И пули как аплодисменты

Досье
№19 (367)

Кэт Варн - первая в мире женщина-детектив. Она проработала в сыскном агентстве Аллана Пинкертона 12 лет. Сколько прекрасных ролей сыграла она за эти годы - богатых вдов и дам света, бедных, но преданных сестёр милосердия, матерей больших семейств из провинции, гадалок, воровок, торговок... В 1860 Пинкертон нанял еще несколько женщин и организовал «Женское детективное бюро». Директором этого бюро стала Варн. Умерла при загадочных обстоятельствах.

1. ЗАГАДКА, КОТОРУЮ УНЕСЛА С СОБОЙ МЭРИ РОДЖЕРС
Один свидетель видел Мэри утром в воскресенье на Гринвич-стрит. Джордж Мацелл хорошо знал, что это означает. Там жила некая Ломан, известная тем, что умела ловко производить аборты. Хорошенькой молоденькой девушкой приехала она в Нью-Йорк, долго зарабатывала каторжным трудом белошвейки, потом вышла замуж за одного прохвоста, продававшего чудодейственное лекарство от всех болезней. С помощью мужа она проникла в мир подпольной медицины и овладела своим прибыльным искусством. Вскоре муж умер в корчах и судорогах, а молодая жена получила всё его состояние. К этой-то даме и направился Джордж Мацелл. Ломан не была в восторге от посещения детектива, но быстро призналась, что несколько лет назад действительно «помогла» Мэри Роджерс. Сейчас, однако, она в этом деле совершенно не при чём. Мэри недавно приходила к ней, это правда, но она её не приняла. Нет, нет, она здесь совершенно не при чём.
- Миссис Ломан, - сказал ей Джордж Мацелл, - вы мне не сказали главного. Кто тот человек, из-за которого... ну вы понимаете...
- Нет, нет, не спрашивайте этого, я вам всё равно ничего не скажу, поверьте!
- Я вам поверю, - почти ласково сказал Джордж Мацелл, - но поверьте и вы мне... Завтра же я расскажу всё, что знаю про вас и про вашу роль в деле несчастной Мэри знакомому журналисту. И через пару дней его статья под броским заголовком... ну, скажем... «Убийца на Гринвич-стрит» появиться в «Геральд». И тогда вас никто не сумеет защитить от гнева горожан.
- Хорошо, - прошептала Ломан после долгого молчания, - вы победили. Его фамилия Спенсер. Имени не знаю. Он морской офицер. Когда он пришёл из плавания, то потребовал от Мэри, чтобы она расторгла помолвку с Пейном. Он на всё способен...
Джордж Мацелл установил в персональном отделе Морского министерства, что во всём военно-морском флоте США, а он был тогда совсем небольшим, служило всего три морских офицера, носивших фамилию Спенсер. Один из них был во время убийства Мэри в Огайо, другой - в заграничном плавании. Оставался третий, который был в то время именно в Нью-Йорке - 27-летний Филипп Спенсер, сын военного министра Джона Спенсера. Сведения, полученные Джорджем Мацеллом об этом человеке, наводили на мысль, что он мог влюбить в себя и не такую неопытную девушку, как Мэри. Мог толкнуть её на аборт, мог и убить её. Где он был точно в момент гибели Мэри, Джорджу Мацеллу установить не удалось. Но при большом количестве друзей, среди которых были и люди света, и отчаянные подонки, он конечно же мог обеспечить себе железное алиби. Забегая вперёд, скажем, что страшно и непредсказуемо закончил свою карьеру этот человек. Дело его было совершенно уникальным во всей истории ВМС США. Год спустя после гибели Мэри, при возвращении из учебного плавания вокруг Африки на бриге Sowers, Филипп Спенсер был обвинён в организации заговора, имевшим целью убить капитана и превратить корабль в пиратское судно, и повешен на рее своего корабля. Даже его отец не сумел предотвратить этого ужасного конца.
После того как Джордж Мацелл и Рони Грэшем начали расспросы свидетелей, в городе поднялась настоящая истерия. Десятки людей, оказывается, видели Мэри Роджерс в воскресенье. И обязательно в сопровождении красивого высокого мужчины. Правда, детали сильно разнились. Мужчина был с усами, без усов, смуглый, очень бледный, в элегантном костюме, в плаще, в шляпе, цилиндре, котелке и т.д. Какие-то люди видели Мэри в сопровождении шестерых мужчин у так называемой пещеры Сивиллы, (около Хобокена, в Нью-Джерси), причём не исключено, что Мэри затащили в пещеру. Неожиданно эта версия нашла своё подтверждение. Дело в том, что примерно в миле от пещеры была расположена таверна некоей вдовы, миссис Лосс. Её сыновья, 14 и 15 лет, проходили мимо этой пещеры и подверглись нападению группы взрослых хулиганов, которых было именно шестеро. Спрятавшись от хулиганов в пещеру, они обнаружили там голубой шёлковый шарф, лёгкую накидку, пару перчаток и платок, на котором была вышита шёлком метка - M.Р. Сыновья доставили эти предметы своей матери, а та отнесла их к констеблю Хобокена. Мать Мэри тотчас определила, что все эти вещи принадлежат её дочери.
В среду 11 августа тело Мэри Роджерс было эксгумировано и перенесено с хобокенского кладбища в центральный нью-йоркский морг. Мать Мэри и несколько родственников были приглашены в морг, где в присутствии Джорджа Мацелла и Рони Грэшема по клочьям одежды опознали убитую. Затем детективы вместе с полицейским врачом и местным коронером осмотрели труп. Смерть Мэри, по-видимому, наступила от удушения. Вокруг горла девушки морским узлом был туго затянут её чулок. На горле виднелись синяки и следы пальцев, синяки были также на лице и по всему телу. Ярко-голубое платье, в которое она была одета, было сильно изорвано, из него были выдраны целые лоскуты. Проанализировав все факты, Джордж Мацелл сделал один несложный, но вполне здравый вывод. Преступник хотел, по-видимому, по каким-то своим соображениям, скрыть место, где совершилось преступление. Он сбросил труп в реку, полагая, что течение отнесёт его достаточно далеко. Но делалось это, вероятно, ночью и преступник не заметил, что сбросил труп в мелкую заводь, где течение почти отсутствовало. Труп остался на том месте, куда его первоначально и сбросили. Если преступнику так важно было скрыть место преступления, то, значит, там можно обнаружить что-то важное, решил Джордж Мацелл и отправился вместе с Рони Грэшемом на место обнаружения трупа. Продираясь сквозь колючий кустарник, которым густо порос берег заводи, Мацелл нашёл то, что искал. На ветке одного из кустов болтался шёлковый лоскут ярко-голубого цвета. Продвигаясь вперёд, он увидел ещё, по крайней мере, с десяток таких лоскутов. «Лоскутный след» привел детективов на небольшую поляну, где повсюду были видны следы отчаянной борьбы - земля была утоптана, многие кусты поломаны. В одном месте в кустах был виден широкий пролом, а следы на земле показывали, что здесь к заводи волокли что-то тяжёлое. По чуть приметной тропинке среди кустов, где они подобрали перчатки и платок с вышитыми на них инициалами, детективы вышли на проезжую дорогу, около которой стояла таверна с яркой вывеской. Мацелл долго смотрел на вывеску и вдруг хлопнул себя по лбу. «Как же я не догадался с самого начала! Это же заведение мадам Лосс!» - пробормотал он и направился к большому безобразному дому. Грэшем придержал его за руку. «А Сивиллина пещера?» - спросил он с нескрываемым изумлением. «А Сивиллина пещера - это туфта, - зло ответил Джордж Мацелл. - Она чувствовала, что до неё могут добраться, и запутывала следы! Ну пойдём». В пустом зале таверны детективов встретила сама хозяйка, довольно ещё привлекательная вдова Фредерика Лосс. Джордж Мацелл галантно поговорил с хозяйкой о погоде, о её миловидности и умении одеваться, а потом перешёл к делу. «Миссис, - сказал Мацелл, - я занимаюсь поисками убийцы Мэри Роджерс. Встречали ли вы когда-нибудь эту девушку? Она очень красива, и её трудно забыть». Детектив вытащил из кармана аккуратно сложенный номер «Нью-Йорк геральд», где на первой полосе был напечатан карандашный портрет Роджерс, сделанный Трамбеллом. Миссис Лосс с минуту смотрела на портрет без всякого интереса. «Нет, - наконец сказала она, - этой девушки я не встречала. Впрочем, в моей таверне бывает много людей, особенно в погожие летние дни. Просто толпы. Возможно, и она бывала здесь». Помолчали. «Уважаемая, - вдруг сказал Джордж Мацелл, - а вы знаете, если ваша память не улучшится, вас ждут довольно серьёзные неприятности». «Вот как?» - удивлённо спросила вдова. «Да, - твёрдо ответил детектив, - да, мы с моим другом просто произведем обыск у вас в подвале». «У меня в подвале хранится лишь провизия, ничего больше, - быстро перебила его вдова, - а ваш шантаж я доведу до...» «Ох какие мы знаем слова, - засмеялся детектив, - но оставим их для простачков из Хобокена. Вернёмся в ваш подвал. За полками с провизией прячется небольшая комнатка, о которой знаем лишь вы да я, да ещё те несчастные, - детектив помедлил, - которым вы делаете там аборты. Каждый пятый - неудачный. А то, что вы доведёте до сведения... - детектив рассмеялся. - Я знаю, кому вы даёте взятки, но сейчас этот человек за вас не вступится, дело слишком громкое. А если вы начнёте слишком много болтать о нём... вы его знаете...» «Что вы хотите?» - пробормотала белая как полотно Лосс. Вскоре детективы узнали, что Мэри Роджерс, договорившись с миссис Лосс, приехала к ней в воскресенье утром, а в полдень вдова уже сделала ей аборт в той самой маленькой подвальной комнате, о которой упоминал Джордж Мацелл. На следующий день вечером Мэри намеревалась уехать домой дилижансом, однако вдова видела через окно, как какой-то мужчина встретил её недалеко от таверны. Они шли по дороге, а потом свернули в лес. Мужчину вдова описать не могла, он был закутан в плащ.
«Надо искать моряка, её ведь задушили морским узлом, - задумчиво сказал Мацелл Грэшему. - Допросим и жениха. Он тоже мог её убить, если узнал, что она была беременна от другого».
Жениха детективы застали дома, он сидел за грязным столом и пил джин. «Мы понимаем вашу скорбь, - сказал Мацелл, - но вынуждены задать вам несколько вопросов. Служба». «Валяйте, допрашивайте, - сказал Пейн, - я готов». «Это не допрос, - мягко сказал Мацелл, - пустая формальность. Как вы провели воскресенье, 22 июня, и два последующих дня. Если можно, поточнее». Пейн неохотно и мрачно стал рассказывать. Воскресенье был для Пейна насыщенным днём. В 9 часов утра Мэри сказала ему, что уходит к кузине, и они договорились встретиться в 7 вечера на Бродвее. Затем он позавтракал и направился в магазин одежды «Аллен и Варт», где пробыл целый час, выбирая себе костюм. Оттуда он зашёл в пароходную компанию «Эллис и Милл» поболтать с приятелем, который там работал. После этого он выпил аперитив в ресторанчике напротив и возвратился домой. Здесь он пообедал со старой миссис Роджерс, часа два отдыхал, после этого зашёл в бильярдную и пробыл там до вечера. Вечером он пошел встретить свою невесту, но, как мы уже знаем, передумал, решив, что она заночует у кузины. День он завершил ужином в обществе мистера Кроммелина, после чего в восемь часов сладко заснул под шум ливня. Следующий день Пейн провёл в лихорадочных поисках Мэри. В пять часов он вернулся домой, с трудом проглотил несколько ложек супа, потом у себя в комнате молча выпил две бутылки хереса, упал, не раздевшись, на постель и проспал до утра. Утром его в этом положении застала старая Роджерс. Когда в среду Пейн узнал об убийстве Мэри, он чуть не обезумел от горя. Грэшем тщательно записывал показания, а Мацелла клонило ко сну. Чтобы не заснуть, он взял со стола какую-то книгу и с важным видом начал её читать с середины. Но через минуту книга с треском полетела на пол. К счастью, Грэшем уже закончил свои расспросы, и детективы вышли на свежий воздух. Весь следующий день у них ушёл на проверку того, что рассказал Пейн. Всё подтвердилось. «Жених отпадает, - резюмировал их поиски Грэшем, - теперь надо искать моряка». «Жених отпадает, - подтвердил Джордж Мацелл, - но знаешь, что мне не нравится во всём этом? Уж слишком всё совпадает. Слишком много приправ портят жаркое - говаривала моя бабушка. Чем в воскресение был занят Пейн? Только тем, чтобы мозолить всем глаза. В магазине одежды он провёл час, рассказал пару историй, примерил пару костюмов, несколько раз спросил о времени и ушёл, так ничего и не купив. В пароходной компании он провёл совершенно бесцельно не менее полутора часов, заказывая билет в Бостон, где у него живёт дядя, билета он не заказал и тоже несколько раз осведомлялся о времени. В ресторане он поднял целое дело из-за какой-то мелочи, ему что-то не то сказал официант. И так везде. Каждым своим шагом он словно бы говорил: «Я на Манхэттене, я не в Нью-Джерси». «Но он на самом деле был здесь!» - воскликнул Грэшем. «Да, - согласился Джордж Мацелл, - все его видели, но существует один пробел, когда он спал мертвецким сном - с девяти вечера воскресенья до восьми утра понедельника. Он мог в это время выпрыгнуть в окно, добраться до Нью-Джерси, до таверны миссис Лосс, встретить Мэри, насильно увести её в лес, убить и сбросить в реку, рассчитывая, что за ночь тело снесёт в океан. А затем возвратиться в пансион миссис Роджерс и, так сказать, докончить свой сон. Кстати, я выяснил, что в молодости он был матросом, но за какую-то тёмную историю с корабля его списали. Вот тебе и морской узел. Да, когда я там у него в комнате стал читать книгу (Грэшем прыснул при воспоминании об этом эпизоде), я вовсе не хотел спать. До чтения Пейн небольшой охотник, а тут вдруг книга... «Нью-йоркский альманах». Он был заложен на расписании паромов в Нью-Джерси. И знаешь, чем заложен? Запиской «Жду вас в воскресенье, в 11. Ф.» «Значит, у него была любовница... В Нью-Джерси?» - с удивлении спросил Грэшем. «Может, и так, - сказал Джордж Мацелл, - но, скорее всего, он перехватил записку миссис Лосс, её же зовут Фредерика, к Мэри. Он, видимо, и раньше кое о чём догадывался. В воскресенье он, очевидно, проследил за Мэри, видел, как она зашла в лавку знакомого ювелира, где продала какие-то свои драгоценности за 150 долларов, об этом мне рассказал ювелир, и незаметно дошёл за ней до парома. Убедившись, что она уезжает в Нью-Джерси, он вернулся в пансион. Единственное, что мне сейчас неясно, как он узнал, что Мэри покинет гостеприимный пансион миссис Лосс во вторник, в семь. Впрочем, сейчас не время рассуждать. Мы можем опоздать. Пейн догадывается, что мы вышли на его след». Через полчаса два детектива подъехали к дому на Нассау-стрит. Грэшем остался на улице, а Джордж Мацелл вошёл внутрь. На верхней площадке лестницы появился Пейн. Их глаза встретились. Пейн успел выхватить свой револьвер первым. Громыхнул выстрел. Джордж Мацелл стал медленно оседать на пол. Пейн выбежал на улицу. Увидев Грэшема, он точным ударом сшиб детектива с ног и вскочил в кэб.
На следующее утро почти безжизненное тело Пейна было обнаружено неподалеку от места убийства Мэри Роджерс. Возле него валялся пустой флакон. На этикетке значилось «Опиум». Дыхание Пейна указывало на то, что он принял очень сильную дозу опиума. Умер он, не приходя в сознание. В кармане брюк покойного была найдена записка, где он сообщал, что намерен наложить на себя руки из-за несчастной любви. Джордж Мацелл выжил и, как уже знает читатель, стал первым шефом нью-йоркской полиции.
Кто же всё-таки убил Мэри Роджерс - Пейн или Спенсер? Или был в этом деле замешан кто-то третий? Загадка эта так и осталась неразгаданной.

2. ПЕРВАЯ ЖЕНЩИНА-ДЕТЕКТИВ
В ушах свистят шальные ветры,
И страх, и боль...
И пули как аплодисменты
За сыгранную роль.
24 октября 1856 года в газете «Чикаго Сан» было опубликовано объявление: «В связи с расширением частное сыскное агентство Аллана Пинкертона приглашает на работу мужчин и женщин». Утром 25 октября 1856 года в агентстве появилась стройная шатенка, изящная, с каким-то особым внутренним достоинством. Ее лицо не было с классической точки зрения красивым, но в глазах светился ум и проницательность. Она сказала, что пришла по объявлению.
- Это не ко мне, - сухо бросил Аллан Пинкертон, - клерков набирает миссис...
- Но меня не интересует работа клерка, мистер Пинкертон. Я хотела бы попробовать себя в амплуа детектива.
- Я очень занят. Здесь не место шуткам, миссис...
- Миссис Варн, миссис Кэт Варн, - подсказала дама. - Но мистер Пинкертон...
- Не будем нарушать традицию, - резко оборвал её Пинкертон. - Женщина-клерк, это ещё туда-сюда, хоть и здесь я предпочитаю мужчин. Но детектив! Сутками не спать, выслеживать, стрелять... Вы хоть видели когда-нибудь пистолет?!
- Я хорошо стреляю! - спокойно ответила Кэт.
- Этого ещё очень мало, - нехотя проговорил Пинкертон.
- Разумеется! - сказала Кэт. - Разумеется, мужчины имеют массу преимуществ. И всё же женщина-детектив будет иметь в некоторых ситуациях некоторые преимущества. Например, женщина могла бы оказывать дружескую поддержку женам и подругам преступников и тем самым завоевать их полное доверие, тогда как по отношению к мужчинам они очень настороженны... Или, скажем, в женском обществе многие мужчины делаются необузданно болтливыми. И если женщина незаметно это поощряет, то можно узнать много любопытного. Женщины имеют особый глаз на детали, они превосходные наблюдатели. Только женщина, например, может учуять запах чужих, даже очень слабых, духов, исходящих от одежды мужа. Ну а если ваш детектив следит за какой-нибудь дамой, а она возьми да и зайди, предположим, в вокзальный туалет. И там передаст какой-нибудь другой даме что-то очень важное...
- Ее аргументы поколебали Пинкертона. Он нанял ее на следующий день и никогда не сожалел об этом. Кэт Варн стала первой женщиной-детективом в мире. Она проработала в агентстве 12 лет. Сколько прекрасных ролей сыграла она за эти годы - богатых вдов и дам света, бедных, но преданных сестёр милосердия, матерей больших семейств из провинции, гадалок, воровок, торговок... Всего не перескажешь. А началась её своеобразная артистическая карьера с расследования дела об ограблении банка в Аткинсоне.
(Продолжение следует)


Наверх