарин), а ныне в некоторых кругах именуемого “Ночной губернатор Петербурга”. Помимо имеющихся у них многочисленных крупных предприятий, таких, как Петербургский нефтяной терминал и Петербургская топливная компания, они готовили рейдерский захват ещё 40 заводов, фабрик, комбинатов, фирм и организаций. Если ещё в 2001 году тогдашний министр внутренних дел Борис Грызлов называл петербургскую экономику “конгломератом промышленных, энергетических и торговых предприятий, контролируемых оргпреступностью”, то легко представить настоящее и будущее, осуществись планы хорошо организованных бандитов. 
Но рейдерские захваты – не рэкет и не примитивный налёт. Они осуществляются при помощи бумаг с гербовыми печатями и подписями начальников, с санкцией и решением прокуратуры и судов, при помощи милиции и судебных приставов. Иначе говоря, замешаны сотни или тысячи малых и больших государственных служащих в погонах и без погон. Какое они будут оказывать противодействие следствию на всех уровнях - ещё неизвестно.
О всемогуществе и самых широких и высоких связях петербургского криминала известно всем. Почти официально. Не будем говорить о сегодняшнем дне, а приведём несколько примеров из прошлого.
В 2003 году в Москве был расстрелян из автомата крупный питерский “авторитет” Костя Могила, в миру Константин Яковлев. Его убийство связывали с самыми различными причинами, в том числе и с предстоящими выборами в Законодательное собрание Петербурга. И вот как реагировали на него официальные лица.
Депутат, бывший начальник Главного управления внутренних дел Санкт-Петербурга Аркадий Крамарев: “Яковлев был, конечно, фигурой известной, занимался предпринимательством и немного даже политикой, но связи с выборами я не усматриваю”. Другой бывший руководитель ГУВД Юрий Лоскутов: “В наши времена Константин Яковлев выполнял в городе на Неве роль стабилизатора ситуации в определённых кругах. Чтобы стрельбы не было. Однако что сейчас могло послужить причиной его убийства, мне говорить сложно”. Чувствуете, с каким почтением подбираются слова и выстраиваются фразы! Прямо-таки дипломатический протокол и высокие договаривающиеся стороны.
А вот третий бывший начальник ГУВД Петербурга и Ленинградской области Анатолий Пониделко в 2000 году в “Российской газете” весьма непочтительно отозвался о самом Куме, депутатах Законодательного собрания и мэрии Петербурга. В интервью “Пахан в законе под защитой законников” он  назвал Барсукова-Кумарина лидером “тамбовцев”, сказал, что “в его банде 300–400 штыков”. А также заявил, что Барсуков-Кумарин влияет на городскую политику через своих людей в Смольном, и у него, начальника милиции, есть список “тамбовских” депутатов и чиновников, который он передал губернатору Владимиру Яковлеву.
Барсуков подал на него в суд иск на 1 миллион рублей, и Пониделко фактически отказался от своих слов: мол, всё это придумал журналист... Может быть и так. Но когда Барсуков (Кум) оставил пост вице-президента Петербургской топливной компании, в его кресло сел бывший вице-губернатор Юрий Антонов.
И как ни крути, а не обойтись без злобы дня сего. Сейчас многие в Петербурге говорят об одном из четырёх лидеров преступных сообществ - бизнесмене Михаиле Слиозберге, он же Миша Купчинский. Одно время он был совладельцем компании “Конкурент” совместно с Павлом Крупником. И, говорят, покровительствовал ему. И будто бы по его протекции Павел Крупник стал президентом некой общественной организации. Называется она - “Российский Общественный Фонд поддержки Всероссийской политической партии “Единая Россия”. Он – член президиума регионального политсовета “Единой России”. Также всему Питеру известны добрые отношения Павла Анатольевича Крупника с председателем Петербургского Законодательного собрания Вадимом Альбертовичем Тюльпановым.
В волнении находятся и негосударственные и неполитические круги Петербурга. Поговаривают, что на трон “крёстного отца” претендуют Алик Татарин (в миру Али Беглов, глава маленького предприятия “Лукойл-Нева”) и Антиквар (в миру бизнесмен Илья Трабер). А “чисто конкретное” уголовное сообщество будоражат слухи, будто влиятельный в России вор в законе Дед Хасан выдвигает в “смотрящие” за Петербургом своего человека.