Великий РОМАНИСТ или литературный СТАХАНОВЕЦ

Памятные даты
№10 (360)

13 февраля исполнилось 100 лет со дня рождения Жоржа Сименона – одного из самых популярных и плодовитых писателей в истории мировой литературы. Из-под его пера вышли в общей сложности более 400 романов, включая два десятка автобиографических и мемуарных книг, изданных едва ли не на всех языках мира тиражом, превышающим полмиллиарда экземпляров.[!] По числу переводов с французского он отстал только от Жюль Верна и сказочника Шарля Перро, но обошел Бальзака, Стендаля, Золя, Пруста и прочих великих. Инспектора Мегрэ в кино сыграли больше двадцати актеров, включая Бориса Тенина. Наиболее обстоятельную биографию Сименона объемом в 750 страниц написал известный французский литератор Пьер Ассулин, главный редактор журнала «Лир» («Читать»), который при жизни писателя получил от него неограниченный доступ ко всем архивам, включая частную переписку.
- Господин Ассулин! Столетие со дня рождения Жоржа Сименона французы отпразднуют с таким же размахом, как недавние юбилеи Гюго или Бальзака?
- Конечно, нет. И причин тому несколько. Прежде всего, он - хотя об этом часто забывают - не француз, а бельгиец. Далее, Гюго и Бальзак являются бесспорными классиками ХIX столетия, тогда как заслуги Сименона, творившего в прошлом столетии, все еще оспаривают. Для многих он остается, в первую очередь, автором детективов, а это значит третьеразрядным сочинителем, что абсолютно неправильно. Наконец, малосимпатичной кажется личность самого Сименона, его считают хвастливым, претенциозным, самодовольным.
- Марсель Эме называл Сименона тем же Бальзаком, только без длиннот последнего...
- Это во многом верная оценка. Среди интеллектуалов и писателей многие сразу полюбили Сименона. Назову хотя бы Андре Жида, который в свое время пользовался большим влиянием. Но кое-кто в литературных кругах к нему относился с неприязнью. Когда крупнейшее французское издательство «Галлимар» хотело включить его книги в серию «Нового французского романа», этому воспротивились многие «хранители храма». Сегодня же «Галлимар» готовится выпускать Сименона в «Плеядах» - самой престижной своей серии, в которой издают таких выдающихся авторов, как Толстой или Гюго. Более убедительного реванша трудно себе представить! Но баталии вокруг Сименона далеки от завершения. По-прежнему есть люди, которые при его имени воротят нос.
- Хотя у него не было литературных «негров», он написал рекордное число романов...
- Дюма – и не только он - сочинил еще больше. У каждого собственный ритм, который соответствует творческому темпераменту. Количество книг и скорость сочинительства не имеют никакого значения.
- И все-таки разве можно считать Сименона великим писателем?
- Вне всякого сомнения. Я ставлю его так же высоко, как и Марселя Пруста. Они доминируют в минувшем столетии. Между ними, естественно, нет ничего общего, но оба они помогают нам понимать жизнь.
- Сименон в самоуничижении говорил, что он не писатель, а «всего лишь» романист...
- Да, но он один из величайших романистов в истории литературы, а это несравненно выше, чем простой писатель.
- Во всяком случае, быстрее его никто не писал. Если верить легенде, он мог сидеть по 12 часов за пишущей машинкой и выдавать до 80 страниц в день...
- Когда он писал роман, то обычно сочинял главу в день, а это 20 машинописных листов, на которые у него с утра уходило два часа времени. Опять-таки скорость не имеет никакого значения. Это ведь не Олимпийские игры!
- Тем не менее хулители считали его стахановцем пишущей машинки и насмешливо отзывались о «сименоновской фабрике». Однажды Сименон сравнил себя с Генри Фордом: «Чтобы заработать много денег, я часть жизни посвящу конвейерному производству, а затем для удовольствия займусь штучным выпуском «Роллс-ройсов»...
- Одно время он потворствовал подобным легендам. В 30-е годы ему нравилось обращать на себя всеобщее внимание, как на феномен исключительный. Потом он жалел об этом.
- Рассказывают, что в 24-летнем возрасте Сименон, находясь в стеклянной клетке, на глазах у публики в три дня настрочил роман. - Это не так. Сименон действительно собирался исполнить этот номер, но потом передумал. Тем не менее история настолько укоренилась в массовом сознании, что нашлись люди, утверждающие, что видели, как это происходило.
- Сименон перед началом работы над новым романом приглашал врача.
- Доктор осматривал не только его самого, но и все его семейство. Сименон был ипохондриком, испытывал страх перед болезнями. Поэтому он хотел быть уверенным в том, что во время работы ему ничто не будет мешать.
- И он взвешивался до работы и после, утверждая, что худеет во время сочинения романа на несколько килограммов...
- Иногда он это делал, но только чтобы показать, что ему пришлось как следует попотеть над книгой.
- Сименон рассказывает во всех своих романах историю человека, который оказывается лицом к лицу с исключительными обстоятельствами и делает все, чтобы себя преодолеть. «Какое трудное ремесло быть человеком», - написал он однажды...
- Его герой всегда один и тот же. Это обыкновенный человек, который переживает какой-то кризис – развод, безработицу, потерю близкого. Он, как правило, беспомощен и не в силах справиться с тем или иным событием. Писатель Фелисьен Марсо однажды очень точно заметил, что его персонаж – это пещерный человек, страдающий от неврозов.
- Принято считать, что он не обладал богатым воображением...
- Сименон искал вдохновение и сюжеты в будничной жизни и всегда повторял, что ничего не придумывает. Отсутствие воображения, о котором он сам сожалел, не помешало ему написать столько замечательных книг.
- Когда он был мальчиком, мать пускала в их дом в Льеже жильцов – студентов, среди которых были русские...
- Именно они сыграли исключительную роль в его формировании. Сименон в юные годы никуда не уезжал из Льежа, поэтому для него студенты, представляли иной мир.Они познакомили его с Пушкиным, Гоголем, Достоевским, Чеховым, которые остались его любимыми авторами. Это очень важно, ибо в дальнейшем Сименон читал очень мало. Не из-за презрения к творчеству других, не в силу безразличия, а потому, что не хотел, чтобы на него влияли другие писатели. Наблюдая за студентами, он некоторыми их чертами наградил иностранцев в своих романах.
- Насколько я понимаю, он презирал интеллектуальные тусовки...
- Это чуждая ему среда. Его мир – это сельская местность, никакой суеты, одиночество, изоляция. Правда, в его жизни был безумный парижский период, но он быстро прошел.
- Однако и ему ужасно хотелось получить Нобелевскую премию. Он даже обещал в таком случае повысить в должности инспектора Мегрэ. В 1957 году он был главным претендентом, но она досталась Альберу Камю. Сименон негодовал...
- Между двумя войнами Сименон был амбициозным карьеристом, который хотел все завоевать сразу – премии Гонкуровскую, Нобелевскую, добиться избрания во Французскую академию. Однако потом он успокоился. Литературные почести перестали его интересовать.
- Почему в своем творчестве он чередовал романы с детективами об инспекторе Мегрэ?
- Ему был нужен такой ритм. По его словам, он отдыхал, когда писал детектив, а потом брался за вещь серьезную. Его серия о Мегрэ очень интересная, но лучшие книги он написал о другом.
- «Понимать и не судить» – таким был его девиз...
- Русский гравер начертал эти слова экслибрисе и изобразил голого человека, стоящего под деревьями. Правда, Сименон никогда им не пользовался.
- В годы Второй мировой войны он сотрудничал с коллаборационистскими изданиями...
- Нет, он никогда не был коллаборационистом и не писал статьи в профашистские издания. Однако журналы типа «Я везде» опубликовали выдержки из его романов, как, впрочем, и других известных писателей.
- Его обвиняли в антисемитизме...
- Молодым репортером в Льеже он написал серию из 18 статей, озаглавленную «Еврейская угроза». Их напечатала местная газета. Источником для написания ему служили «Протоколы сионских мудрецов» - фальшивка, сфабрикованная царской полицией. Он совершенно не владел предметом и написал их по просьбе своего патрона. В какой-то мере они отразили настроение тогдашнего общества, которое придерживалось правых взглядов и исповедовало католицизм. В дальнейшем в его романах действующие лица евреи и иностранцы соединяются в одно целое. Он понимал эмигрантов, потому что сам везде и всюду чувствовал себя чужим – во Франции, в Швейцарии, в Соединенных Штатах.
- Много ли было у него друзей? Он называл своими братьями режиссеров Жана Ренуара и Федерико Феллини, и когда был председателем жюри Каннского фестиваля, добился присуждения «Сладкой жизни» Золотой пальмовой ветви...
- Друзей у него почти не было, он жил в изоляции. С Феллини они виделись крайне редко. Ну а чтобы поддержать «Сладкую жизнь», которую публика и критика встретили в штыки, надо было действительно обладать немалым мужеством.
- Французское телевидение предлагает сейчас очередную порцию экранизаций по его книгам...
- Не считая телевизионных, фильмы сняты по 53 его романам. Это самый экранизируемый писатель, который писал по-французски. Кстати, Сименон высоко ценил Ивана Мозжухина, который много снимался во Франции. Другой большой актер Валерий Инкижинов сыграл эмигранта в ленте «Голова человека», снятой в 1932 году.
- Прожил ли он счастливую жизнь?
- Никто кроме, самого Сименона, не может ответить на этот вопрос. У него было три сына, один из которых недавно умер, его дочь Мари-Жо покончила с собой. Для него это стало настоящей трагедией, ибо семью он ставил выше всего.
- Это не мешало ему в беседе с тем же Феллини бахвалиться рекордным донжуанским списком: начиная с 13,5 лет он переспал с 10 тысячами женщин, включая 8 тысяч проституток...
- Да, он хвастался, но такое – если разобраться – вполне возможно. Женщины его интересовали не как подруги или спутницы, а как сексуальные объекты.
- У него, богатейшего из писателей, была репутация человека жадного, любящего деньги...
- Он не был скуп, но всегда боялся, что ему не хватит денег до конца жизни. Он знал, что такое бедность, и не хотел на старости лет в чем-либо нуждаться.
- Мог бы он, наподобие Флобера, сказать, что «инспектор Мегрэ – это я»?
- Сименон – это и Мегрэ, и все другие его герои, которых он называет «маленькими людьми». Это его «униженные и оскорбленные». Он был увлечен Достоевским и хотел бы написать свои «Записки из подполья».
- Читают ли сегодня Сименона так же много, как при его жизни?
- Немного меньше, но интерес к нему возвращается. Растет новое поколение, которое открывает для себя этого выдающегося писателя. Во Франции переиздают полное собрание его сочинений, один за другим выходят посвященные ему труды. В Италии, например, его книги снова в списках бестселлеров. Я уверен, что 2003-й станет годом Сименона.


Наверх