Клуб любителей детектива. Вера, Надежда и Идея

Досуг
№36 (803)

Часть 11. Смерть на утиной охоте.
 
- Подожди, Джан! – я не узнала свой голос. Он был очень хриплым. – Подождите, девочки... Надя, почему ты решила, что это Саша? Что Саша убил нашего Олега? Только потому, что он тоже любил Таню? Ну, это смешно! То есть я не верю, что из-за женщины можно убить...
- Не знаю, о чем вы тут, - Джан с удовольствием присел в плетеное кресло и вытянул вперед ноги. Кресло жалобно скрипнуло – интересно, а какой вес оно может выдержать? На вид в Джане хороших 270 паундов... – Поверьте мне, - слова моего любимого офицера вывели меня из раздумий о его весе. - Поверьте, дорогая, сегодня, как и сто, и двести лет назад, большинство преступлений совершается по двум причинам – деньги и женщины... А иногда и по третьей – это и из-за денег, и из-за женщины...

Я опять погрузилась в воспоминания.
Саша всегда был хорош собой. Чертовски хорош. От девиц у него отбоя не было. Он всегда приезжал к нам в сопровождении какой-нибудь смазливой девушки. Но жениться не хотел, а говорил нашей маме часто одну и ту же фразу: «Мы, мужчины, любим одних, а женимся на других»...

Мне было чуть больше десяти, когда я впервые услышала от него эту фразу, и тогда я спросила маму: «А как это? Разве не на тех, кого любишь, и надо жениться?»
Мама тогда отмахнулась от меня: «Саша хороший человек, но очень циничный, не слушай его!»

Саша и Таня... Я очень расстроилась, когда она вышла за него замуж. Наверное, глубоко в душе я хотела, чтобы она всю жизнь хранила память об Олеге... Когда я сама стала мамой, я поняла Таню, и мне даже было стыдно на каком-то этапе за мои мысли, за то, что после их с Сашей свадьбы я перестала с ними общаться. Нет, общалась, но холодно, без души. Только рождение Олега немного смягчило меня, а потом и собственное материнство и взросление.
- Идея, ты с нами? – Вера потрясла меня за руку.
- Да, да. Наденька, ты скажи мне все сейчас, я готова слушать, просто находит...
- Да там все просто... У меня папа охотник был страстный, а сыновей ему бог не дал. Вот я с ним и ходила на охоту, как самая старшая из трех – у меня же еще две сестры есть младшие. И я знаю одну интересную особенность, когда крякает настоящая утка, то ее кряканье не отдается эхом. Никто не знает почему, не отдается - и все тут! И причину этого пока вроде никто не объяснил. А вот когда охотник в манок дует – это такая специальная штука, которая издает звуки, похожие на кряканье, вот тогда эхо будет...

Идея, ты рассказала, что два других друга – прости, забыла имена...
- Гена и Илья, - напомнила я.
- Ну, да. Так вот они запомнили это утиное эхо на всю жизнь, мол, потому и не пошли туда, где оно раздавалось, потому что решили, что там утки, а раз утки, то человека нет, ведь человек бы их спугнул. Там не было в тот момент уток, там был Саша, который и издавал звуки. А еще там был Олег – живой, оглушенный или уже мертвый и в болоте... – этого я не знаю... Но искали друзья его в другом месте напрасно, надо было идти на звук кряканья.

Я молчала. Надя потрясла меня за руку.
- Только я прошу тебя, не начинай сейчас думать, а если бы да кабы они туда пошли, они бы его спасли...
- Нет, не буду, - ответила я. Правда, с небольшой уверенностью. – Столько уже всего передумано за эти годы...
- Будешь звонить Тане? – спросила меня Вера.
- Не знаю... Мне кажется, она догадывается или что-то знает. Потому что, когда Саша ушел в монастырь, она мне сказала одну фразу в телефонном разговоре, мол, я переживала, конечно, но это его единственно верный путь сейчас – покаяться и умереть с чистой совестью. Я еще ее тогда спросила: Таня, о чем ты? А она сказала туманно, ты знаешь, когда у него был инфаркт и клиническая смерть, за ним Олег пришел. Постоял прямо около его кровати – Саша же умер прямо в больнице, уже когда его госпитализировали, ну, так вот – постоял, помолчал, а потом сказал – живи пока, потому что ты нужен детям и ей... И ушел...

Мы молчали. Ветер шевелил мое платье, и я вся покрылась мурашками – то ли от него, то ли от воспоминаний...
- Даааа, весело с вами, - с чувством сказал Джан. – Я-то думал взболтать ваше болото рассказами о Ханне и Дэниз... Иду, думаю расскажу сейчас девчонкам про допрос, про причину убийства – выпадут в осадок! А у вас тут покруче, чем в боевике, – утки, убийство, болото...   
- Джан, прости, - я привстала. – Может, тебе чайку?
- Да, не откажусь и не надейся!

Вера встала и пошла в дом. Уже на пороге она оглянулась:
- Без меня ничего не рассказывай! А то получишь холодный чай и без твоего любимого бергамота!
- Главное, чтобы без яда, - пробурчал Джан себе под нос. – А то у вас тут в клубе это принято...

Мы помолчали. Я смотрела на небо, на яркие и сегодня даже какие-то выпуклые звезды, и вспоминала небо в родном Туринске... Там все было иначе...
- А я понять не могу, девочки, у нас в магазине испортился холодильник? - вдруг совершенно некстати спросил Джан.
- С чего вы так решили? – тут же отозвалась Надежда. – Я только вчера зашла туда, как раз в молочный отдел, и порадовалась, что взяла с собой кофту. Такая холодина, кефир выбрать толком не успеваю – мерзну!
- Хм, - задумался Джан. – А у меня как раз с молоком проблема, и не первый раз...
- Да что такое, не томи, любишь ты тянуть резину, - сказала я, беря в руки любимое вязание. Спасибо тебе, Господи, за хобби, которое приносит мне душевный покой и деньги!
- Да как не поставлю кипятить – скисает! Я же не любитель микроволновок и там каких-то еще наворотов. У меня все по старинке – газовая плита, кастрюлька... Я, видите ли, какао люблю по вечерам, а для него молоко надо горячее. И я всегда иду с работы, захожу всегда в магазин, покупаю молоко и домой – какао делать... У меня уже привычка, ритуал, что ли... Но вот две недели как ничего не получается! Вчера было опять, в смысле – опять все свернулось! Да так от души – прямо крупными хлопьями, хоть бери, собирай и творог делай!
- А вы один живете? – спросила Надежда. – Простите за вопрос, просто я тут человек новый...
- Ничего страшного, я живу не один, с племянником. Это сын моей покойной сестры. Хороший мальчик, любит похулиганить, но кто не любит? Это все-таки мальчик... И ругается со мной, что я такой консервативный – компьютером пользоваться не умею, телефон сотовый у меня без фотоаппарата, опять же микроволновка тоже...
- А он по вечерам, когда вы себе какао делаете, где?
- Да он дома обычно. Вчера вот мы с ним в дверях столкнулись, он за лимонами бегал – чай любит с лимоном, как сестра моя любила... А так у него, как у всех – компьютерные игры, друзья, тусовки... Он вообще молодец – и приготовить умеет, и убрать за собой, знаете, какие сейчас подростки, а этот не такой. 
Мы с Надей переглянулись и засмеялись. В этот момент из дома с подносом, на котором стояла дымящаяся чашка с чаем, вышла Вера.
- То смеётесь, то плачете... ох, какие же вы непостоянные, - она поставила поднос на стол.
- Да Джан смешит – племянник над ним издевается две недели, а он все думает, что молоко прокисшее покупает.
- Чего это вы так решили? – Джан даже перестал раскачиваться в кресле и сел прямо.
- Да, сразу видно, Джан, что вы не женаты... С женщиной такой фокус бы не прошел! – внушительно сказала Надя.

И Джан сразу ей поверил:
- Вот подлец!

- Так что там с Ханной и Дэниз? – спросила Вера.
- С Ханной там как было... Там печально все. Она с Дэниз пересеклась случайно много лет назад. И при весьма трагических обстоятельствах. Ханна сбила насмерть близнецов Дэниз. И ... отделалась легким испугом.
- У Дэниз были близнецы?
- Да, красивые пацаны, им было по двенадцать лет, они вместе с Дэниз шли с какого-то праздника, чьего-то дня рождения. Точнее, они выехали, но по дороге машина сломалась... Дождь, темнота... А до дома рукой подать – какие-то две мили. И Дэниз потащила их пешком. Там в каком-то месте надо было дорогу перейти. И она решила сократить – дети слишком устали. Ну, знаете, как – до перехода далеко... в общем, они стали переходить там, где им удобно... А тут Ханна на своем автомобиле... Сбила она их... А была при этом не совсем трезва, да и скорость была немаленькая. Пацаны погибли, Дэниз выжила, пыталась покончить с собой – не дали. А потом был суд и как вышло – количество алкоголя в крови Ханны оказалось в пределах нормы этого штата, а скорость была нормальная для шоссе... Вот если бы она их на переходе сшибла, села бы она... А так... Дэниз посадили, потому что суд посчитал, что именно из-за нее погибли дети...
- Кошмар, - только и смогла сказать я.
- Вот я вам и говорю – иногда убийца в сто раз симпатичнее жертвы... Дэниз вышла. И стала искать Ханну. Она так и сказала на допросе – я хотела посмотреть в ее глаза, ведь она даже не извинилась, а смеялась и кричала от радости в суде, когда мне дали шесть лет. Я хотела только посмотреть в ее глаза, только посмотреть...
Дэниз долго ее искала. И нашла... К тому времени все состарились, Ханна прекрасно себе жила, вырастила дочь, воспитывала внуков. И, наверное, не раскаялась, хотя... Кто его теперь знает?
- Боже мой, - сказала Вера. – Ведь Дэниз и Ханна прожили на одной улице больше пятнадцати лет.
- Да, месть - это то блюдо, которое подается холодным, - не к месту сказал Джан. – В смысле, все эти годы Дэниз пыталась понять, чувствует ли Ханна что-то, раскаялась ли... И однажды она поняла, что нет, не раскаялась. Было у вас тут очередное заседание. А перед этим мальчика на дороге сбили на улице рядом. Вы еще все переживали. Он, слава богу, остался жив, ногу, правда, сломал. И Ханна тогда сказала – его родителям надо голову оторвать, не смотрят за ребенком, а потом водителей винят... После этого Дэниз поклялась убить ее.
- И что – она теперь сядет? Опять?
- Не знаю... У нее тяжелое заболевание, сколько она с ним проживет – неизвестно... не исключено, что не доживет и до суда.
Вот так. Олега убил Саша. А Дэниз оказалась мстительницей. Отличный вечер – тихий и спокойный, как всегда.
- Кстати, а почему вы решили, что молоко скисает из-за моего племянника? – спросил Джан.

Ответ на последний вопрос Джана, а также продолжение читайте в следующем номере.


Наверх
Elan Yerləşdir Pulsuz Elan Yerləşdir Pulsuz Elanlar Saytı Pulsuz Elan Yerləşdir