ankara escort



Экспресс-опрос "РБ"
№52 (452)

Не препятствует ли успешной политической карьере многих достойных, талантливых людей страх за свою репутацию, страх оказаться жертвой «сексуального маккартизма» и «гробокопательства»?
Добровольный (или невольный) отказ Бернарда Керика от поста министра национальной безопасности встревожил многих действующих и потенциальных политиков. Керик, не успевший стать даже калифом на час, отказался от министерского портфеля, покаявшись во вроде бы мелком грешке: у его детей некогда была нянечка – нелегалка. Возможно, он хотел предупредить дальнейшее изучение его «досье», но, увы, просчитался: ему уже приписывают внебрачные любовные связи, контакты с сомнительными полумафиозными компаниями, а в будущем, возможно, откопают и другие неблаговидные факты в его биографии.[!]
Выдвигаться на ответственный пост в наше время – значит рисковать не только своими финансами, временем и здоровьем, но и репутацией. Никто не застрахован от того, что дотошные журналисты не наткнутся на какую-то позорную страницу в истории его (ее) жизни, и не только навсегда перекроют ему (ей) дорогу в политику, но и выставят на всеобщее посмеяние. Тенденция, которую в годы правления Билла Клинтона окрестили «сексуальным маккартизмом», отнюдь не пошла на спад - напротив, она обрастает «маккартизмами» других видов – финансовым, иммиграционным и т.д.
Кристально чистых людей, как известно, нет, особенно в политике – сфере деятельности, которую испокон веков считали грязной. Но есть ведь большая разница между преступлениями и ошибками, между злоупотреблениями властью и любовными похождениями. Несколько десятилетий назад политиков оценивали по тому, что они сделали (или не сделали), находясь на посту. Сейчас о них судят по промахам в личной жизни или неточностям в налоговых декларациях. На смену «Уотергейту» и «ирангейту» пришли «моникагейты» и... «нянягейты». Конечно, очень хорошо, что рядовым американцам не навязывают приукрашенные портреты их лидеров, не поощряют идеализировать или, тем более, обожествлять «вождей». Очень хорошо, что к политикам предъявляют такие же высокие моральные требования, как к простым американцам. Но не впало ли наше общество в другую крайность? Не стало ли педантичное изучение «личных дел» действующих политиков и кандидатов вырождаться в нездоровый интерес к пикантным подробностям их жизни? Не вышел ли за все пределы азарт журналистов, охотящихся за политиками не только с лейкой и блокнотом, но и с лупой и скальпелем в руках? Наконец, не препятствует ли страх за свою репутацию, страх оказаться жертвой «сексуального маккартизма» и «гробокопательства» успешной политической карьере многих достойных, талантливых американцев, в том числе иммигрантов из СССР-СНГ?
С этим вопросом мы обратились к известным в нашей общине деятелям, в том числе к тем, кто уже пробовал идти по нелегкому политическому пути.

ЮЛИЯ ПАРНАС,
помощник губернатора Джорджа Патаки по связям с общиной выходцев из СССР-СНГ:
- Это действительно очень важный вопрос, он сейчас обсуждается под разными углами в прессе, на телевидении. Я думаю, очень многие боятся выставлять свои кандидатуры на тот или иной пост, опасаясь за свою репутацию. У всех у нас есть свои «скелеты в шкафу», и никто не хочет, чтобы их тревожили, вытаскивали наружу. А наша пресса (да и вообще пресса во всех странах) любит сенсации, охотится за ними. Нежелание стать предметом всеобщего обсуждения останавливает многих. А сколько действительно достойных людей уходит с политической арены в результате подобной травли? Случай с Бернардом Кериком – как раз из этой категории.

АРИ КАГАН,
ведущий журналист газеты «Вечерний Нью-Йорк»:
- Безусловно, страх за репутацию многих отталкивает от политической карьеры. Способные, энергичные люди хотят попробовать себя в политике, принести пользу стране, штатам, городам, но боятся, что в их биографии найдут какие-то темные пятна, неприглядные факты и сделают их достоянием всей Америки. А в таких случаях страдает не только сам человек, рискнувший податься в политику, но и вся его семья. Разве жене Бернарда Керика приятно было узнать о его любовных приключениях?
Уже при Клинтоне, в разгар «моникагейта» дотошные расследования стали пугать многих политиков. Конгрессмен Джерролд Надлер даже призвал журналистов поумерить свой пыл: мол, святых не бывает, и не надо ворошить прошлое всех и вся. Конечно, я не считаю, что политиков вообще не надо проверять. Но человека следует оценивать по профессиональным, деловым качествам, по тому, насколько он соответствует посту, который занимает или на который выдвигается. Необходимо также выяснить, не был ли он замешан в преступлениях, не связан ли с криминальным миром, не злоупотреблял ли служебным положением. Но подробности личной жизни человека ни в коем случае нельзя выставлять на всеобщее обозрение.
Инна СтавицкаЯ,
директор программы помощи беженцам организации JASA:
- Я думаю, что кому прятать нечего, тому и бояться нечего. Если человек знает, что он никого не убивал, не грабил и не насиловал, не изменял жене или мужу, не прикарманивал чужих денег, ему не следует опасаться пронырливых работников прессы. В то же время наша жизнь очень непростая, напряженная, и никто не помнит все детали своей биографии. Кроме того, человеку могут приписать то, чего он никогда не совершал. И даже если он сумеет оправдаться, многие все равно будут относиться к нему с подозрением. Возможно, эти соображения служат для некоторых потенциальных политиков сдерживающим фактором. Но судя по тому, как много людей идет в политику, и как много неприглядных фактов все еще скрывается (или, напротив, выявляется), сексуальный и прочий маккартизмы пугают далеко не всех.

БОРИС ФИШМАН,
корреспондент журнала «Ньюйоркер»:
- Среди моих знакомых только один человек серьезно подумывает о политической карьере. Ему 25 лет, и в этом «нежном» возрасте он уже принимает важные решения в жизни с оглядкой на то, как к ним отнесутся избиратели и журналисты-«гробокопатели» через двадцать лет. Беда в том, что очень трудно предсказать, каким будет политический и социальный климат двадцать лет спустя. Я уверен, что если бы люди, занимавшиеся политикой в 1984 году, могли краем глаза заглянуть в нашу, сегодняшнуюю реальность, она показалась бы им во многом отличающейся от их действительности.
Главная проблема политической системы нашей страны – доверие только к тем кандидатам, которые отличаются постоянством во взглядах (именно потому Джона Керри называли «флюгером»). Но ведь мир не стоит на месте! Он меняется, и, я надеюсь, наши политики будут меняться вместе с ним. Конечно, есть серьезные этические проблемы, из-за которых политического деятеля можно дисквалифицировать, убрать с политической арены. Но 75 процентов наших политических дебатов разгораются вокруг бессмысленной клеветы или незначительных изменений в политическом кредо того или иного деятеля.

ЭДВАРД ГЛАЗАРЕВ,
журналист газеты «Дейли ньюс»:
- Я уверен, что страх за свою репутацию заставляет многих американцев держаться подальше от политики. Они считают, что политика стала грязным и рискованным делом, и соваться туда не следует. К сожалению, мы, журналисты, прямо причастны к этому. Ведь для нас (вернее, для наших читателей) пикантные детали жизни политиков - интересный, увлекательный, «горячий» материал.
Тенденция, которую называют «сексуальным маккартизмом», началась в 1988 году, во время президентских выборов. Гэри Харту, одному из претендентов-демократов, приписали внебрачную любовную связь и выкинули из гонки. И с тех пор, как говорят, пошло-поехало...
Я очень сомневаюсь в том, что Бернард Керик был самым достойным кандидатом на пост министра национальной безопасности. Но личные дела человека – это его личные дела. Кроме того, мы должны привыкнуть к мысли, что идеальных людей нет. Многие талантливые люди обходят политику стороной именно из-за возможного «гробокопательства». В результате страдает качество американской политической жизни в целом. Если наша страна не перестанет требовать от политиков совершенства, предъявлять к ним нереальные требования, то рано или поздно в политику будут идти только священники и раввины.

МАРК ДАВИДОВИЧ,
лидер демократов 46-го избирательного округа
- Я лично знаю двух молодых русскоязычных американцев, которые хотели бы стать политиками, но передумали. Причем один из них испугался именно того, что журналисты начнут рыться в его грязном белье. Ведь если ты идешь в политику, то, к сожалению, сразу попадаешь под обстрел, причем тебя атакует тяжелая артиллерия. Люди не просто боятся за свою репутацию – они хотят избежать самих этих атак. Ведь это действительно очень неприятно – когда вся твоя жизнь выносится на страницы прессы. Я отношусь к этому явлению крайне негативно, оно вызвает у меня отвращение. Но есть люди, которым нравится узнавать подноготную известных личностей, политиков.
Идеально чистых людей нет, и американцам пора свыкнуться с этой мыслью. Я не говорю, что в политику должны идти уголовники с несколькими судимостями – как в Украине. Но если промахи человека незначительны, если, к примеру (как в случае с Бернардом Кериком), он не платил налогов за няню своих детей, на это можно бы было закрывать глаза. Тем более, если человек доказал, что он – профессионал, если его ошибки не мешают решению конкретной задачи, которая на него возложена.

МИХАИЛ БУЗУКАШВИЛИ,
ведущий радио «Новая жизнь»:
- Мне кажется, что это неверная постановка вопроса. Достойный человек – это человек, который безупречен во всех отношениях. Тем более когда речь идет о человеке, который хочет заниматься большой политикой и во многом формировать будущий облик страны. Бернард Керик, т.е. человек, который должен был отвечать за национальную безопасность страны, субъективно повел себя таким образом, что не имел морального права требовать от других соблюдения и буквы, и духа закона. В Америке, да и вообще в демократическом обществе не должно быть двойных стандартов – для тех, кто в коридорах власти, и для тех, кто ведет жизнь среднего обывателя (в слово «обыватель» я не вкладываю ничего плохого). Для всех должны быть обязательны законы, в соответствии с которыми работать может только человек имеющий на это право, и все обязаны выплачивать налоги. Почему для человека обычного проблемы с налоговым ведомством являются свидетельством его невысоких моральных качеств, а для потенциального руководителя службы национальной безопасности могут быть сделаны исключения?
Нас, журналистов, часто обвиняют во всех смертных грехах, называют представителями второй древнейшей профессии. Но слава Богу, что есть люди, которые вовремя звонят в колокол и предупреждают о той опасности, к которой может привести забвение законов и нарушение нравственных норм. В нашей русскоязычной общине часты примеры, когда на работу нанимают тех, кто на это не имеет права. Так вот, пусть для наших нечистоплотных работодателей пример Керика станет предостережением.

АРТУР ГЕРШФЕЛЬД,
адвокат:
- Да, конечно, препятствует. В прошлом многих людей присутствуют факты, которые они отнюдь не хотят выставлять напоказ. Но когда вы начинаете политическую карьеру, то становитесь «public figure», и все подробности вашей биографии могут быть раскопаны и вытащены на поверхность. Это многих отталкивает, отпугивает от политической карьеры, в том числе людей, способных стать прекрасными политиками и принести стране пользу.
Доктор Олег Гутник
- Вне всякого сомнения. Причем людей отталкивает не столько страх за то, что какие-то его ошибки и темные пятнышки будут известны всем, а страх перед клеветой. Любой человек, который выдвигается на тот или иной ответственный пост, начинает чуточку, пусть на полсантиметра, возвышаться над толпой, а в толпе у него есть не только друзья, но и недоброжелатели. Я знаю людей с чистейшей биографией, которых пытались очернить и запачкать по принципу: «Чем ты лучше меня?» Политика - это неблагодарный труд. Но не сомневаюсь, что люди все равно будут туда идти и достигать в ней определенных высот. Хочется, чтобы процесс этот был более благородным. Талантливые, энергичные люди становятся жертвами произвола то ли со стороны других политиков, то ли со стороны народа. От этого страдает политическая жизнь в целом, да и сам народ.

АЛИК БРУК-КРАСНЫЙ,
исплонительный директор COJECO:

- В демократическом обществе, где политики добиваются возможности служить народу (через выборы или высокие назначения), существуют моральные стандарты, на которые необходимо равняться всем. Неспособность или невозможность соотвестствовать этим стандартам ведет не только к снижению уровня морали, но и к негативным для самих политиков последствиям. Любая слабость, промах, ошибка, могут стать Ахиллесовой пятой не только конкретного деятеля, но и всей его команды, всей группы единомышленников, которые его поддерживают. Над политиком, совершившим промах, постоянно висит Дамоклов меч. Его «слабинка» может в любой момент всплыть на поверхность и помешать победе его группы в серьезных дебатах с оппозицией.
Чем выше становятся моральные стандарты, тем больше шансов найти Ахиллесову пяту у любого политика. К сожалению, именно это (а не повышение уровня морали) волнует политиков. Конечно, многие таланты в результате остаются нереализованными, но тут ничего не поделаешь. Таковы реалии.
Лея Мозес


Наверх